Правила большой игры - Алекс Орлов

– Нет, конечно. Они честно исполняют приказ.

– До мотеля полтора километра, – сообщил Рон, заметив указатель.

Вскоре на обочине показался фирменный указатель с названием мотеля – «Сильва». Помимо ночлега там обещали горячие обеды, круглосуточный бар и варьете.

– Только варьете нам сейчас не хватало, – сказал

Джек, когда Гастон свернул на узкую асфальтовую дорогу.

Проехав метров двести, они увидели огни.

– Не будем торопиться, – сказал Гастон и съехал на грунтовую дорогу.

– Ты куда?

– Я же говорил – нужно избавиться от «кадьоса», нас в нем издалека опознают.

Грунтовка была довольно ровной, проехав по ней около километра, Гастон в свете фар наконец нашел то, что искал, – глубокую балку с заболоченным дном.

– Если нам повезет, она утонет в этой воде, – сказал майор, выходя из машины.

Забрав оружие и деньги, он выключил фары и опустил стекла, чтобы лишить машину плавучести, затем все трое навалились на «кадьос», и тот, подпрыгивая на неровностях, скатился в балку и плюхнулся в большую лужу.

По интенсивному бульканью можно было предположить, что машина тонет.

Возвращаться к мотелю пришлось практически на ощупь, фонарей не было, да и пользоваться ими было небезопасно. Приходилось ориентироваться на зарево от неоновой вывески мотеля и неровную цепочку освещенных окон.

Не успели беглецы пройти и сотню метров, как впереди скользнули на дорогу две яркие фары – неизвестный автомобиль мчался по грунтовке.

Прятаться было негде, и они бросились в невысокую траву.

Машина оказалась неброской с виду «сьеррой-аккаунт», однако басовитое порыкивание выдавало в ней нерядового путешественника. Это была еще одна пиранья с экипажем чистильщиков.

Обдав лежавшую в траве троицу пылью и выхлопами трехкомпонентного топлива, «сьерра» покатила дальше.

– По-моему, спереди сидели двое, – поделился наблюдениями Рон.

– Согласен, а сзади – еще двое.

– Но ведь темно, я ничего не разглядел! – удивился Джек.

– Я тоже не разглядел, но это интуиция.

– Куда же они поехали?

– Думаю, до балки, они отслеживали сигнал, который подавал радиомаяк, поставленный на нашу машину.

– Теперь поедут обратно?

– Это зависит от того, что они решат.

– А что они решат?

– Что мы скрылись в темноте… Это для нас очень хорошо.

– Чего же хорошего?

– Скорее всего, они исключат мотель из поисков.

– А может, и нет?

– Может, и нет, но мотель для нас сейчас единственная подходящая для перегруппировки база. Отсидимся, выспимся, утром украдем подходящую машину и помчимся дальше. До объекта уже немного осталось.

– А может, в поле? – предложил Рон.

– Нет, это исключено. По всем правилам они теперь поднимут вертолет с мощным тепловизором, который сможет разглядеть на земле даже трахающихся мышек.

Светлая «сьерра» простояла возле балки минуты три, развернулась и проехала обратно. Беглецы снова припали к земле, машина пронеслась мимо. Далеко впереди вспыхнули красные стоп-сигналы, «сьерра» выбралась на асфальт и покатила к шоссе.

– Вот и все, – сказал Гастон поднимаясь. – Нам нужно спешить.

Свободного места возле мотеля почти не оставалось – все стоянки занял транспорт постояльцев, в столь поздний час всякий путешественник был рад найти себе ночлег.

Где– то залаяла собака, из-за мотеля ей ответила другая.

– Надеюсь, они не нападают на незнакомых, – сказал Рон.

Со стороны бара доносилась приглушенная музыка.

– Что-то мне это напоминает, – сказал Джек.

– Мотель «Томато», – уверенно заявил Рон. – Даже бар на том же месте стоит.

– Вы в том мотеле наваляли дел, – согласился Гастон.

– Ничего удивительного, нас ведь хотели грохнуть.

– Наслышан. Сам я туда не ездил, но слушал до клад подчиненного, видел фотографии и вещдоки.

Ваш номер оказался засыпан штукатуркой и пустыми гильзами – странно, что вы уцелели при таком шквале огня.

– Нам повезло, что это дело поручили болванам.

– Я бы так не сказал, заказ выполняли ветераны бизнеса, всеми признанные профессионалы. После этого случая я задумался, стоит ли преследовать вас дальше. Вернее, эту мысль подсказал мне мой заместитель, толковый оперативник. Большое впечатление на него произвели заточки из половинок ножниц теперь-то я знаю, что это были твои поделки, Рон.

Оружие убийства и одновременно пробка – чтобы кровь не вытекала. Практичность и цинизм в одном флаконе.

– В каком флаконе? – не понял Рон.

– Не обращай внимания. Если мы отсюда выберемся, я постараюсь убедить начальство, чтобы вам выхлопотали штатные должности – никакой вне штатной работы, все посерьезному.

– Брось, Кен, – сказал Джек, приглядываясь к стоявшему за трейлером пикапу: ему показалось, что в машине открылось окно. – Ты уже предлагал нам послужить государству…

Они с Роном негромко засмеялись.

– Ну, сравнил. Тогда вы были для меня как пара затычек для задницы, ничего серьезного. Теперь я узнал вас лучше, и у меня появились намерения.

Где– то хлопнула дверца.

Гастон схватился за спрятанный под рубашкой «бик». Джек и Рон отошли на фланги, растворившись в темноте, однако подозрительные звуки не повторились, снова залаяла собака, и это разрядило обстановку.

Распахнулась дверь бара, вместе с полуночным посетителем на улицу прорвалась музыка. И снова стало тихо.

– Кто будет заказывать номер? – спросил Джек, поглядывая по сторонам.

– Разумеется, я – вы же у меня в гостях, – ответил Гастон. Он толкнул дверь, над которой тонким неоном была выведена надпись: «Администрация».

Джек и Рон вошли следом. Вопреки ожиданиям их встретила не сонная хозяйка, а здоровенный лысый детина в черной майке и с наколками на всех оголенных частях тела. Даже на черепе у него были изображены муравьи-рейтары, бежавшие неизвестно куда.

Такая писаная красота вызвала удивление даже у Гастона, человека, повидавшего многое. Удивлены были и Джек с Роном. Возникла пауза, в течение которой лысый администратор сохранял спокойствие, – видимо, он уже привык к подобной реакции.

– Добрый вечер, – сказал Гастон.

– Скорее утро, – ответил лысый. Высокий спрос на услуги мотеля мешал ему выработать необходимую вежливость.

– Нам нужно место, чтобы переночевать.