Меньшее зло - Алексей Фомичев

– Я вижу! Я их вижу!

От неожиданности все вздрогнули. Настолько внезапно и громко прозвучал крик.

– Что? — повернулся к нему Толик. — Что видишь?

– Я вижу метки парней. Артура, Марка, Антона.

Сергей одним прыжком подскочил к инженеру и впился глазами в экран.

– Где?

– Вон!

Глаза безуспешно искали на трехмерной проекции черные точки.

– Да где, епона мать! — едва не приплясывал от нетерпения Сергей.

– Не туда смотришь! Вверху! Черт! — Харким курсором изменил масштаб и высветил вместо двух полушарий глобус. — Не пойму... Как... А-а!

– Что — а-а?! Где они?

– Они в небе.

– То есть?

– Они летят к планете. Они — в космическом корабле.

Несколько пар глаз сверлили взглядами экран, наблюдая за плавным перемещением трех маленьких точек.

– Откуда, черт возьми, они взялись?

– Не знаю... — растерянно пробормотал Харким. — Их не было две минуты назад...

– Это сработал «коридор», — подсказал Гомеш. — Больше неоткуда.

– Черт! — хлопнул себя по лбу Харким. — Конечно же! Наш сканер ловит сработку «коридора» только в другом диапазоне. А он не выставлен.

– Два космических корабля, — доложил Гомеш. — Средней и малой тоннажности. Расстояние до планеты — двести девяносто две тысячи километров. Скорость — двадцать семь и двадцать восемь километров в секунду соответственно. Направление движения — Логошет.

Сергей напряженно следил за движением точек, потом хлопнул Харкима по плечу. Тот вздрогнул.

– Так! Операцию отменяем. План другой...

Он секунду помолчал, потом повернулся к Гомешу.

– Можешь определить координаты приземления?

– Могу. Даже без расчета. Невед, — Гомеш кивнул на Харкима, — обнаружил их космодром. Север Гемвила. Квадрат двадцать три — десять. Район А. Мы первоначально думали, что именно там штаб колонии...

– Хрен с ним! Нам надо попасть на космодром!

– Да ты что! — сказал молчавший до этого Бутурмен. — Там же охраны бог знает сколько! Объект особой важности! Техники навалом! Мы с разбегу влетим в осиное гнездо!

Толик успел остановить открывшего рот Сергея до того, как тот хотел обрушить на командира групп прикрытия гневную тираду. Торопливо сказал:

– Не будем пороть горячку! Парни на планете. Если они все еще в плену — заставим их вернуть. Используя первоначальный план. Собственно, ничего не изменилось. Наоборот, стало проще. А для страховки сядем неподалеку от порта. Одна силовая группа.

Сергей с трудом заставил себя промолчать, отвел злой взгляд от Бутурмена и, переводя дух, кивнул.

– Да.

Гомеш, внимательно следивший за полетом обоих кораблей, поднял руку, привлекая внимание.

– Малый корабль сменил курс! Он отклоняется от первого корабля.

– Парни там, — добавил Харким. — Метки пошли вниз.

Толик и Сергей посмотрели друг на друга. Объяснение смене маршрута только одно — парни контролируют корабль. Значит, они на свободе!

– Тилим, — обратился к Гомешу Сергей, — ты можешь связаться к кораблем?

– Я не знаю их рабочих частот. Хотя... Можно использовать единую частоту космопорта. Явно все корабли настроены на нее. Но...

Гомеш замешкался, взглянул на экран своего компьютера.

– Но если мы выйдем на связь, то засветим свое присутствие.

– А что ты предлагаешь?

Вместо него ответил Харким:

– Судя по скорости полета, с учетом маневра торможения и посадки, корабль будет в пути еще часа два с половиной — три. У нас достаточно времени, чтобы отследить маршрут, а заодно немного изменить текст сообщения на передатчике. Введем несколько вариантов. В зависимости от поведения равитанцев и их реакции на своевольность корабля.

Сергей кивнул. С уважением посмотрел на инженера. Впервые тот сумел сориентироваться в ситуации и найти выход первым. Способный парень, далеко пойдет...

– Так и сделаем. Но на связь с кораблем надо попробовать выйти. И так, чтобы никто ничего не понял.

– А это уже проще, — заявил Толик. — Подадим знак, который поймут только парни.

– Какой?

Тот улыбнулся, подмигнул и вдруг пропел:

– Батальонная разведка, мы с тобой скучаем редко!..

Лейтенант-медик все время был рядом с раненым коронером. Сразу после загрузки на корабль он включил свою аппаратуру и постоянно следил за показаниями датчиков, контролируя состояние Твилда.

Раненый был без сознания, и лейтенант дважды вводил ему какие-то препараты. Мы помогли ему удобнее разместить носилки и намертво зафиксировать их. А потом принесли баул с продуктами. Пока корабль шел к «коридору», немного перекусили, выпили, по бутылке алкогольного коктейля с тонизирующими добавками.

Когда «Балетта» вслед за транспортом проскочила «коридор», и мы увидели на экранах голубоватый шар Логошета, настала пора действовать. Как именно, мы уже успели обсудить.

– Господин лейтенант, — позвал Марк медика. — Санузел здесь где?

– Кормовая часть. За генераторным отсеком. Второй поворот налево.

– Понял.

– Я с тобой. А то — потом буду плутать. — Я поднялся, поправил куртку и шагнул в проход.

– Господин лейтенант, а сколько нам лететь до планеты? — задал вопрос Антон.

– Три с половиной часа.

– Туда мы вроде больше летели...

– Да нет, столько же. Это тебе с непривычки показалось..

– А-а... А я-то думал, что скорость разная...

Антон нес всякую чепуху, переключая внимание лейтенанта на себя, чтобы тот не заметил, что мы для похода в туалет прихватили оружие. Действительно, зачем карабин в сортире?..

По расписанию Антон контролировал пассажирский отсек, чтобы в случае непредвиденных осложнений помешать лейтенанту совершить какую-нибудь глупость.

А мы с Марком, выйдя в коридор, вместо того чтобы идти к кормовой части, повернули в другую сторону. К кабине пилотов. Она располагалась впереди. Рядом с входной дверью в кабину узкая лестница для прохода в грузовой отсек. Раньше там был отсек вооружения — ракетные установки, боезапас, автоматы перезарядки...

Дверь к пилотам была закрыта, но не заблокирована. На панели горел зеленый огонек, разрешающий доступ. Корабль шел в нормальном режиме, так что блокировка не нужна.

Марк остановился, проверил оружие и бросил на меня вопросительный взгляд.

– Готов, — сказал я.