Последний Дозор - Сергей Лукьяненко

— То-то ботаники обрадуются! Новая формарастительности, к тому же реагирующая на человеческие эмоции. Защитят миллиондиссертаций…

— Откроют фабрики по переработке синегомха, — подхватил я. — Начнут из него делать пряжу, джинсы шить…

Светлана вдруг посерьезнела:

— А что произойдет с теми, кто живет вСумраке?

— С развоплотившимися Иными? —уточнил я.

Светлана кивнула.

— Жизнь и смерть. — Я кивнул. —Не знаю. Ты предполагаешь, что они могут… воскреснуть? Вновь ожить в нашеммире?

— Почему бы и нет. Мы же знаем, ониживут. Я видела одного даже на пятом слое, когда дралась с Ариной…

— И не сказала мне, — заметил я.

— Ты же понимаешь, этого лучше неговорить. Не знать, если сам не можешь туда попасть. Я вообще не уверена, чтотуда попадают все… возможно, только самые сильные. Высший уровень, например.Зачем остальным знать, что они лишены посмертного существования.

— Томас-Рифмач говорил, что там, нанижних слоях Сумрака, волшебные города, драконы и единороги… все то, чего нет внашем мире, но что могло бы в нем быть.

Светлана покачала головой:

— Томас, мне кажется, очень хорошийчеловек. Но он бард. Поэт. Это не лечится, Антон. Ты говорил с ним, когда онбыл в своем сумеречном воплощении, мечтающий о единорогах и феях, волшебныхгородах, Иных, которые построили свой собственный мир, а не паразитируют начеловеческом. Я бы так сильно на это не рассчитывала. Быть может, там всеголишь шалаши и деревянные домики. И никаких фей с единорогами.

— Это тоже немало, — сказаля. — Очень многие люди променяли бы рай, в котором робко надеютсяоказаться, на вечную жизнь в шалаше среди природы. Деревья там есть точно.

— Не слишком-то веселым мне показался тотИной, которого я видела, — сказала Светлана. — Он, конечно, был… ну,словно размазанный, неясный. Но это понятно, если его обычная среда обитания —седьмой уровень Сумрака. Но он был такой… помятый. И бежал ко мне, будто хотелчто-то сказать. Мне было не до того, сам понимаешь.

— А я видел бывшего Иного на первомслое, — вспомнил я. — Давно. Когда охотились за диким Светлым,Максимом.[13] Он даже мне чуть-чуть помог, подсказал, кудаидти.

— Это бывает, — согласиласьСветлана. — Редко, но я слышала несколько историй. Да и ты уже рассказывал…

Мы помолчали.

— Может быть, их действительно вернетобратно в наш мир, — сказала Светлана. — И вот это могло заставитьдействовать вместе Эдгара, Геннадия и Арину. Не только Саушкин, все онинаверняка теряли тех, кого любили. Наверное, любого, кто утратил близких, такаявозможность… смутит.

— Любого бы смутила, — сказал я.

И мы посмотрели друг на друга с тревогой.Хорошо, что нас теперь непрерывно охраняют. Плохо, что потенциальные враги —трое Высших.

— Я поставлю на ночь несколько новыхзащитных заклинаний, — сказала Светлана. — Не считай меня трусихой.

— К Венцу Всего можно пройтисилой, — сказал я. — Проломиться сквозь Сумрак на седьмой слой. Но яне смог. Наверное, сможет Надя. Если бы знать, как пройти умом… хитростью. Я бысам использовал этот артефакт. Пускай оживают. Светлых и Темных там будетпримерно поровну, справимся.

— А если мы ошибаемся и это всего лишьбомба, что уничтожит мир?

— Вот поэтому я предпочту даже не думать,как добраться до артефакта. Пусть у Гесера с Завулоном голова болит.

— Пойдем спать, — сказалаСветлана. — Утро вечера мудренее.

Но спать мы пошли не сразу. Вначале Светланапоставила вокруг квартиры несколько новых защитных заклинаний. А потом то жесамое сделал я.