Создатель призраков - Дэн Абнетт

Тварь спрыгнула в яму и двинулась на них. Офи­церы, как один, развернулись и бросились бежать со всех ног по затянутому корнями руслу ручья. Рыча­щая тварь следовала за ними по пятам.

Существо одним прыжком сбило с ног Жильбера и принялось терзать его панцирную броню. Во все сто­роны полетели осколки армапласа, вырванные из на­плечников. Майор беспомощно кричал.

Корбек бросился вперед, оседлал зверя, оттянул на­зад его голову и вонзил свой танитский кинжал в горло. Зловонная фиолетовая кровь хлынула из раны, тварь запрокинула голову и зашлась в хрипе.

— Давай, Аристократ! Сейчас! — кричал Корбек, пытаясь удержаться на спине зверя и оттягивая его голову.

Жильбер выхватил из подсумка осколочную грана­ту и швырнул ее прямо в глотку твари, сквозь дрожа­щую розовую гортань.

Майор вжался в землю, Корбек отпрыгнул в сто­рону.

Тварь взорвалась изнутри, орошая обоих гвардей­цев и ложе ручья кусками вонючего мяса.

Перемазанный грязью полковник поднялся со дна ручья. Оглядев Жильбера, он опустился рядом с ним и привалился к берегу. Его глаза закрывались от на­пряжения.

— Живой? — пробормотал он.

Аристократ кивнул.

— Самое время заключить перемирие, а?

Жильбер снова кивнул. Они оба встали и неуклю­же побрели прочь, все еще забрызганные грязью и ош­метками отвратительных внутренностей твари.

— Перемирие, да… перемирие… — еще ошарашенно твердил Жильбер. — На время.

— Руины, сэр… Те, что я видел недавно… Я снова нашел их…

Маколл говорил негромко и сбивчиво, было видно, что ему тяжело дышать. Он сидел на стволе упавшего дерева, попеременно отхлебывая воду из одной фляги и сакру из другой. Разведчик был весь перемазан грязью, его раны перебинтованы. Гаунт склонился перед ним, внимательно слушая. Маколла немного пугало присут­ствие Лилит, но инквизитор довольно быстро поняла это и отступила, позволяя Гаунту как следует погово­рить с его драгоценным разведчиком.

— Что это? — спросил комиссар.

— Без понятия, — пожал плечами Маколл. — Боль­шое, древнее и хорошо укрепленное строение. Сто­ит на вершине насыпи искусственного, как мне ка­жется, происхождения. Слишком правильной формы. Я точно знаю только то, что вражеских сил вокруг него что фруктовых мух над миской с виноградным сахаром.

Гаунт мгновенно насторожился. И не только потому, что осознал численность врага. В его сознании появился яркий, живой образ самих насекомых с длинным тельцем, кружащих вокруг миски с блестящей жидкостью у порога хижины лесника. Танитские насекомые… кото­рых он никогда в жизни не видел.

— Численность? — продолжал спрашивать он.

— Я не считал, — сухо ответил Маколл. — Был не­много занят. Предполагаю, что десятки тысяч. Может, я и проглядел остальных. Местность там холмистая, полно укрытий. Их там могли быть и сотни тысяч.

— Чего они хотят? — вслух размышлял Гаунт.

— Думаю, нам придется это выяснить, — негромко произнесла Лилит.

Гаунт поднялся и заглянул в тень капюшона, скры­вавшего лицо инквизитора.

— Прежде чем мы познаем безумие атаки силами шестидесяти человек против возможных сотен тысяч противника, позвольте я напомню вам, что мы даже не можем снова найти это место. Наши локаторы и ауспики молчат, а мои разведчики блуждают в трех сос­нах. Фес! Маколл — мой лучший следопыт, и даже он признает, что нашел эти развалины случайно.

Лилит кивнула.

— Эта буря лишает меня всякой ясности видения. Я тоже не знаю ответа.

— Я могу провести вас туда, — раздался за их спинами мрачный голос Маколла.

Гаунт обернулся к нему:

— Можешь? Ведь раньше ты говорил, что руины ускользают от тебя.

