Дорога короля - Галина Гончарова

– Почему?

– Боялся, что дети тоже будут с горбом.

Анжелина пожала плечами. Может, мальчишка и рассчитывал на другую реакцию, но…

– Горб на спине – ерунда. И не с таким люди живут.

– Он вас любит.

– И я его тоже люблю. И надеюсь, что мы с тобой подружимся.

Иан независимо пожал плечами.

– Потому что отец так хочет?

– Нет. Потому что вы много потеряли, а у меня никогда ничего и не было.

– Но вы же принцесса?

– Это вовсе не означает, что я была счастлива…

Анжелина не крутила, честно отвечая на вопросы. Иан – сын Брана. А единственное, чего не в состоянии простить Гардрен, это лжи.

От чужих – пожалуйста, хоть ты заврись с утра до вечера. Хоть ты что сделай!

Но от своих? Никогда!

Наверное, потому, что на чужих Гардренам всегда было плевать. Есть клан, есть план…

Чужие люди в это вписываются или как инструмент, или как расходный материал. Какая разница, что там думает о себе молоток? Или стамеска?

А вот свои…

Для своих людей Бран готов был отдать жизнь. И спрашивал соответственно.

Анжелина это принимала и одобряла.

Она не клялась Иану в вечной любви, она не рассказывала, что не может жить без брана, она пробовала говорить с мальчишкой, как со взрослым. Иан принял этот тон – и сделал ответный шаг.

Им еще предстоит уживаться вместе.

Дружба?

Может быть, и так. А может, и иначе.

Посмотрим…

Но начало хорошим отношениям было положено.

Уэльстер, Кардин.

Мария въезжала в столицу без лишней помпы.

Тихо, скромно, чуть ли не в тайне. Но едва не светилась от счастья.

И оказавшись во дворце, сразу бросилась к Милии.

– Милли! Эд! Кор!!!

Милия обняла девочкку и от души разрыдалась.

– Мария!

– Я так волновалась…

– Я чуть с ума не сошла от беспокойства…

Слезы, сопли, признания…

Нельзя сказать, что Милия и Мария стали словно мать и дочь. Но – они обе помнили ТУ жизнь.

До бунта.

Когда был жив Гардвейг, и не было ничего плохого, и… и помнили они ее примерно с одной и той же стороны.

Им было о чем поговорить, и о чем поплакать, этим они и занялись.

Милия рассказала падчерице о планах на ближайшее время.

Первым делом шла коронация Эдвина. Встреча с дворянским собранием, признание регента.

Потом – помолвка Марии. Все же она до конца не состоялась… вот, пусть ее еще раз отдадут в Ативерну.

Ивернейцы?

Да… не гнать же их из страны? Но конечно, наглость! Вот так лезть к чужой невесте…

Ну, ничего, им скоро уезжать.

Что думали на этот счет сами ивернейцы, никого не волновало. Главное, что они делали хорошую мину при плохой игре.

Не получилось у них с Марией? Ну… не очень-то и хотелось.

И с Уэльстером не получилось? Зато мирный договор есть.

Альтрес Лорт сделал вполне аристократический финт ушами, и свалил ивернейцев на Милию. А что?

Пусть ее величество ими занимается.

Милия возражать не стала. Ей было не до возражений, надо было готовиться к коронации сына.