Помощница ключницы - Алена Никитина

— Это же хорошо? — спросила осторожно, глядя на его задумчивое лицо.

— Это отлично, — посмотрел он на меня и мягко улыбнулся. — Но поторопимся, нас ждут.

Услышав шум возле главного входа, посмотрела туда, и едва не споткнулась, увидев господина проректора. Он стоял ко мне спиной, в похожем черном костюме, и с кем-то разговаривал. Вдруг замолчал и резко обернулся, глядя на нас.

— Господин тер Торро, — он чуть склонил голову, а затем посмотрел на меня: — Ваше Высочество, — и склонился в более глубоком поклоне, — рад видеть вас в здравии…

Что?!

Какое еще высочество?!

Он в своем уме?!

Да он издевается…

Моя радостная улыбка таяла с каждым мгновением, а рука, лежащая на ректорском локте, сжалась… И я уже открыла рот, чтобы возмутиться, как отец, усмехнувшись, сказал:

— Ты уже на ногах, пойдем с нами завтракать? — я задержала дыхание в ожидании проректорского ответа.

— Нет, спасибо, — сухой ответ, формальный поклон мне, кивок отцу, и он разворачивается и уходит.

Что это сейчас было?!

— Пойдем, Аиша, — позвал меня отец тихо и потянул в сторону кухни.

Последний раз глянув на главные двери, за которыми скрылся тер Ассан, я последовала за ректором.

Тепло гасло, уступая место звенящей пустоте…

— Аиша! — не успела ступить на кухню, как тут же оказалась в объятиях Варвары и кухонной нечисти. Облепили меня, кто как мог: молодая Хранительница — стиснув в объятиях, а нечисть уже до чего дотянулась.

— Но-но, девочка еще ничего не ела, а вы уже ее на прочность испытываете, — довольно проворчал отец и отпустил меня, чтобы пройти и поздороваться с поднявшимися из-за стола Хранителями и мастером Эйнаром.

Смущенная приветствием, я подошла к накрытому и вкусно пахнущему столу:

— Доброго дня, — склонилась в поклоне перед мужчинами, а они мне в ответ.

— Мы ради видеть, что вы хорошо чувствуете себя, Аиша, — сказал Ксан, а Аслан кивнул, соглашаясь с другом. — Варвара не хотела уходить не попрощавшись, — и подмигнул стоящей рядом со мной девушке.

— Представляешь, — громким шепотом сказала она, — взрослая уже, народом управляю, а они все обо мне пекутся, — и вздохнула, горестно взмахнув руками. Все мужчины лишь улыбнулись и опустились на скамьи.

От взгляда на накрытый стол мой живот заурчал: это ж сколько я не ела. Даже стыдно стало, но ненадолго правда. Ровно до первой ложки…

— Ты тер Ассана уже видела? — совсем шепотом, так чтобы только я и расслышала, спросила девушка, делая вид, что участвует в общем разговоре между мужчинами. И выглядела она при этом хмурой.

— Да, — ответила, едва не поперхнувшись и тоже, видимо, свела брови, потому что девушка, глянув на меня протянула:

— Осел.

Я только кивнула, потому что в горле встал ком, а есть расхотелось совершенно.

— Дурак, — она ожесточенно водила ложкой по дну плошки. — Упрямый, гордый, самолюбивый осел…

— Что-что вы говорите, барышня? — очень вежливо и крайне спокойно, как обычно, поинтересовался дядя. Варвара мягко улыбнулась и ответила:

— Мысли вслух, дорогой Мастер, просто мысли вслух, — она столь блаженно улыбнулась, что я поняла: никто ей не поверил.

Дядя позволил себе намек на улыбку и посмотрел на меня: я тут же зарделась как маков цвет. И опустила голову. Как же, скроешь ты что-то от этого … банши!

— Аиша, — спустя несколько мгновений, девушка снова обратилась ко мне шепотом. — Обещай мне, что поговоришь с этим упрямцем, пока он еще больше не уверился в собственной ослиной правоте, обещаешь? — и так она мне в глаза заглядывала, что кроме как кивка, я ничего не смогла сказать.

Остаток еды запихивала в себя через силу. Отказываться было неудобно: нечисть старалась, готовила под чутким руководством Шатуна, который плавал над нами и умиленно потирал кончиком хвоста свои глаза. Видимо. Доволен делами от лап своих…

— Я хочу тебе кое-что подарить, — когда мы вышли проводить Хранителей, Варвара подошла ко мне в самых дверях, — если захочешь выйти со мной на связь, просто дерни за этот браслет, — на запястье легла аккуратная красная плетеная нить. — И тут же ко мне провалишься, главное не бойся! — она быстро обняла меня и тут же уступила, вставая между мужчинами. — Я буду ждать, помни! — крикнула она, растворяясь в воздухе.

— А я думала так может только Шатун…

— Позеры, — согласился со мной призрак, а отец добавил:

— Они Хранители, они могут практически все.

— Ну точно позеры, — еще раз и более довольно протянул кот, — а шо я такого сказал? Тока правда и ничего более! И вообще, некогда мне тут с вами, у меня там… кухня и армия! — и исчез под нашими взглядами.

Отец усмехнулся и спросил меня:

— Что делать хочешь? У меня тут дел рабочих накопилось… Не могу сейчас с тобой быть…

— Я все понимаю, отец, — улыбнулась. — Я бы навестила наставницу и мэтра Шарэза, можно же уже?

Ректор вздохнул с облегчением и улыбнулся:

— Ступай, они в лекарской под бдительным присмотром нашего лекаря, — и потрепав меня по голове, он пошел к своему кабинету.

Взглянув на яркое голубое небо, послушала пение птиц, посмотрела на снующих студентов, что носили мешки с мусором, веники да тряпки, я все-таки отправилась в лекарскую…

* * *

Уже на подходе к ней услышала громкий басовитое возмущение и требование:

— Я требую нормальной пищи, слышишь, нор-маль-ной, гном ты лекарский!

— Аргус, совесть имей! — в мелодичном голосе я узнала госпожу Вирджинию. — Тебе здесь не кухня, а лекарская!

— Вот-вот, послушайте, уважаемую госпожу…

— Моя жена должна поддерживать мужа во всем! — громыхнуло так, что я даже подпрыгнула и не рискнула открыть дверь. — А ты…

— А я тебе не жена, — громыхнуло в ответ, а я улыбнулась. — И не стану, если ты продолжишь…

— Доброго дня, — поздоровалась я, открыв дверь. — Позволите, мастер Эл?

Бледный, трясущийся гном взглянул на меня так, словно я была его единственным спасением в этой жизни и залпом выпив какую-то жидкость в стеклянной мензурке подошел ко мне:

— Я очень счастлив видеть вас, Аиша, — и ничего более не говоря, вышел из лекарской. Даже дверь не закрыл… Довели.

— Я с тобой не разговариваю, — между тем продолжала возмущаться наставница. — Ты что себе позволяешь?!

— А ты видела, чем она меня кормить собрался?! Жижей бесцветной! Да он избавится от меня хочет, мстит…

— Аргус, он врач! А у тебя истощение! Тебя пытали, — еще немного и госпожа Вирджиния вскочила бы с кровати с явным желанием причинить вред своему будущему мужу.