Последний Дозор - Сергей Лукьяненко

А еще я видел Геннадия Саушкина, сидящего назаднем сиденье справа. Лицо у вампира было бесстрастное.

— Что задумал, Эдгар? — спросил я.

— Это тебя не касается. — Эдгар нехорошорассмеялся. — Не вздумай уходить в Сумрак и не пытайся колдовать. Ленточкана твоей шее существует во всех слоях Сумрака… во всяком случае, до шестоговключительно. И она оторвет тебе голову при малейшем применении магии.

— Проверять не стану, — сказаля. — Что дальше?

— Пригласишь нас к себе домой? —спросил невидимый Эдгар. Лицо Саушкина при этих словах чуть дрогнуло.

— Нет. Извини, не до гостей.

— То есть можно убивать? —поинтересовался Эдгар.

— Неужели ты думаешь, что я отдам вамНадю? — Я не испугался, я даже удивился вопросу. — Можешь убивать.

— Я особенно и не рассчитывал, —сказал Эдгар. — Но Геннадий настаивал на этом вопросе… сам понимаешь — емуочень хотелось использовать твою дочь.

— Так же, как он использовал своегосына? — не удержался я. И был вознагражден оскаленной физиономией вампира,с которой мгновенно смыло все человеческое.

— Тихо-тихо. — Эдгар толкнул меня вплечо. — Не горячись. А то я Гену не удержу. Он на тебя очень обижен,догадываешься, за что?

— Да. Ты не мог бы проявиться? Неприятноговорить с пустотой.

— Выезжай со двора. — Эдгарусмехнулся. — Не хочется, чтобы заметили твои охраннички… Мы бы их порвали— даже пикнуть не успели бы. Но вот Светлана, боюсь, нам могла бы оказаться непо зубам.

Геннадий снова оскалился, продемонстрировав,что зубов у него полный комплект, причем четыре клыка явно превосходятчеловеческие.

— Уверен, — сказал я совершенноискренне. Дал газ, неторопливо вывел машину со стоянки. Может быть, врезаться встолб? Нет, этим их не удивишь, они к таким действиям готовы… — За Надюона вас с пылью смешает.

— Вот и я считаю, — так же вежливо,миролюбиво сказал Эдгар, — что нам вовсе ни к чему разъяренная баба нахвосте. Сможет ли твоя дочка пробиться на седьмой слой, нет ли — это вилами поводе писано. Шансов ничуть не больше, чем если тебя как следует вздрючить.

Я фыркнул.

— Боюсь вас разочаровать. Но выше головымне не прыгнуть. Я Высший, но не нулевой. Надо быть Мерлином, чтобы пройти наседьмой слой.

— Я же говорил, надо братьдевчонку, — тихо сказал Геннадий. — Я же говорил, он не сможет!

— Тихо! — успокоил его Эдгар. —Он сможет. Он пока недостаточно замотивирован, но мы поможем, и он справится.

— Попробуй, — сказал я. — Ну,куда ехать-то?

— К Шереметьево-два, куда же еще. — Эдгарзасмеялся. С него медленно сходила невидимость, он проявлялся, вначалеполупрозрачной фигурой, затем обретая краски. Геннадий так и не сталоткрываться, его я видел только в зеркале. — Думаю, быстрее всего выйдетпо кольцевой, верно? И постарайся не мешкать в пути. Через час у нас самолет вЭдинбург. Думаю, мы успеем долететь, прежде чем тебя хватятся. Очень не хочетсятратить последний заряд Минойской Сферы на портал до Эдинбурга. Но ты учти,если опоздаешь на самолет — пойдем через портал.

— Надо полагать, в Эдинбурге вас ждетАрина? — спросил я.

— Ты езжай, езжай. — Эдгарусмехнулся. — А я пока объясню, почему ты будешь нам помогать.

— Очень интересно, — сказал я. Вгруди рос холодок, но показывать страх решительно не хотелось. Хотя… что толку?Вампиры чуют страх инстинктивно. Даже магией трудно укрыться от их восприятия.

— Ты будешь стараться ради дочки, конечноже, — сказал Эдгар. — Ради дочки и ради жены. С Темным этот фокус несработает, а вот со Светлыми — самое то.

— До моих тебе не добраться.

— Самому — возможно, что и не добраться.Гесер с Завулоном постарались на славу. Я вот насчитал шестерых охранников. Аты про скольких знаешь? Про двух молодых дурачков на лестнице?

Я промолчал.

— Полагаю, их не меньше восьми, а то идвенадцати, — озабоченно сказал Эдгар. — Гадать бесполезно, тут обастарых пердуна решили перестраховаться. Но если рядом с твоим домом случитсявзрыв… нет, не обычный взрыв, а ядерный… Тут гибнут даже Высшие Иные, Хиросимаэто наглядно доказала.

— Ты не пойдешь на такое, Эдгар, —сказал я. — Ты Темный, но ведь ты же не психопат. Атомный взрыв в центреМосквы? Ради того, чтобы убить мою жену и дочь? А сколько погибнет людей? Аесли у кого-то сдадут нервы, это сочтут ядерной атакой, и начнется мироваявойна?

— Вот! Самое главное, — Эдгарзасмеялся, — что даже если Гесер почует неладное и вывезет твоих родныхподальше от Москвы, куда-нибудь в уфимский схрон, к примеру, то ситуацию этокардинально не изменит. От твоих действий все равно будет зависеть судьба сотентысяч, а то и миллионов людей. Неплохой манок для Светлого, а?

— Эдгар, — спросил я. — Что стобой случилось?

— Ничего. — Эдгар засмеялся нервным,неестественным смехом. — Со мной все в порядке!

— Кого-то потерял, Эдгар?

Вопрос я задал наудачу. Но Эдгар молчал — и японял, что попал.

Что я наконец-то начал что-то понимать впроисходящем.

— Жену, — сказал он наконец. —Аннабель.

— Ты сказал, что был с ней наКрите, — вспомнил я.

— Был. Ровно год назад. Шли от пляжа котелю, вдоль дороги… Мимо ехал грузовик. Водитель не справился с управлением,сбил ее на скорости восемьдесят километров в час. Я ничего не успел сделать.

— Ты ее любил, — сказал я судивлением.

— Да. — Эдгар кивнул. — Любил.Я же не Завулон, я умею. Умел.

— Мне очень жаль, — сказал я.

— Спасибо, Антон, — совершеннонормальным тоном произнес Эдгар. — Я знаю, ты говоришь искренне. Но этоничего не меняет… в наших отношениях.

— Зачем ты пошел против всех? Зачем тыпривлек людей?

— Людей? Какая разница, как ихиспользовать, Антон? Мы живем за счет их энергии. Почему бы не применять их икак пушечное мясо… А зачем я пошел против всех… тут ты неверно ставишь вопрос.Я вовсе не против. Я за. Если угодно, то я за всех Иных. Темных и Светлых.Когда мы добьемся своей цели, вы поймете. Даже ты поймешь.