Маколл неуверенно встал на ноги.

— Это было раньше. Я не уверен… я просто чув­ствую, что могу снова найти их. Что-то внутри подска­зывает. Это похоже на… возвращение домой.

Гаунт бросил взгляд на Лилит.

— Нужно попытаться, — произнесла она. — Похоже, Маколл уверен в своих силах, и я доверяю ему не мень­ше вашего. Если противник окажется слишком силен, мы отступим.

— Комиссар кивнул. Он уже собрался позвать Раглона и разослать новый приказ о наступлении, когда посреди бури разнесся глухой взрыв осколочной гранаты. Через несколько мгновений по джунглям застрекотал беспо­рядочный огонь, узнаваемый треск лазганов перекры­вался визгом хеллганов. Гаунт спустился по склону, уже держа в руках цепной меч и требуя докладов.

Сержант Лерод руководил обороной восточного фланга.

— Лерод?

— Сэр! Неизвестные существа выходят из бури! Кровожадные твари!

Гаунт присмотрелся и увидел, как в темноте джун­глей из отблесков молний рождаются чудовища. По­веяло зловонием Хаоса. Аристократы и Призраки рас­стреливали тварей, подбиравшихся слишком близко.

— Отродья варпа, — прошипела Лилит, догнавшая Гаунта. — Живое проявление богохульной природы этой бури. Безмозглые, но смертельно опасные.

Из темноты появился Корбек, вид у него был по меньшей мере скверный. Он приказывал западному флангу заграждения стянуться ближе к центру.

— Что с вами случилось? — резко спросил Гаунт, видя не менее помятого Жильбера с отрядом вольпонцев.

— Была потасовка, — отмахнулся Корбек. — Какая- то фесова тварь выскочила на нас из темноты.

Гаунт не стал расспрашивать дальше. Сейчас было не самое лучшее время для строгих выговоров. Напро­тив, следовало сплотить отряд, держаться всем вместе. Комиссар включил свой коммуникатор:

— Гаунт — отряду. Мы начинаем наступление в удвоенном темпе. Клиновидное построение. Первый танитский взвод и половина вольпонцев пойдут на острие. Старший разведчик Маколл будет указывать на­правление. Всем остальным — охранять фланги и тыл.

Инквизитор Лилит утверждает, что отродья варпа мо­гут появиться где и когда угодно. Расстреливайте их без промедления. Сержант Лерод, обеспечишь наш тыл с шестью бойцами. Всем командирам доложить о по­лучении приказа и готовности выдвигаться.

Поток ответов пришел практически сразу. Раглон, прослушивавший каналы вокс-связи, доложил, что все взводы подтвердили готовность.

Но Гаунт еще не закончил. Служба с верными При­зраками последние годы сделала исполнение его ко­миссарских обязанностей простым и легким. Но теперь они были в пучине сражения, напуганные и вперемеш­ку с солдатами, которых Гаунт не знал и которым он не доверял. Мораль, дисциплина — главные слова для комиссара. Он припомнил свое обучение в Схоле Прогениум, его ранние годы службы кадетом при Октаре. Гаунт взял из рук Раглона микрофон:

— Я не буду говорить вам, что будет легко. Но это необходимо. Жизненно необходимо для победы импер­ских сил на этой планете, а возможно — и для всего Крестового похода. Приложи мы все силы, до последней искорки наших жизней, до последней капли крови, в этой битве — и все устремления врага обратятся в прах. Сегодня мы сражаемся за Императора, словно мы его избранная стража, стоящая по правую руку его. Защи­щайте стоящих в одном строю с вами, как если бы это был сам Император. Не бойтесь и не отступайте. Впере­ди вас ждет победа или слава исполненной отваги смер­ти во служении Золотому Трону Терры. Будьте верны ему, и Император защитит. Его рука направляет нас, его взор обращен на нас, и даже в посмертии вознесет он нас в свои чертоги, и мы будем восседать, овеянные сла­вой, подле него у Врат Вечности. За потерянную Танит, за могучий Вольпон, за Имперскую Землю… вперед!