Обернись!.. Часть вторая - Ирина Арина

Больно! Как же больно! Боль рвала на части, выкручивала, ломала, растекалась огнем и сковывала льдом, перехватывала дыхание, сжимала горло, не давая закричать и сжигая непролившиеся слезы. И только разум оставался ясным, а сознание не спешило покинуть меня и дать хоть маленькую передышку в этом безумном кошмаре, держалось до последней секунды, когда не увидела, не почувствовала, а просто, вдруг, поняла, что забрала все, и Алдариэль приходит в себя. Последнего отчаянного усилия хватило, чтобы скатиться с него и спрятать под себя почти неподчиняющиеся руки. Кошмар не прекратился, но немного потерял свою остроту, вернулась способность дышать и плакать. Уф! Так уже почти можно жить. Попробовала шевельнуться. Немедленно внесла поправки в первое умозаключение: жить можно, двигаться нельзя, все тут же возвращается.

   Когда Алдариэль очнулся, не видела, всего моего героического настроя не хватило, чтобы решиться повернуть голову и снова испытать весь комплект непередаваемых ощущений. Краем глаза уловила движение, а через мгновение он уже был рядом.

– Арри… Что… Зачем? Дай руку!

   Ну да конечно! Прямо сейчас! Размечтался! Я не для того это все забирала, чтобы обратно возвращать! Осталось только донести эту мысль до него. Задачка не из легких, при условии, что говорить, кажется, еще не могу, а из безболезненно доступных жестов у меня в ассортименте только стрельба глазами. Спасибо, классика советского кино! Направо, налево, туда, сюда. Понятно?

– Арри, прекрати! Дай руку!

   Не понятно. Направо, налево, туда, сюда.

– Ладно, я сам.

   Если где-то поблизости водились живые существа, то о нашем местоположении я оповестила их с полной ответственностью. От легкого прикосновения взвыла так, что саму себя оглушила. И это был не спектакль – ураган боли взметнулся с удвоенной силой. Кое-как подавила вопль и закусила губу в ожидании затишья. Алдариэль отдернул руку, сел, опершись локтями о колени, и сжал виски. Терпеть не могу, когда он так делает: первый признак, что считает себя во всем виноватым и не знает, как это исправить. От этой его позы и потерянного взгляда мне стало хуже, чем от всех внутренних ощущений вместе взятых. Ой! Если я могу так орать, то должна и говорить. Логично? Осторожно позвала:

– Алдар…

   Получилось немного сипло, но вполне уверенно. Он тут же подался вперед.

– Что?

– Посмотри, где мы?

   Кивнул, встал и пропал из виду. Вернулся быстро, хмурый и растерянный.

– Представления не имею. Как мы сюда попали?

– Тропа. Только я… не выбирала куда. Просто… чтобы не нашли.

– Тропа? Замечательно. Значит, сейчас уйдем.

– Сил хватит? Как себя чувствуешь?

– На удивление. Лучше, чем было. Я сейчас.

   Сначала он осматривался сидя, потом встал и опять исчез. В этот раз отсутствовал дольше. Вернулся еще более растерянный.