Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3 - Николай Владимирович Волков (Волтор)

И все-таки, мы сделали очень большое дело, о котором пойдет молва… Уверен, что не пройдет и часа, как мать мальчика растрезвонит обо всем своим подругам, и все это пойдет намного дальше. Впрочем, и ладно. Да, в городе появился новый шериф.

Немного пообщавшись с матерью мальчика, и дав ряд рекомендаций, которые Николай чуть ли не законспектировал (эх, чему их там в церкви только учат), мы с Оливером вышли на улицу.

– А ты – крут – уважительно произнес полудракон, когда мы остались одни.

– Хрен там. Эта тварь чуть меня не раскатала. Если бы святоша не опомнился, и не начал помогать – все было бы очень печально. А ведь демон то был из самых слабых, насколько я могу судить…

– Все равно – крут. Хотя бы лично на мой взгляд. Ладно, нам осталось прошляться до пробуждения Голиафа, и предлагаю пока перекусить.

Признаться по правде, слова Оли были как бальзам на сердце. Все-таки, я не бездарь, и действительно иногда бываю крут. Кроме того, проведенный экзорцизм и лично мне самооценку повысил, а это дорогого стоит. Если раньше – я боялся демонов больше чем всех богов, Мэб и Аврору вместе взятых, то сейчас во мне поселилась уверенность в том, что если возникнет необходимость, то я в силах буду справиться с ситуацией.

Так или иначе, но мы завернули к Стафилу, который встретил нас странным прищуром.

– А ну рассказывайте, что вы натворили…

– М-м-м… Стаф, какие-то проблемы?

– Не то чтобы… По крайней мере – пока. Просто мне тут позвонила твоя сестра, и очень вежливо и деликатно, даже не выкручивая руки, попросила помочь прославить тебя на весь город… Ты в своем уме? Вит, никто из нашего мира не стремится к всесторонней огласке. Смертным лучше не знать обо всем, что происходит, иначе очереди в психушки будут переполнены на десятилетия вперед.

– Вообще, идея была не моя. И если она тебя попросила, она имела в виду не весь город, а лишь ту часть, которая знает о настоящем положении вещей. Стаф, мы создаем приманку. Выставляем меня как титана мысли и сверхспособного и крайне волевого чародея.

Хозяин заведения прикрыл глаза рукой, и едва слышно выругался на языке, которого я не знал. Ну, по крайней мере, это звучало как ругательство, хотя утверждать не берусь, в особенности после того, как услышал немцев, которые просто мирно общались, но каждое слово казалось жутким проклятием.

– А что касается того, что натворили… Так, по мелочи. Демона только что изгнали, до этого – в телепередаче отметился…

Он закрыл глаза, и с минуту стоял абсолютно неподвижно.

– Инициатива твоей сестры?

– Да.

– Надеюсь, больше она ничего не запланировала?

– Ну-у-у-у…

– Не сметь. В телепередаче еще поучаствуй, а вот случайно подстроенного так, чтобы смертные что-то увидели – не сметь. Вит, ты как дитя малое, дитя неразумное… Свою морду светить – это тебя не просто весь Совет с потрохами сожрет, но еще и выставить себя напоказ перед всеми. Проще сразу на спине мишень нарисовать. Весточку по посетителям я, так и быть, кину, и по прочим знакомым, но смертных – не впутывай, ладно?

В этот момент зазвонил телефон, и он снял трубку, после чего хмуро протянул ее мне.

– Да?

– Вит, это Фая. Ты на Лену произвел впечатление. И не в последнюю очередь тем, что у нее камень в почке сдвинулся, в момент, когда ее на УЗИ проверяли. А у того, кого ты как больного отметил – рак легких. В общем, сейчас она берет интервью, в котором Сережа скажет, что иногда прибегает к твоим услугам, и вечером уже в студии она хотела бы пообщаться с тобой…

– Притормози. Сережа – это Низимов? Ты хочешь, чтобы над ним весь отдел хохотал?

– Он сам согласился, когда Света ему все объяснила.

– И какое, к черту, общение в студии? Я им там техники на сотни тысяч угроблю. Если они на меня это повесят, то тут ни одного родительского счета не хватит.

