Побочный эффект - Дмитрий Янковский

– Не напрягайся, – проститутка затянула ее в подворотню и перешла на шаг. – Делать им нечего бегать за бабами по морозу! Меня зовут Кира.

– Меня Люда, – ответила Шерстка, стараясь унять учащенное дыхание.

– Тебе куда?

– Не знаю. Мне нужен телефон.

Кира усмехнулась и оглядела девушку с головы до ног.

– Забавно, – протянула она. – Адвокату звонить?

– Нет. У меня муж попал в большую беду. Мне надо его разыскать раньше, чем отыщет милиция.

– И что с ним?

– Понятия не имею, – призналась Шерстка. – Но у меня есть номер телефона человека, который наверняка знает.

– Ты часом никого не грохнула? – подозрительно сощурилась проститутка. – А то у меня в последние дни какой-то напряг с везением. Позавчера нагрянули менты и выперли всю нашу компанию из «Солара»…

– Откуда?

– Из «Солара». Это боулинг на девятьсот пятого года. Там тепло и полно богатых клиентов. Прерасное место для работы. Но теперь туда носу не сунуть. Пришлось перебираться в «Форд Нокс». Довольно гадкий клубешник. И надо же было сунуться туда Севастьянову! Урод длинноногий. Так что если тебя взяли по мокрухе, у умываю руки.

– Нет! – девушка помотала головой. – Я не могла дозвониться и шарахнула кулаком по таксофону. Тут меня и взяли. За нарушение порядка.

– Похоже на правду. Этим уродам только дай поймать невинного человека. Пойдем ко мне, это в двух кварталах отсюда. Телефон у меня есть. Да и немного выпивки тебе не повредит.

Шерстка сглотнула и сжала кулаки.

– Идем! – решилась она. – Только заплатить я тебе не смогу. Денег почти не осталось.

– Забудь, – улыбнулась Кира и потянула девушку за руку. – Бабы должны помогать одна другой, иначе этот мир рухнет к чертям собачьим.

Они пробрались через заваленный снегом двор и пересекли пустынную улицу, над которой мигал желтый сигнал светофора.

– Как вы открыли решетку? – наконец решилась спросить Шерстка.

– Старый трюк с жевательной резинкой, – рассмеялась женщина. – Когда тебя заводят в милицию, не забудь залепить жвачкой язычок магнитного замка. Чего ты дрожишь вся?

– Замерзла, – соврала Шерстка, ускоряя шаг.

Олегу снился прокаленный солнцем песчанный пляж, теплое море, теплый ветер и Шерстка, плескающаяся у берега в сверкающих бликах волн. Он вздрогнул во сне, услышав писк электронного будильника, но липкая дремота отпускала с огромным трудом. Сначала он вынырнул из полудремы на пляже, а затем проснулся в снежной норе. Звук остался. Но теперь Олег понял, что это не писк будильника, а сигнал вызова мобильного телефона. Простенькая мелодия раздвалась совсем рядом, и ветер разносил ее далеко по лесу.

Олег заставил себя выбраться из норы – где есть телефон, должны быть и люди. Оставалось только ползти на звук, но пробравшись по снегу всего с десяток шагов, Олег понял, что звук раздается из-под рыхлого снега, а не из чьих-то рук. Заметив лунку в снегу, он начал копать бесчуственными ладонями, почти сразу наткнувшись на показавшуюся знакомой трубку. Ничего не ощущающий палец надавил кнопку, но ответить получилось лишь неясным хрипом.

– Что? – удивленно прозвучал в трубке голос Шерстки. – Это Вадим?

– Шерстка… – прошептал Олег, не понимая, правда ли то, что он слышит.

– Что? Кто это?

– Шерст-ка, – чуть более внятно сказал он.

– Олег? – выкрикнула девушка. – Олег, ты где?!

– В лесу. У-ми-ра-ю. Горь-ков-ско-е шоссе.

– Говори яснее!

– Горьковское.

– Какой километр? Что с тобой?

Олег уже понял, что держит в руке не случайный мобильник, а телефон Вадима. Это говорило о не слишком большом расстоянии до дороги – Нина не могла забросить его далеко.

«Я все время полз вдоль шоссе», – с досадой подумал он и прислушался, но ветер мешал уловить направление по звуку.

– Не клади трубку, – хрипло попросил Олег.

– Только не молчи. Почему у тебя такой страшный голос?

– Я без одежды, – хрипел Олег, пытаясь определить, под каким углом телефон влетел в снег. – За-мер-за-ю…

– Господи… – Шерстка не удержалась и заплакала. – Что же мне делать?!

– Не вешай трубку… – он встал и направился туда, где по его мнению должна была оказаться дорога.

Он не ошибся, хотя расстояние оказалось раза в два больше, чем он предполагал. Но километрового столба поблизости не нашлось.

– Я между МКАДом и поворотом на дачный поселок.

– Какой поворот?

– Правый. Не доезжая. Едь быстрее, я не знаю, сколько еще продержусь.

– Я еду. Держись, ради Бога! Вызови «скорую»! Нет, я сама вызову!

Олег не удержался и упал на колени. По закатанному в снег асфальту извивалась поземка, ветер свистел и продувал онемевшее тело насквозь. Хотелось снова зарыться в снег и свернуться в клубочек, хотелось представить лавину жаркого сонца и раскаленный песок.

Сложная фигура из треугольников теперь заняла в воображении центральное место, она вращалась перед глазами, начисто отключив от сознания внешние рецепторы. Мир перестал восприниматься чем-то реальным.

«Я не хочу умирать», – думал Олег, уже ничего чувствуя. – «Я должен дождаться Шерстку. Она придет. Обязательно».

Он рухнул лицом в сугроб и поземка тут же закидала его спину белой трухой.