Место, где живёт счастье - Оксана Чекменёва

– Верно, – кивнул Ричард. – Все остальные были схвачены на месте, лишь этих троих пришлось выслеживать какое-то время.

– Но зачем? – спросила Эбби. – Зачем кому-то из них понадобился такой ребёнок, если они сами же и уничтожали «мутантов».

– Кто знает, – пожал плечами Джеффри. – Насколько мне известно, у одного из главарей в то время от опухоли мозга умирала дочь. Возможно, он захотел другого ребёнка, который гарантированно не повторит судьбу первого?

– Ту девушку собирались спасти с помощью Кайла, – возразил Ричард. – Он бы умер вместо неё, а она осталась бы жить.

– Я просто предположил, – ответил Джеффри. – Поскольку у нас нет никаких данных об отце, мы можем только гадать, но правды никогда не узнаем.

– Но он явно скрывал всё это даже от своих соратников, – сказал Кристиан.

– Подождите, – всё это время я внимательно слушала рассуждения мужчин, но теперь не выдержала и вмешалась. – Я не всё поняла, но одно мне ясно – меня планировали как супер-ребёнка. Но ведь это не так. Я родилась обычной. Смертной. Я болела, получала раны и травмы, и исцелялась ничуть не быстрее любого другого человека. Я вполне могла погибнуть в той аварии. Так какой во всем этом смысл? И, кстати, я до сих пор не понимаю, почему во мне проснулись эти способности? Я рада, что жива, но почему?

– Боюсь, мы никогда не узнаем, чем руководствовался твой биологический отец, создавая тебя. Возможно, он был уверен, что ты унаследуешь дар своей матери. Или просто действовал наугад. Мы не знаем, и спросить не у кого. Хотя можно попытаться выяснить, кто из этой троицы был твоим отцом. У двоих остались родственники, можно попытаться раздобыть их ДНК, если оба не подойдут – значит, третий.

– Нет, Джеффри, – помотала я головой. – Не надо. Не хочу знать. Я рада, что оказалась твоей дочерью, Эбби, правда, рада, хотя всё это выглядит какой-то сказкой, но ты – моя лучшая подруга, я хорошо тебя знаю и… люблю. А этот человек… Кто бы это ни был, всё равно он – негодяй и мерзавец, обрекавший людей на пытки и смерть. Я не хочу иметь с ним ничего общего. Я не хочу знать, кто это.

– И правильно, – поддержал меня Кристиан. – Я бы тоже не хотел знать такого отца.

– Ты уверена? – Джеффри серьёзно посмотрел на меня. – Подумай хорошенько, Джинни. Кем бы ни оказался твой биологический отец, в живых его уже нет, так что общаться вам не придётся. Но у двоих их трёх остались родственники. Ты могла бы встретиться с ними. Та девушка, которая должна была умереть – мы её вылечили, и, возможно, она твоя единокровная сестра. Ты не хотела бы с ней познакомиться?

– И что бы я ей сказала? Привет, у нас с тобой один отец, который был хуже, чем доктор Менгеле? Но в нас обеих течёт его кровь, так что мы должны стать одной дружной семьёй, так?

– Действительно, – согласился Джеффри, – звучит не очень.

– Была у меня уже старшая сестра, – усмехнулась я. – Не самый приятный опыт, так что другой не хочу. У меня есть брат, и мне этого доста… – тут я осеклась, потому что до меня дошло. Медленно повернувшись к Эбби, я расплылась в улыбке. – Если ты – моя мама, значит, Льюис… У меня есть ДВА брата! И, думаю, их у меня будет ещё много, равно как и сестёр, – я ещё не забыла наш разговор и желание Эбби иметь как можно больше детей. – Да и Кристиан меня обеспечил таким количеством родни, что я сама себе порой завидую. Нет, Джеффри, я совершенно определённо не хочу знать, кто мой биологический отец, равно как и выяснять, есть ли у меня родня с его стороны. Мне достаточно той, что я уже имею, и это моё окончательное решение.

