Сердце призрака - Келли Крэй

Внезапно очнувшись ото сна, я оказалась в постели Мириам. Должно быть, это Эрик вернул меня сюда после жуткого инцидента с маской Гнева, которая почему-то лежала у меня под рукой.

Он оставил ее здесь.

Однако мое беспокойство лишь нарастало, а при виде багровой комнаты Мириам превратилось во всепоглощающий страх.

Сквозь решетчатое окно просачивалось ярко-оранжевое пламя, заливающее комнату зловещим свечением.

Бросив затерявшуюся в покрывалах серебряную маску черепа, я уселась на край кровати.

Повсюду меня окружали черные тени, скрывающиеся в закоулках темной комнаты от ослепительно-яркого света.

В полном замешательстве я коснулась босыми ногами ледяных половиц, не чувствуя обжигающего тепла, окутавшего все вокруг. Но если честно, это мало меня смущало.

Приблизившись к туалетному креслу, я взяла с него длинный белый халат, надела и завязала атласную ленту, облегающую мою тонкую талию. Затем обошла огромную кровать с другой стороны и направилась к гранатовому окну, съежившись от покалывающего морозного воздуха.

Снаружи бушевала злая вьюга, а по небу летели рваные облака.

Во тьме полыхала кровавая луна, а ее рубиновое сияние окрашивало заснеженные земли в ядовито-розовый цвет.

Однако в небе творилось нечто странное. Вглядевшись, я заметила, как небесная пасть уносила хрупкие снежинки к себе, поднимая их вверх и вращая вокруг кроваво-красной луны.

В необычайном смятении я отпрянула от подоконника и побежала к прикроватной тумбочке, нащупывая в темноте масляный фонарик. Несмотря на то что, как только я его зажигала, он всегда угасал, на этот раз я решила снова испытать удачу и направилась к раздвижной двери. Потянувшись к ручке, я услышала тихое рыдание, доносящееся из холла, и замерла в мертвой позе.

Девушка.

Этот голос… принадлежал маске. Но я знала лишь троих.

Напоминая себе о том, что маски были всего лишь осколками его покалеченной души, а не реальными людьми со своими чувствами, я снова схватилась за ручку и открыла дверь.

Осторожно высунув голову, осмотрела пустой коридор и окутанную красноватой тьмой лестничную площадку, откуда доносились жалобные стоны. Изучая таинственное пространство, мои босые ноги тонули в мягком плюшевом ковре, но обогнув вершину опорной стойки, резко остановились.

Схватившись дрожащими руками за голову, она сидела в центре лестничной площадки, а подол изумрудного платья веером развевался вокруг ее тела, похожего на опрокинутое сливочное пирожное.

Поднимая свое белое платье повыше, я решила, что буду делать с маской, и… спустилась вниз.

Однако Зависть даже не посмотрела на меня и продолжала плакать, словно ей было все равно. Даже когда я подошла слишком близко, озаряя коридор ярким светом и тем самым намекая на свое присутствие, она оставалась неподвижной.

– Что происходит? – прошептала я ей, покоряясь мертвой тишине.

Поднимая масляный фонарик еще выше, я надеялась найти Злость, с которой они были неразлейвода. Однако, осмотрев подножие лестницы, фойе и холл, я не обнаружила ни одного ее следа.

Но как только решила, что здесь ничего не было…

Внезапно я почувствовала угрозу и необъяснимое волнение. И, нервно сглотнув, снова взглянула на рыдающую фигуру.

– Ответь.

Она сразу же перестала плакать и посмотрела на меня огромными глазами, сверкающими в свете фонаря.

– Ты ведь его любишь? – всхлипывая, спросила маска.

Мое тело сковал ужас.

– Ну, конечно же… – отрезала она и резко отвернулась. – Он же готов умереть ради тебя.

Мои ноги начали подкашиваться, и я непроизвольно шагнула на ступеньку повыше.

– Ты говоришь о Лук…

Она быстро зажала уши.

– Не смей называть его имя.

Рассердившись, я окинула взглядом пустое фойе и раздвижные двери гостиной, но Эрика так и не нашла.

– Объясни мне, что случилось, – требовательно спросила я маску, и по ее щекам вновь покатились слезы.

– Сердце, – сказал кто-то другой.

Оборачиваясь на звук женского голоса, я ожидала увидеть Злобу, но вместо нее на верхней ступеньке сидела та самая маска, которая подстерегала меня у приоткрытого подвала и протягивала свою белую перчатку.

Роскошное свадебное платье с кружевами облегало ее стройную талию, а тонкая вуаль заслоняла маску, так сильно похожую на меня.

– Я думала, что у него нет сердца, – дрожащим голосом сказала я, робея от ее внешнего вида.

– Так и есть, – ответила она. – Нельзя разбить то, чего нет.

Но все же оно разбито.