Иллюзия выбора. Шаг - Галина Долгова

Будущие было ужасно. Я металась по комнате, заламывая руки и не зная, что делать дальше. Папа-маньяк и сынок-фанатик, помешанные не геноциде! Отличные будущие родственнички. Убедить, объяснить, договориться с таким нереально. Таких надо сразу уничтожать!

Что делать?! Эта мысль билась в голове, вызывая уже зубовный скрежет. Как назло ни одной подходящей идеи в голове не возникало. И даже посоветоваться не с кем. Эх…

Мысли плавно перетекли на Дана. Что бы я там к нему ни чувствовала, одно я знала точно. Его смерти я не хотела, и готова была сделать все, чтобы спасти его. И уж точно попытаюсь не дать этому маньяку принести его в жертву. В конце концов, это мой жених! И менять его на Калима, я не собираюсь!

А вот Калима вспоминать не стоило. Моментально со дна души поднялась холодная ярость. Кто же знал, что он окажется такой тварью. Или это наследственность сказывается? Где-то на краю сознания мелькнула мыслишка, что, возможно, это все-таки не совсем Калим, а внушение папаши. Но я ее откинула. Буду так думать, начну его жалеть, и в итоге могу проиграть. Он для меня враг, предатель. И никак иначе к нему относиться я не буду. Во всяком случае, пока не окажусь в безопасности.

Итак. Что мы имеем. Во-первых, у меня блокирована магия, что очень плохо. Во-вторых, у Дана та же проблема плюс мы вообще не можем поговорить, а это очень-очень плохо. В-третьих, мне грозит активное домогательство человека, который вызывает исключительно отрицательные эмоции. В-четвертых, и самое главное, необходимо каким-то немыслимым образом помешать осуществиться планам этого сбежавшего из палаты для особо опасных буйно-помешенного. Ну и остальное, по мелочи, кто же тот предатель-дракон, кто кроме принцессы осведомлен о проделках мага, как вернуть наемников обратно… Да… Проще застрелиться, чем придумать каким образом выбраться из всей этой… хм… гадости.

Я понимала, что веду себя глупо, но все же с поразительным упорством обстукала все стены, вылезала на карниз, пыталась колдовать и снять ошейник. Закончилось все тем, что я сильно порезала шею и заляпала все кровью. А это не есть хорошо! Кровь — это очень ценное и опасное вещество, и разбрасываться ей точно не стоит. Наверно, я чудно выглядела, ползая на карачках, с тряпочкой и кувшином вина, стирая капли с ковра, пола и платья. Зато аромат по комнате пошел… закачаешься, причем в прямом смысле. Этот идиот даже воды мне оставил, так что пусть не жалуется. Саму тряпку я бросила в камин и тщательно проследила за ее сожжением.

Теперь же, устав, я уселась в кресло и замерла, смотря в окно. Внизу простиралась зеленая гладь без каких-либо признаков цивилизации или намеков, где мы. Тяжело вздохнув, я попыталась успокоиться и ни о чем не думать. Все-таки усталость бывает не только физической, но и эмоциональной. Решив отвлечься, я устремила невидящий взор вдаль. Только вот как назло, мыли так и возвращались к Калиму и сегодняшнему пробуждению. А если он начнет приставать? Передернувшись от отвращения, я закрыла глаза и представила Дана. Все приятней!

Откинув голову, я сосредоточилась на его лице. Медленно, словно через толщу воды проступили темные глаза с жемчужным блеском, обрамленное светлыми волосами лицо, четко очерченные губы… На миг мне даже показалось, что я действительно его вижу. Но только на миг. Эх, Дан, Дан, как же мне надо с тобой поговорить…

— Так говори, — раздался в голове насмешливый голос.

— Дан?! — я потрясенно подпрыгнула на кресле.

— Я. И не ори. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь узнал о том, что мы с тобой можем телепатически общаться!

— Но как?

— Хм… похоже наладилась связь Альтер. Если честно сам не поверил, когда тебя услышал.

— То есть ты теперь все мои мысли прочесть сможешь? — ужаснулась я.

— Нет. Только те, что ты на прямую мне передаешь. Но понять, что врешь или недоговариваешь смогу теперь всегда.

— Кошмар какой. Никакой личной жизни! А я? Тоже так смогу.

— Сможешь. Ладно, обсудим это позже. Что ты хотела рассказать?

Следующие полчаса я подробно пересказывала все, что узнала за эти дни. Дан молчал, но я чувствовала, что он все больше и больше мрачнеет. Странно, не вижу, не слышу, а знаю, что ему это не нравится, что испытывает отвращение, презрение, ненависть и страх. Причем страх явно не за себя.

— Значит, нас принесут в жертву… — хмыкнул Дан, — точнее меня. Очень интересно.

— Рада, что развеяла твою скуку, — разозлилась я, — но делать нам что?

— А какие предложения?

— Вообще-то, это я у тебя спросить хотела!