– Твоё право, девочка, – согласился Джеффри. – Пожалуй, не всё в этой жизни нужно знать, что-то пусть остаётся… скажем так – за кадром.

– Ну, вот и славно, – Кристиан прижал меня к себе. – Вроде бы всё выяснили, может быть, разойдёмся? У Джинни был непростой день.

– Не всё. Мы выяснили не всё, – я покачала головой. – Я не понимаю, почему моя мутация…

– Дар, – поправил меня муж. – Твой дар.

– Хорошо, мой дар. Почему он проявил себя так вовремя? Ещё месяц назад я была больна и вся в мелких ранах – ушибы, синяки, ожог. Неужели, я стала неуязвимой именно в этот промежуток – между встречей с Кристианом и… тем, что случилось в аэропорту? И я ведь умерла. На самом деле умерла. Как такое возможно? Логан сказал, что регенерируют живые, а я…

– Кажется, у меня есть на этот счёт теория, – Рэнди отняла наевшуюся Лили от груди и, передав её Гейбу, одёрнула футболку и повернулась к нам. Гейб набросил на плечо салфетку и пристроил к нему дочь, чтобы та срыгнула. «Ну, просто семейный подряд», – глядя на их слаженные действия, подумала я, мысленно улыбаясь.

– Когда-то я смотрела старый сериал «Горец». Там речь шла о бессмертных. Они рождались среди людей и были вполне нормальными, они могли оставаться обычными всю жизнь и умереть от старости. И их способность просыпалась лишь в том случае, когда они умирали насильственной смертью – после этого они и становились бессмертными. Воскресали, не старели, регенерировали и могли жить вечно, если, конечно, не убивали друг друга.

– Думаю, мы все смотрели этот фильм, – кивнул Ричард. – Сначала же был фильм, а потом сериал, верно?

– Да, – кивнула Рэнди. – И вот я подумала, а что, если это не просто выдумка сценариста? Что, если такие люди есть на самом деле? Может, всё не совсем так, как в том кино, художественный вымысел, конечно, присутствует, как в книгах или фильмах про вампиров или оборотней? И кто-то где-то что-то слышал, в итоге подобная легенда дошла и до сценариста?

– Мне кажется, вся эта чушь про «Должен остаться только один» – вымысел, для того чтобы придать динамичность сюжету, – стал развивать её мысль Кристиан. – Но вот ген бессмертия, просыпающийся только после насильственной смерти – в этом что-то есть. Ты ведь умирала, Эбби, верно?

– Да, много раз. Четыре раза до похищения. А в плену… Я не помню, сбилась со счёта.

Ричард то ли вздохнул, то ли всхлипнул, и, крепче прижав Эбби к себе, зарылся лицом в её волосы. И я подумала, что он не мог не знать этого раньше, конечно, знал, но ему всё равно больно слышать о страданиях своей половинки.

– И каким именно был первый раз? – спросил Джеффри.

– Меня и мою семью убили индейцы. А потом сожгли наши трупы. Я очнулась спустя два дня, на пепелище, голая, вся перемазанная в саже, но целая и невредимая.

– Всё сходится, – развела руками Рэнди. – У тебя, Джинни, было точно так же, верно? Гибель, сожжение и воскрешение спустя два дня.

– Да, – кивнула я, хотя вопрос был явно риторическим.

– Похоже, мы нашли алгоритм, запускающий ваш ген бессмертия, – удовлетворённо кивнул Джеффри.

– Бессмертия? – кажется, сюрпризы на сегодня ещё не закончились. – Так я что же, теперь бессмертная? Как Эбби? И тоже проживу триста лет?

– Думаю, ты проживёшь гораздо дольше, – улыбнулся мне Джеффри.

– А ты только сейчас это поняла? – удивилась Рэнди.