– Я ее предупредила, она сказала, что готова рискнуть. В общем, через три часа она ждет тебя в студии… Но это не отменяет того, что я к тебе Голиафа пришлю, как только он проснется.

– Насчет Голиафа – забудь. Хватит и того, что я на глазах у народа в Башню ходил… Они и так это на видео засняли. Фай, не увлекайся, ладно? А то если смертные поймут, что им есть чего бояться, то моргнуть не успеешь, как в неприятностях по уши будем, притом оба. Я как медийная персона, а ты – как моя сестра. Тот, кому надо будет знать – уже поймет, что я не фокусник. Ладно, на беседу забегу… Но, все, успокойся в остальном. И, кстати, откуда ты этот случай одержимости раскопала? Там вполне себе настоящий демон был.

– Ээээ… В сети случайно нашла… Вит, ты не пострадал?

– Нет. Но давай подобное хоть как-то проверять заранее, а то мог бы живым и не выбраться. Все, отбой.

Я положил трубку раньше, чем она успела еще что-то придумать, и виновато посмотрел на Стафила.

– Извини, я тут жертва обстоятельств… Думаю, что ты слышал.

В ответ он лишь неодобрительно покачал головой.

Черт. Придется придумать что-то, чтобы загладить вину.

В целом, обед прошел не очень. То есть, нет, все было вкусно, но вот недовольство Стафила испортило нам обоим все настроение.

Иногда я забываю о том, что моя сестра хоть и имеет какое-то понятие о моем мире, но в целом – довольно далека от него, и не может понять, что может последовать вслед за необдуманными действиями. Впрочем, я и сам хорош, что так бездумно согласился на эту авантюру… Извинить меня может только то, что у меня, на тот момент, закончились идеи.

Спустя обед и пару часов после него, я сидел в студии рядом с Еленой, мечтая о том, чтобы ближайшая ко мне осветительная лампа, свет от которой не просто мешал, а резал глаза до невозможности, побыстрее сдохла. К моему величайшему сожалению, ее установили так, что она должна была проработать еще достаточно долго.

– Ну что же, Витторио, начнем нашу беседу?

– Хорошо. Но сразу предупрежу, что не на все вещи я могу вам ответить.

– Понимаю… Секреты мастерства. Итак, расскажите, как же вы стали магом?

– Чародеем. Маги – это фокусники, а те, кто действительно что-то может, предпочитают именоваться так. Никакого особого секрета в этом нет. Просто родился в нужной семье, и учился у нужных людей.

Она кивнула.

– То есть, вы хотите сказать, что по большей части – это наследственность?

– Совершенно верно. Бывают, конечно, случаи, когда такой дар проявляется у людей, у которых никогда не было ни одного предка-чародея, но это, скорее, редкость.

– И… Что вы за чародей? Белый, черный?

– Какой угодно, но только не черный. Честно говоря, я не просто критично отношусь к черной магии. Если я сталкиваюсь с ней – то тот, кто ее сотворил, может быть уверен, что вскоре увидит меня рядом.

Первой сдохла не лампа, а наушники у оператора. Ну, я их честно предупреждал… Они еще долго продержались.

– Сегодня днем, когда вас попросили диагностировать болезни пациентов, вы даже не притронулись к ним…

– А зачем, собственно? Тому, у кого есть Зрение достаточно лишь взгляда, чтобы понять, что где-то что-то не так.

– Под зрением вы понимаете «третий глаз»?

– Иногда его называют и так.

– Но этим же ваши таланты не ограничиваются.

Я даже позволил себе немного рассмеяться.

– С этого они начинаются. Скажем так, это самая наименее затратная вещь в нашем деле. Заклинания же, обычно, требуют намного больше сил, даже самые простые.

– Не могли бы вы продемонстрировать что-то из своего арсенала?

– Мог бы, но не буду, иначе у вас тут вся электроника перегорит.

Она нажала какую-то кнопку, нахмурилась, и нажала ее еще несколько раз, после чего, на удаленном экране возник Низимов, который давал интервью. Смотрелся он неплохо, хотя мне и было заметно, что его качественно загримировали.

– Итак,