Звери Гора - Джон Норман

В дверях, из которых вышел Карджук, стоял огромный полярный кюр. В ушах зверя качались золотые сережки. Чудовище растянуло губы и обнажило кривые мощные клыки. У кюров это означает радостную улыбку.

— Познакомься с моим другом, — сказал Карджук, кивая на кюра. — Это он напал на твоего приятеля Рэма, когда вмешались люди из стойбища. Ты думал, что я его убил.

— Нет, — усмехнулся я. — Я так не думал.

— Нет? — удивился Карджук.

— Конечно нет. Я осмотрел голову, которую ты при тащил в стойбище. Золотые кольца показались мне тоньше и меньшего размера, чем те, что я видел раньше. К тому же, судя по ушам, их вставили совсем недавно. Да и голова не походила на только что отрубленную. Дня два-три она точно где-то провалялась. Кроме того, зверь, напавший на Рэма, сожрал слина. Я не нашел следов крови на языке и шерсти. Короче, ты принес голову другого существа.

Карджук внимательно смотрел на меня.

— Ты что, решил, что я не отличу одного кюра от другого? — насмешливо спросил я. — Воины отличаются наблюдательностью и хорошей памятью. Внимание к деталям, даже самым незначительным, порой помогает избегнуть смерти.

— Ты прав, — сказал Карджук. — Это была голова ледяного зверя, убитого несколькими днями раньше.

— Я уже не говорю о том, что мимо тебя не должен был проскользнуть ни один зверь, — насмешливо сказал я. — Для человека с твоим опытом и известностью, ты слишком долго за ним гнался.

— Ты мне льстишь, — улыбнулся Карджук.

— Все вместе однозначно свидетельствовало о том, что ты работаешь на кюров.

— Ты умный, — сказал Карджук.

— Да и с напарником тебе не повезло, — заметил я, кивая в сторону белошкурого зверя. — Он шел параллельным курсом и постоянно попадался нам с Имнаком на глаза. — Я хотел выяснить, насколько хорошо кюр понимает по-гориански.

Глаза зверя недобро сверкнули, а уши прижались к голове. Значит, это корабельный кюр, натренированный на распознание человеческой речи. Я не увидел никаких приспособлений для перевода. Похоже, технология кюров вышла на новый уровень.

— Он на севере недавно, — заступился за кюра Карджук. — Это не заурядный ледяной зверь, а совсем другая порода, родом издалека.

— Это корабельный кюр, — сказал я.

Карджук нахмурился. Похоже, он и сам не знал про вращающиеся на орбите стальные миры.

— Он прилетел с миров на орбите, — пояснил я.

— Там что, есть миры? — спросил он.

— Да.

— Далеко?

— Гораздо ближе, чем о них думают.

— Если ты такой умный, то зачем шел на север? — спросил Карджук.

— У меня на севере встреча, — сказал я. — С Зарендаргаром. Безухим.

— Никто не может его видеть.

— Ты его охранял, — произнес я.

— Я и сейчас его охраняю, — заметил он.

— Ты бросил пост.

— Я охраняю его своими методами.

— Где Имнак? — спросил я.

— Он с нами, — ответил Карджук.

— Лжешь.

— А как, по-твоему, мы тебя захватили?

— Лжец! — крикнул я и попытался схватить его за горло, но Карджук отошел от клетки.

— Подлец! — закричал я, сотрясая прутья. — Подлец и предатель!

Карджук и кюр скрылись за дверью, из которой появились.

Тележка покатилась дальше.

— Если не ошибаюсь, — произнес шагающий позади клетки Друсус, — к нам идет твой дружок Имнак.

Я прижался к прутьям. Навстречу действительно шел Имнак. До него было ярдов пятьдесят. Увидев нас, он приветственно помахал рукой.

— Имнак! — заорал я.

Как и Карджук, он был одет в меховые сапоги и штаны. Краснокожий был обнажен по пояс. Иссиня-черные волосы были схвачены Лентой. На шее висели тяжелые золотые ожерелья. Имнак грыз ножку жареного вула. Сзади шли разодетые в шелка рабыни. На Поалу была коротенькая желтая туника, на Одри и Барбаре — красные. Девушки были босы, на шеях поблескивали ошейники, на руках и ногах позвякивали браслеты.

— Привет тебе, Тэрл, который со мной охотился, — широко улыбнулся Имнак.

— Значит, и ты попался, — сказал я.

— Нет, — покачал головой краснокожий. — Попался только ты.

— Не понимаю, — произнес я.

— Здесь очень жарко, — заметил охотник.

— Почему ты на свободе? — спросил я.

— Ну и жара, — повторил краснокожий. — Как ты думаешь, зачем они здесь так топят?

— Ты же стоял на посту, — напомнил я.

— Я следил за Карджуком, — кивнул Имнак.

— Почему я в клетке, а ты нет? — спросил я.

— Может быть, я немного сообразительнее, — ответил охотник.

Я пристально на него посмотрел.

— Почему я должен быть в клетке? — спросил Имнак. — Не понимаю.

— Тебя поймали, — сказал я.

— Нет, — покачал головой он. — Это тебя поймали. Посмотри, как идут Поалу эти украшения.

— Очень идут.

— В чуме в этой тунике замерзнешь, — заметила девушка.

— Может, поэтому они так топят? — предположил краснокожий.

— Имнак, они убеждали меня, что ты меня предал, — сказал я.

— И ты им не поверил?

— Конечно нет!

— На твоем месте я бы основательно обдумал этот вопрос, — сказал он.

— Нет! — решительно произнес я.

— Надеюсь, это никак не отразится на нашей дружбе? — озабоченно спросил Имнак.

— Никак, — твердо сказал я.

— Это хорошо, — кивнул охотник.

— Странное дело, Имнак. Любого другого я бы уже возненавидел, а на тебя не могу даже рассердиться.

— Это потому, что я — простой, дружелюбный парень, — объяснил он. — Можешь спросить любого человека в стойбище. Только вот петь я не умею.

— Ты не умеешь быть преданным, — сказал я.

— Это еще почему? — возмутился Имнак. — Смотря кому преданным.

— Никогда не пытался взглянуть на это дело с такой точки зрения, — признался я. — Полагаю, ты предан Имнаку.

— Ему можно быть преданным, — кивнул он. — Имнак простой, дружелюбный парень, все в стойбище это подтвердят. Только вот петь он не умеет.

— Надеюсь, ты собой гордишься, — сказал я.

Имнак пожал плечами:

— Кое-что у меня действительно хорошо получатся.

— Например, предательство, — заметил я.

— Не надо говорить обидных слов, Тэрл, который со мной охотился, — сказал Имнак. — Я говорил с Карджуком. Так лучше.