Хозяин теней 6 - Екатерина Насута

но… понимаете, человек, который создаёт, точнее окончательно оживляет и стабилизирует артефакт, при первом запуске как бы вкладывает частицу своей силы. Даже при том, что в последствии она развеивается, схема сохраняет отпечаток. Более того, он как бы прописывается в энергетическом поле. Хорошие мастера, зная этот нюанс, усиливают воздействие и так создают уникальное клеймо. Его невозможно подделать, вот… а если не усиливать, то эффект выйдет слегка размытым, но даже так можно разглядеть. А у этого мастера имеется одна характерная черта.

Демидов слушал Серегу внимательно.

— У него дар нестабилен, что сказывается. Причём… — Серега сморщил нос. — Сейчас это заметнее. В тот раз перекос едва ощущался, а теперь вот он совершенно явный. Я не знаю, действительно ли у девушки кольцо с аналогичными функциями, однако знаю, что сделал его тот же мастер, который изготовил то, прошлое. Понимаешь?

И на меня поглядел.

А я ответил.

— Понимаю. А если добавить, что между твоим дядей, Яр, и этой девицей ниточка силы протянулась?

— Направленность потока? — уточнил Тихомир.

— Не скажу, — я задумался, но всё же покачал головой. — Нить моя тень видит, а вот чего и как…

— Извините, — Елизар поднял руку. — Я… могу кое-что добавить. Хотя… я должен сказать, что не имею соответствующей квалификации, чтобы…

— Зар, давай уже, — Орлов поёрзал. — Он целитель. И толковый. Просто мелкий пока. И постоянно извиняется. Но соображает хорошо.

— Можно подумать, ты был крупнее в его годы, — пробурчал Яр. — А вот соображал похуже.

— Тихо, — это прозвучало приказом, и все замолчали. — А вы, молодой человек, излагайте.

— Ваш…

— Брат.

— Ваш брат очень истощён. Я… не знаю, что с ним случилось, но его состояние не нормально, — Елизар поёрзал. Под внимательным взглядом Демидова он ощущал себя неуютно. — Когда он вошёл, я обратил внимание на нестабильность его тонкого поля. Потом — на жадность, с которой он поглощал пищу. Признаться… извините, пожалуйста, но в таких случаях возникают весьма определённые мысли. Мне за них стыдно.

— Понимаю, — спокойно кивнул Тихомир. — Не все заботятся о больных родичах должным образом.

— Именно, — с облегчением выдохнул Елизар. — Но потом… потом он меня испугался, что тоже было странно, хотя не испугался Савелия и его… существа.

— Тени, — пояснил я. — Мне хотелось посмотреть, нет ли в вашем родиче чего-нибудь…

— Чего?

— Чего-то из кромешного мира. Мне случалось сталкиваться с существами, которые поселялись внутри людей и вызывали болезнь. Еремей такую заразу подхватил.

Про Еремея Демидовы знали.

— Ага, — поддержал Метелька. — Давно уже. Он тогда кровью кашлял и помирал. А Савка из него ту погань вытянул.

Взгляд у Тихомира тяжёлый, как надгробная плита.

— Это не тот случай, — ответил я на невысказанный вопрос. — Здесь нет магии. Травма головы.

— Вот… но травма давняя, — Елизар воспользовался паузой, чтобы продолжить. — И она зажила. А потому она не могла стать причиной… причиной истощения. Он ведь много ест?

— Да. Очень.

— И много спит.

— Трижды в день укладывается.

— Но при этом слабеет? — вопросы Елизар задавал совсем другим тоном.

— Да.

— А что ваш целитель? — не удержался я.

— Сказал, что это отдалённые последствия травмы. Дар угнетен, он, пусть местами и прорывается, но всё одно сжигает тело изнутри.

Ну вот, приятно осознавать, что я не параноик, потому что даже при моих знаниях объяснение было так себе. Слегка бредоватым.

— Это… странно, — Елизар нахмурился. — Дар ведь заблокирован?

— Пришлось.

— И травма давняя. А нарушения начались сейчас. Не так давно? Полгода?

— Именно.

— Дядя!

— Сиди, — жёстко повторил Тихомир. — Да, Фанни у нас тоже примерно тогда появилась.

— И привёл её ваш целитель.

— Именно.

— А до того?

— До того… первый год Рат вовсе с кровати не вставал. Лежал. Кормить приходилось едва ли не силой, да и прочее… как у любого иного больного. Целители только руками разводили. Пирогов вот, правда, сумел помочь. Сказал, что пролом в черепе зарос неправильно, что-то там внутри давит. И пришлось снова вскрывать. Выпиливать… и пластиной прикрывать. Он едва не умер.

Но не умер.

— Но потом полегчало. Начал садится. Есть сам, хотя и приходилось напоминать, но уже ложку до рта доносил. И даже появилась надежда, что как-то выправится. Пирогов сказал, что одарённые — крепче обычного человека, что если не померли сразу, то и шансы выжить у них много выше.

Охотно верю. И слушаю.

— Мы и надеялись… он там, на Урале, жил. Там наши горы, наша сила. И помогало. Лучше становилось. А после дар вернулся, хотя и не чаяли, думали, что с концами перегорел, но… — Тихомир покачал головой. — Оказалось, что контролировать его Рат не способен. А это опасно.

— И вы его увезли.

— Не совсем. Сперва думали заблокировать и только, но… матушка настояла, чтобы показали целителям. Она верила, что если дар вернулся, то и разум может.

И я не скажу, что она была совсем уж не права. Ратимир ведь и тень видел.

И Елизара прекрасно понял.

И мою речь. Он вполне разумно реагировал.

— Восстанавливаться он и вправду начал быстро. Правда, оказалось, что это сопряжено с некоторыми сложностями. Он то ли вспоминал что-то, то ли просто не мог усидеть на месте. И куда-то рвался всё. Однажды он забрался на крышу и едва не свалился. В другой раз просто ушёл из дому. Мы тогда едва отыскали. И чудом не случилось беды… потом прошёл в лабораторию, вывернул на себя кислоту. Не со зла, но… от слуг он умудрялся сбегать. И тогда привели Фанни.

Тихомир Демидов поднялся.

— Очаровательная девочка. Сирота. Старательная. Милая. Ласковая. Она сразу сумела с ним поладить… да и не только с ним.

Это было сказано престранным тоном.

Таким вот задумчивым, что ли? Тихомир поднялся, подошёл к столу, постучал пальцами по столешнице.

— Дядя…

— Не мешай. Тут и вправду всё не так просто…

— Но…

— Дело не в этой дурочке. Дело в том, кто дал ей колечко. И каким образом в этом замешан Илья Святозарович, если замешан…

Я промолчал.

И Елизар, дёрнувшийся было, тоже понял, что не все мысли стоит озвучивать. Хотя наверняка, мысли у него имелись.

— Савелий, насколько знаю, у вас есть возможность организовать встречу с… другим целителем. И этому целителю вы доверяете всецело?

— Да.

— Что вам понадобится?

— Телефон.

— Прошу, — Демидов указал на аппарат. — Демидовы заплатят столько, сколько скажете…

— Потом, — я мотнул головой. Номер госпиталя я знал, оставалось надеяться, что Николя на месте. Или хотя бы Татьяна. — Но девушку надо бы отвлечь. Желательно, не убивая. Чтоб было кому вопросы задать.

— Зададим, — это было произнесено так, что сомнений не оставалось. Зададут. И спрашивать будут долго, дотошно.

— У