Мефодий Буслаев. Ошибка грифона - Дмитрий Емец

— Интересный щит. Углы — это попятно, удары наносить. А прорези зачем? — спросила Хаара.

— Ими он ловит оружие противника. Зовут его Юм. Говорят, он дерется щитом не хуже, чем мечом. Щит у него с отгоченными краями. В бою Юм раскру¬чивается, как юла, и обычно держится за Гуром. Тот

проламывает строй щитов, а Юм врывается в брешь и

начинает ее расширять.

За Юмом шел крепкий страж с абсолютно лысой головой и красным лицом. Шея у него была такая мощная и короткая, что казалось, будто голова сразу переходит в туловище. Почему-то у этого стража нс было щита, а его роль выполнял прочный на вид на-грудник со следами многих битв.

— А этого я не знаю, — удивленно сказала Ламина.

— Мэнго, — отозвался Мсфодий, узнавая того по уникальной шее. — Страж непредсказуемых движе¬ний. Арсй относился к его технике без доверия, но признавал, что она хороша. А Арей очень не любил хвалить кого-то.

— А что у него за «техника»? — ревниво спросила

Радулга.

— Ну… — Мефодий замялся. — Обычно мы все же можем угадать если не следующее движение против-ника, то хотя бы какие-то связки. От меча можно ожи-дать такого >дара, от ног — такого… А с Мэнго все не так. Он не меньше тысячи лет потратил на выработку собственной техники. Он может, например, упасть в бою па спину и убивать ногами, используя лезвия, ко¬торые у него в сапогах.

— Это поэтому у него такая шея? — спросила Бэт- ла.

— Отчасти. Говорят, Мэнго ничего не стоит не-сколько секунд стоять на голове и биться руками и ногами. При этом топоры будут у него в руках, потому что гак проще держать баланс. И все это в движении.

Восьмой страж Черной Дюжины был в плаще, за-крывавшем его целиком. Что под его плащом, никго

жеФодий русляер ^

'' Т

из валькирий разглядеть нс мог. Лишь изредка, когда ветер приподнимал край плаща, мелькало что-то бле-стящее.

— Это Динор, — сказала Ламина. — В Черной Дю-жине он что-то вроде валькирии-одиночки. Обычно они использую!* его для спецопераций, ночных выла-зок и других подобных вещей.

Девятый страж Черной Дюжины был громадного роста и в массивных доспехах. Оружием ему служи¬ли два топора. Один был легкий, па длинной рукояти, а другой тяжелый, который можно было назвать как топором, так и мечом, поскольку он имел ряд сходств как с тем, так и с другим.

— Торп, — сказала Ламина.

Десятый и одиннадцатый стражи были вооружены луками. Причем у одного, мощного, с очень жилисты-ми руками, лук казался едва ли не выше человеческого роста и заряжался стрелами размером с метательное копье. Другой страж был крошечным, как пигмей, и очень легким. Серьезных доспехов на нем не было, лишь куртка из толстой кожи со вшитыми в нее ме-таллическими пластинами. Луком он был вооружен нестрашным, почти детским с виду, и стрелы у него были тоже маленькие, каждая не длиннее руки от за-пястья до локтя.

Звали их Росвус и Киор. Лучшие лучники мрака. Росвус обычно не сближался с противником и рас-стреливал его издали, пользуясь тем, что его жуткий лук, который и натянутъ-то во всем Тартаре сумел бы только он, насквозь пробивает щиты и доспехи. Кнор же влезал в самую гущу схватки и бил из своего ма-ленького лука вблизи. Порой, говорили, он прыгает

даже и по вражеским щитам и после, легкий, как бел-ка, бежит по головам, не забывая пускать сверху стре¬лу за стрелой.

* * *

Ирка и Багров приехали на Большую Академиче-скую еще в два часа. К пруду им пробиться не уда¬лось из-за сильнейшей метели. Ирка настояла, чтобы Матвей бросил машину, и дальше они пошли пешком. Лампу с Огнсдыхом Ирка несла под курткой. Для на-дежности она наложила на свою одежду такое коли-чество маскирующих заклинаний, что сама, приот-крывая куртку, нс видела ничего. Даже саму себя нс видела, а только почему-то позвоночник, так и не по-желавший стать невидимым. Это было так жутко, что Ирка поскорее запахнула куртку и застегнула ее на молнию, на всякий случай ощупав себя рукой, чтобы убедиться, что тело ее никуда не делось.

— Может, не стоит? — спросил Багров, нс хотев-ший, чтобы Ирка видела, как гибнут валькирии.

Он еще с вечера всеми силами стирался отговорить Ирку, но нс сумел. Ирка — обычно мягкая и уступчи-вая — здесь проявила настойчивость.

— Нет! Пойдем! — сказала она упрямо и пошла, на¬клонившись вперед. Он догнал се.

И вот теперь они шагали сквозь метель, помогая друг другу. Ближе к пруду стали попадаться кучки ко-миссионеров и суккубов. Изредка они подбегали к ним, здоровались и предлагали всего за один эйдос провести по короткой дорожке. Ирка с Багровым веж-ливо отказывались.

Комиссионеры обычно понимали «нет» с первого раза, суккубы же принимались охать, что вот, вальки¬рий сегодня убьют, и так пусто станет в Москве, так тоскливо. Ирка выходила из себя, хваталась за рунку, которую она на всякий случай захватила с собой, и во все стороны летели надушенные тряпочки. Правда, многим удавалось убежать. Суккубы — народец шу¬стрый.

Уже у пруда, когда из пелены метели вдруг вырос¬ли трибуны, к ним деловито подошел комиссионер и сунул приглашение на двух персон.

— Трибуна С сектор А ряд третий, места тринадца¬тое и шестнадцатое! Это от кого? — удивленно спро¬сила Ирка.

— Подарочек-с! Вип-ложа-с!

Комиссионер загадочно надул щеки, многозначи-тельно возвел глаза и подозвал двух ажкубов в стили-зованных костюмах японских гейш, которые, быстро размахивая огромными веерами, так что невозмож¬но было ничего разглядеть, повели Ирку и Багрова сквозь пеструю, возбужденно ревущую в предвкуше¬нии боя толпу.

Ирка, оглушгенная криком, смогла оглядеться, толь-ко когда уже сидела на 13-м месте, а рядом с ней кто- то возился и вздыхал. Суккубы уже куда-то сгинули. Ирка повернула голову и увидела Мамзелькину. Ста- РУ'шка не смотрела в ее сторону и то ли притворялась обиженной, то ли действительно дулась.

Только теперь Ирка поняла, отчего у Багрова место было 16-е. Потому что место № 14 было уже занято Аидой Плаховной, а место № 15 — се косой. Матвей, сидевший рядом с косой, ощущал себя крайне не¬уютно, потому что Лидушка то и дело задевала косу локотком, и коса начинала, съезжая, крениться в сто¬рону Багрова.

— Трещотку не хочешь? — спросила Мамзелькина, не глядя па Ирку.

Ирка отказалась.

— И фанатскую шапочку Черной Дюжины не хо-чешь? Красивая шапочка!

Ирка отказалась и от шапочки. Чтобы не смотреть на Мамзелькину, она отвернулась в другую сторону. И сразу же обнаружила, что ее сосед справа — секре¬тарь Лигула. Это был новый, незнакомый ей секре¬тарь. Она и узнала его потому 'только, что видела пару свежих афиш мрака, где он стоял рядом с Лигулом. Внешность у нового секретаря была запоминающая¬ся. Невысокий, с умным подвижным лицом, с густыми, очень толстыми волосами, наползающими на лоб, он напоминал умную мартышку7.