Сага смерти. Мгла - Андрей Левицкий

Болотник поднял голову от сундука, я посмотрел на Катю. Она сказала:

– Я не знаю, что это за артефакт. Действительно, не знаю. Меня наняли…

– Кто нанял? – спросил я. – Где это происходило, для чего конкретно наняли, кому ты должна артефакт передать?

– Покажи его, – добавил Болотник.

Алекс выбрался из-под навеса, к нам подошли Кирилл с Хохолком, интерес к происходящему не проявлял только Анчар. Когда мы втянули Катю на плот, то отстегнули от ее пояса контейнер и положили под навес, но теперь он опять был на ремне – рыжая не любила выпускать его из поля зрения. Она положила контейнер на бревна, щелкнула фиксаторами выпуклой крышки, поежилась и раскрыла. Внутри лежал лилово-синий тускло светящийся клубень.

– На почку похоже, – сказал Алекс, поморщившись. – На человеческую почку.

– Слишком здоровый, – возразил я. Алекс ткнул пальцем в Хохолка.

– Вон на его почку.

– Чеши грудь! – ответствовал на это Хохолок.

– Так кто тебя нанял? – спросил я, протягивая руку к артефакту.

Когда Катя открыла контейнер, Болотник вздрогнул, Кирилл, проворчав что-то, потрогал лоб, а у меня возникло ощущение, будто нам нами пронесся порыв ледяного ветра. Потом стало зудеть в затылке – вроде кто-то пристально смотрит сзади. Я оглянулся – нет, никого, пустые плоские берега.

– Закрой! – вдруг приказал Болотник. На лбу его выступила испарина.

Рыжая будто ждала этого – тут же захлопнула крышку.

– И контейнер хитрый какой-то, – добавил Алекс. – Изнутри покрыт чем-то.

– Потому что он экранирующий. – Она посмотрела на меня. – Ты хотел все узнать? Так вот слушай: наняла меня одна коммерческая лаборатория. Частные лаборатории по новому закону не имеют права эксперименты в Зоне проводить или артефакты исследовать, только правительственные. Потому я про это и не рассказывала вам – они предупредили, что дело секретное, если военные узнают или спецслужбы… В общем, эта лаборатория отправила экспедицию, которая дожидается на краю Могильника, то есть на берегу Грязевого озера. А почему им этот артефакт надо срочно доставить – не знаю. Зачем-то он ученым понадобился. Вот и все.

Что-то в этой истории было разочаровывающее, тривиальное. И не понять, врет нам Катя Орлова или правду говорит. Вроде все логично, частная лаборатория действительно могла нанять ее, чтобы пронести что-то в глубь Зоны, почему бы и нет? Но… почему-то не верится, хотя привести контрдоводов я сейчас не мог.

Махнув рукой, Алекс отошел на край плота и сел рядом с Кириллом. Я выпрямился, опираясь на острогу, встал на передке. Холодный ветер дул в спину, подгоняя плот. Небо затянула серая пелена, красное солнце медленно сползало к горизонту.

Вода хлюпала, плескалась между бревен, иногда заливая края плота. По углам торчали четыре факела, палки с набалдашниками из пропитанного смолой тряпья. Пятый, самый длинный факел высился спереди посередине.

– Марат! – позвал Болотник, и я вернулся к навесу. Хохолок вытащил из-под него здоровую ржавую секиру и небольшой, с треснувшим обухом топор, а еще – три дощатых ящика. Он вскрыл их, теперь следопыт и Кирилл с Катей сидели вокруг, разглядывая содержимое. Руку в лубке рыжая положила на колени. Выглядела она неважно: щеки запали, под глазами темные круги.

Я присел рядом. В одном ящике были сухари, в другом – все тот же крупнозернистый песок, третий наполняли цилиндры с серебристой блямбой взрывателя на конце.

– Знаешь, что это? – спросил следопыт.

– Мины.

– Их еще почему-то петардами называют, – кивнул Алекс. – Взрываются от удара. Зачем их здесь столько?

– Местные сталкеры использовали их, чтобы глушить грязевых ящеров, – пояснил Болотник.

Хохолок зачерпнул сухари, будто воду, отправил в рот полную горсть и принялся с хрустом жевать. Кирилл посмотрел на него и произнес:

– Ты спас мне жизнь, когда мы бежали к реке. Спасибо. Здоровяк покосился на него, что-то промычал с полным ртом и потянулся к фляге. Но не взял – толстая, как бревно, рука взлетела, наемник приподнялся и гаркнул, тыча пальцем в берег:

– Хэ!

Я вскочил, ощутив легкое прикосновение к сознанию, щекочущее и мягкое.

У реки лежало поваленное дерево – крона полоскалась в воде, могучие корни вылезли из земли, но еще держали ствол, не позволяя течению унести его. Ветви торчали во все стороны, посреди шелестящей листвы присел на корточки контролер.

– Вон! – крикнул вскочивший Кирилл. – Вижу его! Я сказал:

– Тихо. Все видим.

Издалека мутант напоминал обычного человека: светлая кожа, длинные волосы, голый, худой… Невыразительное лицо, прямой тонкий нос, бледные губы, неширокие плечи.

Мы плыли далеко от него, к тому же вшестером. Мало какой контролер может подчинить такое количество людей, а этот явно молод, неопытен. Поняв, что его заметили, он выпрямился, придерживаясь за сук, уставился на плот.

Из-под навеса донесся рык. Анчар приподнялся на локтях, повернувшись к контролеру. Глаз сверкнул, изо рта вырвалось звериное рычание.

– Командор! – позвала Катя. – Что с тобой?

Анчар не слышал. Он зажмурился, собравшись с силами, вскочил, ударился головой в навес. Ткань выгнулась горбом, затрещала. Углами она крепилась к четырем вбитым между бревен подпоркам-клиньям, и два из них сорвались. Анчар рванулся, молотя руками, сбросил ткань.

– Контролер! – проорал он. – Худшая тварь в Зоне! Ненавижу их… всех вас ненавижу!

Он окинул нас бешеным взглядом, нагнулся и выдернул из связки короткую острогу. Свернутая кольцами волчья лоза отлетела на край плота, Болотник бросился к ней, поймал, не позволив упасть в воду. Хохолок схватился за секиру, Катя с Мировым отпрянули, я прыгнул к топору, лежащему возле бочонка, но Анчар не смотрел на нас. Он подскочил к борту, замахнувшись, упал на одно колено и метнул острогу.

Трудно убить контролера. И не потому, что он силен или особо ловок, – но потому, что может предугадать твои поступки, особенно те, что становятся следствием сильных эмоций.

Острога вонзилась в ствол там, где только что был мутант, а сам он исчез, растворился среди густой листвы.

Анчар что-то злобно выкрикнул вслед. Повернулся, ссутулился и поплелся обратно, волоча ноги. Механический глаз пощелкивал и трещал, перемотанная левая ступня скребла по бревнам. Командор добрел до поваленного навеса и рухнул на бок. Кирилл шагнул к нему, но Катя, успевшая вооружиться ножом, оттолкнула наемника.

– Погоди, – сказала она. – Может, он сейчас опять вскинется.

Я позвал:

– Анчар! Эй, Командор!

Он перевернулся на спину и больше не шевелился, уставившись вверх неподвижным взглядом.

– Кирилл, Хохолок, поставьте навес, – сказал я и обратился к следопыту: – Ты понимаешь, что с ним происходит?