Апостолы Феникса - Линн Шоулз

Когда они свернули на Кале-дель-Кармен, над головой послышался рокот.

— Черт, как низко летит, — сказал Мэтт, глядя на вертолет, пролетевший над крышами к площади.

— Так низко, что прямо антенны срезает. — Эл обернулся, продолжая идти по пустынной улице. Через несколько минут они остановились перед закусочной «Лос Санчес», она же сувенирная лавочка. Дверь закрывала гофрированная металлическая штора. Судя по выцветшим граффити и общей запущенности, лавочка не работала уже давно. Среди других магазинчиков только «Лос Санчес» был постоянно закрыт, остальные были готовы через насколько часов впустить шумные толпы туристов.

— Похоже, его открывали долгие годы. — Эл взялся за замок, сильно дернул, но замок не поддался.

— Он сказал, что мы встретимся в переулке за закусочной, так ведь?

— Попробуем пойти туда. — Эл свернул в проход, который через некоторое время вывел их в переулок. Он был завален черными пластиковыми мешками для мусора и картонными ящиками с отбросами. Уже на подходе стало невозможно дышать от тошнотворной вони гниющей пищи. Переулок освещали два фонаря; в их свете Эл и Мэтт пробирались между кучами мусора на зады магазинчиков. Вонь отбросов мешалась с запахами кухни, застарелого спиртного и мочи. Мэтта затошнило. Наконец они свернули в переулок, перпендикулярный первому, и миновали несколько задних дверей разных заведений.

Мэтт включил фонарик. Никаких сомнений — они добрались до заднего выхода закусочной «Лос Санчес». Как и парадный, он, казалось, был давно закрыт. Металлическую дверь с замком покрывали выцветшие надписи и старые спортивные афиши.

Послышались голоса. Мэтт выключил фонарик, и они с Элом шагнули в тень. Из черного хода какого-то кафе через несколько дверей от «Лос Санчес» вышли двое мужчин, стали под фонарем, закурили. Их лица осветило пламя зажженной спички. Эл и Мэтт неподвижно застыли в двадцати футах от них.

Вдруг один заметил их и окликнул:

— Ола!

Эл приветственно помахал рукой и покачнулся, словно выпил слишком много пива, а потом расстегнул штаны и стал мочиться на стену. Мэтт немедленно последовал его примеру. Скоро грубый окрик из помещения магазина заставила двух курильщиков затоптать бычки и вернуться.

Эл направился по переулку туда, откуда они пришли.

— К нам посетитель.

Мэтт всмотрелся. С трудом разглядел он мужскую фигуру, почти неразличимую в темноте.

Незнакомец подошел к ним. Высокий, долговязый, он был одет ковбоем: джинсы, сапоги, замшевый жилет поверх клетчатой рубахи с длинным рукавом, стетсоновская шляпа. В руках у него были отмычки и фонарь. Мэтту он показался неестественно тощим и слабым — лицо совсем как у скелета, кожа бледная и тонкая. Только глаза и жили на этом лице.

— Вы Эл Палермо, отец Сенеки? — Его голос, тихий и нетвердый, звучал словно из дешевого транзисторного приемника.

— Да, это я.

— А это кто?

— Мэтт Эверхарт. Я друг Сенеки.

— У вас лодку разбомбили.

— Вы знаете об этом? — Мэтт посмотрел на Эла и вновь на незнакомца. — Где Сенека? Помогите нам вернуть ее!

— Она в дурном месте.

— Кто вы? — спросил Эл.

Вместо ответа он протянул Элу кусачки.

— Открывайте.

Помедлив секунду, Эл взял кусачки и взломал замок. Ковбой ткнул дверь носком сапога и та, заскрипев, открылась. Через секунду все трое стояли в темном помещении сувенирной лавки и закусочной Санчеса. Мэтт включил свой фонарик и обвел им помещение. Видимо, оно служило складом: рядами стояли металлические стеллажи. Еще здесь был рабочий стол для приготовления еды, раковина, швабра с ведром, многочисленные картонные ящики с мусором, маленький холодильник — все в чрезвычайном запустении. Пол устилали разорванные коробки и разбросанные бумаги; пахло гнилью и плесенью. В луче света мелькнула крыса. Создавалось впечатление, что это место покидали в спешке и потом не открывали много лет.

Эл посмотрел на ковбоя.

— Так в чем дело? Почему вы назначили встречу здесь?

Не ответив, тот указал на деревянную дверцу рядом с холодильником. На ней тоже висел большой замок.

— И ту вскрывайте.

Эл послушался, и замок не устоял перед мощным захватом кусачек. Дверь открылась. Ковбой подошел к Элу и направил зажженный фонарь в темноту. За дверью не было ни склада, ни кладовки, только ступени. Четыре ступени вели на площадку, потом опять шли ступени. Он повернулся к Мэтту.

— Идите первым.

Мэтт начал спускаться. После площадки еще восемь ступеней вели в подвал. Эл с ковбоем спустились вслед за ним.

В подвале пахло сыростью, пылью и старым камнем. Подобно помещению наверху, он был завален обломками и обрывками: неоновая вывеска «Пепси», кучу ресторанных столов и стульев, снова картонные коробки с запыленными старыми газетами и деревянные ящики с пустыми бутылками из-под содовой.

Стоя рядом с лестницей, ковбой показал лучом фонарика.

— Посмотрите под лестницей.

Под лестницей Мэтт увидел кучу грязных обломков камней и железного лома. Подойдя поближе, он обнаружил, что там отсутствует часть пола и кусок стены, образуя четырехфутовый лаз. Низ его был вымощен камнем, очень похожим на тот, что окружает руины Темпло Майор. Это был вход в узкий туннель.

Ковбой подошел к нему.

— Это там, внизу.