Подруга для мага - Вера Чиркова

Драконья шкура и когти сами вылезли из-под моей кожи, пока я стремительно поднимал личные щиты, стараясь не думать о том, что успел за это время сделать с моими соплеменниками негодяй.

Ругать себя за невнимательность было поздно, как и искать ее причины. Мне и так было понятно, что мои мозги были слишком заняты мыслями о вчерашнем происшествии в имении Ратилоса, постройкой арены, ожидающими на плато новостями и личными заботами. Иначе я бы сразу заинтересовался, почему во второй раз встречать нас вышли только Унгердс с Лавеной да необычно тихие дети. И почему не примчались ни Вариса с сыновьями, ни Зийлар со своей Мэлин.

И конечно же обязательно удивился бы странному поведению Унгердса, не потащившего меня в кабинет выяснять подробности вчерашней драки, а начавшего спрашивать про крыс. А потом задумался бы, почему Лавена, поддержавшая разговор, смотрела на меня как-то очень тревожно и жалко. Хотя в последнее время больше злилась за то, что я не «заметил» собственной привязанности к ведьмочке и женился на какой-то незнакомой племяннице медогона.

Магиня ведь даже на свадьбе старалась выпытать, не назло ли Мэлин я так быстро нашел себе невесту, и пришлось отвечать девушке довольно сурово, что лезть себе в душу сапогами я никому не позволю. А сегодня разговаривала так, как и положено разговаривать маглоре, не имеющей ни одной черной полоски на ногтях, с нанявшим ее главой старшего дома.

— Ну вот и монстр явился, — с непередаваемой смесью превосходства, торжества и ненависти возвестил смутно знакомый мне голос, едва я осторожно вышел из-за кустов на так хорошо знакомую площадку перед задним крыльцом.

Я замер, словно в ошеломлении, хотя мои поисковички давно обнаружили захватчика, сидевшего на крыльце в моем собственном кресле. И не только кресло у него было мое, но и облик, голос, одежда. На нем даже маглорская мантия красовалась, причем не моя. У меня начинали самовольно сжиматься когтистые кулаки при одной только горькой мысли о том, как получил ее негодяй.

Но невыносимее всего оказалось смотреть на моих друзей и сородичей, выстроившихся перед крыльцом защитной стеной. Причем защищать они намеревались вовсе не меня и не своих женщин и детей.

С хмурыми лицами и несчастными глазами, держа в руках арбалеты и мечи, простенькие боевые амулеты и жезлы, Кинрес, Зийлар и закусивший губу Март со свежей царапиной через всю щеку готовы были выступить против меня. Рядом с ними держал в руках топор для рубки мяса добродушный муж Варисы, а сама кухарка расположилась между сыновей с метательными ножами в обеих руках.

А вот Лавена и нежная Сейнита-Мэлин стояли рядом с креслом моего двойника, и вокруг них вился зеленоватый туман сложного щита.

Мои поисковички продолжали стремительно обыскивать приемный зал, кухню и ближние комнаты в поисках тех из домочадцев, кого не было здесь, и очень скоро я знал, что все они спят прямо там, где застигло их заклинание сна. На пороге кухни лежали внуки магистра, посреди приемного зала две девушки-оборотницы из тех, что остались помогать Варисе.

Постепенно мне становилось все понятнее, как действовал ментал и как ему удалось обмануть меня в тот момент, когда мы вернулись из столицы в полностью захваченный им дом. Я не считал нужным держать поднятыми ментальные щиты в собственном, хорошо защищенном доме, а он сумел уловить мою нетерпеливость и решил выждать.

— Ну и что ты стоишь? — тем же тоном поинтересовался лже-Иридос. — Ничего не спрашиваешь и ничего не хочешь сказать на прощание своим бывшим подданным? Тогда прощай. Бейте!

— Слишком жирно тебе будет, — сообщил я ехидно, торопливо утаскивая воздушными лианами свалившихся от моего заклинания сна домочадцев в поднятый за моей спиной защитный купол, — если моим подопечным придется поднять руку на своего главу.

— Ты довольно быстро соображаешь, — зло сказал он и грубо дернул за руку Лавену. — А ну, маглора, покажи, что ты умеешь! У тебя же контракт на мою защиту, выдай вон тому зверю так, чтоб пятки горели!

— Ей со мной не справиться. — Я никак не мог понять, чего задумал самоучка и почему тянет время, ведь не может не понимать, что у меня была возможность вызвать подмогу?

Разумеется, ему и в голову не придет, что я никого не стал вызывать, и, значит, есть веская причина, которая удерживает негодяя от попытки немедленной расправы. Настолько серьезная, что мне неплохо бы узнать о ней как можно скорее. И в таком случае мне лучше всего сыграть в честного простака-маглора, каким я был еще полгода назад.

— А я на это и не надеюсь, — ядовито сообщил он и подстегнул медлившую Лавену колючей молнией.

Девушка вскрикнула и махнула в мою сторону жезлом.

Вот в этот момент я в совершенстве осознал, что так и остался в душе тем самым наивным маглором. Едва огненный шар, сорвавшийся с жезла, ударил меня в плечо, символ дома ощутимо потеплел.

— Но ты же ничего не получишь, — торопливо проговорил я, пытаясь взять власть над артефактом так, как научился за время экспериментов, — если я ее убью. Давай договоримся, я могу дать тебе за девчонок кучу золота!