Побочный эффект - Дмитрий Янковский

– С чего вы это взяли? – Вадим пристально глянул генералу в глаза.

– Мне подсказала сложность фигуры. Шри-янтра намного проще того, что нарисовал Шерстюк. В ней словно не хватает множества элементов. Это говорит о недостаточных условия приема, понимаешь? Мы создали для рецепиента почти идеальные условия, а в Америке помогла мощная аппаратура и погодные условия. Раньше же люди принимали сигнал на скальную породу, что вносило спонтантные искажения. Шум.

– Шум, – задумчиво повторил Вадим. – Значит все чудеса, творимые разными пророками, ничего не стоят в сравнении с приобретенными умениями Шерстюка? Черт бы меня побрал… Понять бы, в чем именно эти возможности могут заключаться!

– Можно попробовать провести аналогии от уже изученных свойств Шри-Янтры, – без особой уверенности предложил Стежнев.

– Кстати, да. – Вадим погладил бородку. – Некоторые физиологические изменения в организме Шерстюка напоминают процессы, происходящии у людей, созерцающих Шри-Янтру. Например прилив крови к правому полушарию.

– Активация правого полушария вызывает повышенную самоуверенность, – Виталий Кузьмич вспомнил один из отчетов экспертов.

– Как вы говорите? – насторожился Вадим. – Уверенность в себе?

– Ну, так считают ученые.

– Кажется я нашел ниточку, – в глазах Вадима появилось довольное выражение. – Вспомните, что говорил наш эксперт! Это ведь одно к одному!

– Поясни-ка, будь любезен.

– Ну, он рассказывал о внушении без слов, да и о самовнушении тоже. О постгипнотическом эффекте…

– Да это я помню! – прервал его генерал. – В чем суть твоей догадки?

– Ну, – чуть замялся Вадим. – Способность к внушению и к самовнушению, мне кажется, напрямую связана с уверенностью в себе. А эксперт предполагал, что все чудеса, включая повышение скорости реакции, могут быть объяснены именно этим.

– Ну, не знаю, – Стежнев недоверчиво пожал плечами. – Кроме того не забывай про американцев. У них все развивается по иному сценарию.

– Не совсем по-иному, – не согласился Вадим. – Результат у нас и уних одинаковый – контроль над рецепиентом утерян.

– Передергиваешь.

– Вовсе нет. Мы понятия не имеем чего ждать дальше. Они тоже.

– Ладно. Ты анализировал возможность установления контроля над американским рецепиентом?

– Теоретически это возможно, если знать, кто попал под воздействие Модели. По последним данным Алекса из видевших Модель могли выжить только трое. Два генерала и личный референт Ричарда Грэя. Все они на настоящий момент числятся пропавшими без вести. Сам Алекс пострадал во время катастрофы в лаборатории NASA и сейчас находится в городском госпитале с ожегом плеча. Так что ему сложно собирать достоверную информацию.

– У нас есть еще кто-нибудь в этой системе?

– Настолько внедренного и информированного нет.

– Ладно. Тогда найди способ сообщить Алексу о возможной опасности рецепиента.

– Связь с ним отличная, – негромко сказал Вадим, – но мы сами понятия не имеем в чем эта опасность может заключаться.

– Значит необходимо приложить все силы для поиска Шерстюка. Кроме того уничтожь все его рисунки, записанные камерами наблюдения.

Стежнев запнулся и вынул изо рта погасшую трубку.

– Черт меня задери, – медленно и внятно выговорил он. – Кузина Шерстюка наверняка видела подлинники, если он рисовал дома!

– И они гораздо подробнее той мазни, которую нам удалось получить через камеры.

– Да. Она могла заразиться.

Внезапно ожил динамик селектора и Вадим невольно вздрогнул от раздавшегося в комнате голоса Ксении.

– Прошу прощения, – сказала она. – Срочное сообщение из милиции. Дежурный из управления сообщает, что отделением в Новых Черемушках была задержана Людмила Шерстюк, жена Олега Шерстюка.

– За что?

– Хулиганские действия. Громила таксофон в метро.

– Хорошо. Она там, или ее перевезли в управление?

– Нет. Дежурный сообщил мне о ее задержании и я не успела вас вызвать, как он позвонил снова.

– Что там у них? – спросил Вадим, уже ощущая волну нехорошего предчувствия.

– Людмила Шерстюк совершила побег из отделения, – спокойно ответила Ксения.

– Нормально… – протянул генерал, постукивая пальцами по столу.

Вадим отпустил кнопку и откинулся на спинку стула.

– Вот и мы и дождались, Виталий Кузьмич.

– Чего?

– Контакта. Светлого дня единения с гуманным космическим разумом, черт бы его подрал. Сигналы ловили из космоса! Поймали… Первый же оказался заразой. А мы ожидали зашифрованных технологий, великих откровений, ниспосланных свыше. Нате, кушайте!

– Успокойся! – фыркнул генерал. – Не хватало мне только паники на корабле. Шерстюка ищут, и это процесс мы ускорить не можем. Но мы способны выдать Алексу дополнильные деньги, попросив покинуть госпиталь и вернуться в центр связи. Не может такого быть, чтобы потеря двух генералов и референта подобного уровня, не завертела всю государственную машину Соединенных Штатов. Через центр связи Алекса обязательно будут проходить нужные нам информационные потоки, а это даст нам возможность хоть как-то контролировать ситуацию.

Низкая, похожая на золотистую жабу «Хонда» с ревом рассекала заснеженное пространство проспекта, огни фонарей за окнами расползались в извивающиеся цветные полосы. Кира правила спокойно, со знанием дела выводя машину из легких заносов, в которые та иногда срывалась.

– Хорошо водишь, – нервно улыбнулась Шерстка, побелевшими пальцами цепаляясь за дверной подлокотник.

– Это у меня хобби такое, – рассмеялась женщина, не спуская цепкого взгляда с дороги.

Лучи фар впивались в асфальт, словно лезвия бритвы, казалось они плавят снег, клубящийся перед капотом.

– Что у них там за массовка? – Кира удивленно вздернула брови.

Шерстка поняла о чем речь, только когда посмотрела вперед – на милицейском посту возле развязки МКАД действительно наблюдалось необычное оживление. С десяток машин, с мигалками и без них, сгрудились возле обочины, а вокруг них, не смотря на мороз с ветром, суетилось довольно много людей.

– Ловят кого-то, – предположила Кира. – У тебя с документами все в порядке?

– Не знаю, – честно ответила Шерстка. – Кажется мой муж в розыске.

– Оп-па, – усмехнулась женщина. – А говорила, что тебя взяли за хулиганство.

– Это правда. Меня сначала задержали, а потом им показалась подозрительной одинаковая фамилия.

– Ладно, – Кира сбросила скорость. – Разберемся по ходу веника.