Тени и призраки - Ричард Матесон

Кассандра ответила не сразу. Она пристально смотрела шерифу в лицо, но взгляд у нее был совершенно отсутствующий.

Наконец она спросила:

— Откуда вы узнали об этом?

— Кто-то позвонил по телефону в полицейское управление.

— Звонили в полицейское управление? — переспросила Кассандра, явно ничего не понимая. (Я понимал еще меньше.)

— Да, и…

Она резко прервала его.

— Агент моего мужа, — объявила она уверенно.

— Агент вашего мужа звонил в управление? — переспросил шериф.

— Нет! — В волнении она повысила голос. — Тот человек, которого здесь убили, это агент моего мужа.

— Тот, которого… — Шериф умолк, с любопытством глядя на Кассандру.

Она начала ходить взад и вперед по кабинету, время от времени встряхивая головой и болезненно помигивая.

— Не хотите ли вы, чтобы я вызвал «скорую помощь»?

Кассандра застыла на месте, явно в нерешительности, и повернулась к нему лицом.

— И сделал это мой муж, — все-таки договорила она.

— Ваш муж?..

— Да, это сделал мой муж.

Шериф продолжал смотреть на нее, будто ничего не понимая.

— Вы слышали, что я сказала? — требовательно обратилась к нему Кассандра.

— Да, слышал. Вы сказали…

И он снова замолчал на полуслове, будто не решаясь повторить обвинение.

Кассандра скрипнула зубами. Когда ей случалось приходить в злое волнение, у нее появлялась такая привычка.

— Мой муж убил своего агента, — произнесла она почти по слогам, подчеркивая каждое слово.

Глаза Плума сузились.

— Вы можете засвидетельствовать это?

— Конечно могу! Почему же нет?

Внезапно Кассандра замолкла и оглядела кабинет.

— Хотя нет, подождите, — запинаясь, произнесла она, будто какая-то новая мысль пришла ей в голову. — Он не стал бы этого делать. Это лишено всякого смысла.

Шериф, очевидно, находился в таком же тупике, что и я, с той лишь разницей, что он сохранил дар речи.

— Что не имеет смысла? — спросил он осторожно.

Кассандра отбросила последние сомнения, на лице ее отобразилась злая решимость.

— Я требую, чтобы вы арестовали моего мужа, — продолжила она. — Я могу подтвердить то, что видела своими глазами.

Выражение лица Плума отнюдь не говорило о том, что его осенила какая-либо отчетливая мысль.

— А что вы видели?

«О, дубина деревенская», — произнес я про себя.

— То, о чем я вам только что рассказала, — огрызнулась Кассандра, снова скрипнув зубами. — Я видела, как мой муж убил своего агента. Он отравил его!

— Отравил? — Испуг и недоумение Плума возрастали.

Очевидно, он мог успешно переваривать лишь небольшие отрывки сведений. Его следовало кормить ими по чайной ложке. Мне это было знакомо.

— Да! — рявкнула Кассандра. — Да! Да! Арестуйте его, и я дам свидетельские показания против него.

— Относительно чего? — Усилия шерифа осмыслить происходящее были очевидны.

«Кто мог назначить шерифом этого идиота?» — поразился я.

— Вы все еще ничего не поняли? — Она просто не могла поверить в такую тупость.

Оскорбительность ее тона рассердила его.

— Я собирался выяснить как это произошло, — ответил он резко. — Где, когда. И если вы имеете какие-либо предположения на этот счет, то — почему.

Но эти требовательные вопросы привели Кассандру в замешательство. Их было слишком много. Она растерянно покачала головой, направилась к бару, захватив полную пригоршню колотого льда. Чуть-чуть помассировала льдом лоб, словно стараясь вернуть ясность мыслям и охладить снедавшую ее тревогу.

Плум и я за ней наблюдали. Не знаю, о чем думал достойный шериф, но лично я пытался разгадать загадку: почему Макс совершил убийство (как я теперь понял, одного человека), затем уведомил о нем закон и привел в дом его представителя.

Мне пришлось предположить, что это было сделано им, чтобы принять расплату за свое преступление. Мальчик мой, как же я ошибался!

Немного придя в себя, Кассандра высыпала лед обратно, поды шала на ладонь, чтобы согреть ее, и повернулась к шерифу.