Законный брак - Делия Росси

– Ты удивительно добра, дорогая, – хмыкнул муж и уже серьезнее добавил: – Держись рядом со мной.

Он снял с коня одну из кожаных сумок и неторопливо двинулся вперед, к вышедшим из своих жилищ акаучи. Пока мы с мужем разговаривали, волки незаметно выстроились полукругом и сейчас настороженно смотрели на нас темными, отливающими желтизной глазами.

– Варха имари, – громко произнес Кейн.

– Имари, – ответил за всех крупный пожилой мужчина.

Даже среди остальных, весьма не маленьких соплеменников, он выделялся ростом и статью. Смуглый, с резкими, немного грубыми чертами лица. Мочки ушей растянулись под тяжестью длинных разноцветных серег из ракушек и перьев. Широкий лоб пересекает кожаный ремешок, удерживающий темные, с густой проседью волосы. Видимо, перед нами стоял сам глава Акау.

– Духи предупредили нас о тебе, чужестранец, – негромко, с сильным гортанным акцентом сказал он, глядя прямо на Кейна. – Волки послушают их волю и окажут гостеприимство тебе и твоим людям.

– Благодарю, Вару Акау, – ответил Джеймс, а потом поклонился и достал из сумки небольшую резную шкатулку. – Прими от нас этот скромный дар, – протянул он ее волку, – в знак уважения и как свидетельство наших мирных намерений.

– Слезы богов, – откинув крышку и рассматривая два крупных серебристых камня, лежащих внутри, сказал Акау. – Редкий дар.

Он перевел взгляд на меня, потом посмотрел на Торнтона и снова вернулся к моему мужу.

– Пусть Духи будут добры к тебе, чужестранец, в том, что ты задумал, – тихо добавил он, и в его взгляде на миг сверкнула желтизна. – Арду, отведи наших гостей в дом, – обратился Акау к одному из своих сыновей, и меня поразило, что он продолжает говорить на эрдеронском языке. Вероятно, глава хотел показать свое доброе расположение к гостям и то, что у него нет от нас секретов.

– Идите за мной, – посмотрел на Кейна молодой мужчина, удивительно похожий на своего отца. Для полного сходства ему только серег не хватало.

Он направился к одному из домов, и мы с мужем пошли следом. Торнтон присоединился к нам, а проводник успел раствориться в толпе акаучи, и я потеряла его из виду.

Я старалась не показывать слишком явного любопытства, но не могла удержаться и из-под ресниц разглядывала местных женщин. Высокие, крепкие, широкобедрые, в удобных прямых платьях и с многочисленными костяными украшениями на груди и руках, они были красивы какой-то первобытной красотой и держались с таким достоинством, что вызывали невольное уважение. Я видела взгляды, которые они даже не пытались скрыть, слышала негромкую, чуть гортанную речь и понимала, что вызываю у волчиц тот интерес, с которым женщины всегда оценивают другую женщину.

– Арду Акау принимает вас под свой кров, чужеземцы, – торжественно объявил оборотень, откидывая выдубленную шкуру и приглашая нас пройти внутрь. – Пусть Духи будут к вам милостивы.

Он посторонился, и Джеймс, не выпуская моей руки, первым вошел в жилище акаучи. Судя по всему, муж держался настороже, потому и не пропустил меня вперед.

Внутри было тепло и пахло молоком и сушеными травами. Деревянные стены украшали яркие плетеные коврики с затейливыми узорами, на полу тоже лежал большой ковер, прямо в центре находилась жаровня, дым от которой поднимался через трубу к отверстию в потолке, вдоль стен стояли накрытые покрывалами из заячьих шкур широкие лавки. В одном из углов комнаты я заметила большой сундук, на крышке которого были вырезаны странные символы.

– Даро вади, – видя мой интерес, тихо пояснил Торнтон. – Переводится, как сундук жены. С ним девушка приходит в дом мужа.

– И что там внутри?

– Несколько перемен одежды, домашняя утварь и сшитые невестой покрывала, а еще украшения, которые будущий муж преподнес ей в качестве свадебного подарка.

– Что-то вроде приданого?

Крис молча кивнул и, сняв с плеча кожаную сумку и мушкет, отошел к одной из лавок. Похоже, решил, что сказал слишком много, и поторопился избавиться от моих расспросов.

– Иди туда, – посмотрев на Джеймса, указал рукой на один из ковриков Арду.

Он так и продолжал стоять за порогом, придерживая длинную выдубленную шкуру.

– Пусть твоя женщина принесет тебе еды и воды, чужеземец, – добавил он и перевел взгляд непроницаемых темных глаз на меня. – Варитарх ахши, – сказал волк и кивнул мне, предлагая выйти.

– Идите, миледи, у них так принято, – негромко сказал Торнтон. Он успел поставить мушкет в угол и растянуться на лавке, подложив сумку под голову. – Жена должна показать заботу о своем муже, тогда его будут уважать остальные мужчины. А иначе…

– Кэри, ты не обязана это делать, – перебил его Джеймс.

– Почему же? Я с удовольствием принесу тебе еду и воду, дорогой, – усмехнулась в ответ и добавила с нарочитой серьезностью: – Как и подобает примерной жене.

– Хорошо, я пойду с тобой.

Кейн выступил вперед. Он выглядел спокойным и собранным, но губы его были твердо сжаты, а взгляд снова стал опасным.

– На вашем месте я бы этого не делал, милорд, – остановил его Торнтон. – Иначе акаучи решат, что вы им не доверяете, и больше не ответят ни на один ваш вопрос.

Я покосилась на Арду. Тот стоял с невозмутимым видом, словно бы и не слышал нашего разговора, но глаза его изменили цвет, став ярко-желтыми, звериными, настороженными.

– Джеймс, все в порядке, – касаясь руки мужа, тихо сказала я.– Не волнуйся, я вполне справлюсь сама.

Кейн промолчал, только посмотрел на меня странно задумчивым взглядом и неохотно отступил в сторону, а я улыбнулась ему и вышла вслед за оборотнем.

– Туда.

Арду кивнул на длинный сарай, возле которого суетились женщины. Одни носили от колодца глиняные баклаги с водой, другие разделывали тушу оленя. Пожилая, но все еще крепкая на вид волчица помешивала что-то в большом котле, который висел на вбитых в землю крюках и распространял невероятный аромат мяса и незнакомых мне душистых трав.

Именно к ней я и направилась, ощущая на себе взгляды наблюдающих за мной женщин.

– Авах варцо? – спросила волчица, уставившись на меня блестящими темными глазами.

И что это значит?

– Мне нужна еда для моего мужа, – громко сказала я и посмотрела на замерших женщин.

Те разом заговорили на своем языке и принялись жестикулировать, но я ничего не понимала. И что прикажете делать? Как объяснить им, зачем я пришла?

– Кто-нибудь говорит на эрдеронском? – оглянулась вокруг. – Нет? Еда. Мне нужна еда, – попыталась показать, чего я от них хочу.

Женщины заговорили еще громче, перебивая одна другую, но тут вперед вышла симпатичная круглолицая девушка и улыбнулась мне такой сияющей улыбкой, что невольно захотелось улыбнуться в ответ.

– Идти, – сказала акаучи и подала глиняную миску и плоское блюдо, больше похожее на поднос. – Брать еда. Здесь, – кивнула на котел, и ее длинные черные косы качнулись в такт словам.