След зомби - Олег Дивов

Мастер посмотрел на индикатор заряда батареи. Нажал кнопку, и батарея выпала из гнезда прямо ему под ноги, ударившись о ступени. Охотники рефлекторно вздрогнули — так обращаться с оружием в Школе было не принято.

— Запасную, пожалуйста, дай, — попросил Мастер.

— Что за херня, старший? — взвился Батя. Слишком резко, пожалуй.

Мастер молча протянул руку. Батя, покраснев, открыл подсумок и почти швырнул ему запасной аккумулятор. И сунул руки в карманы. Хунта начал медленно поднимать ствол пульсатора.

Мастер вставил батарею в гнездо и удовлетворенно кивнул. Эта батарея оказалась слегка подсажена. Как раз на два импульса полной мощности.

— А еще, — сказал Мастер, — у нас есть отличный след на углу в сугробе. Может, пройдемся?

— Зачем? — спросил Батя с явной угрозой в голосе.

— Как это зачем? Башмак твой примерить… Левый.

Батя с Шерлоком быстро переглянулись. Лицо старшего «группы Раз» ничего не выражало. Но его аналитик просто трясся. Он даже слегка отодвинулся от Бати. Тот укоризненно прищурил глаз и повернулся к Мастеру.

— Давай поговорим, — предложил он.

— О чем? — удивился Мастер. — Ты сейчас пойдешь под арест. Группу примет Пушкин. А утром мы тебя сдадим Штабу. Правда, ты уж извини, с обезображенным лицом. Ребята Вавилова любили.

— Не выйдет, — сказал Батя спокойно. — Ты теперь без меня и шагу ступить не можешь.

— Это почему же?

— Во-первых, я только что поменял код в сигнализации машин, — улыбнулся Батя.

— Вот паскуда! — прошипел сзади Хунта. Боевые школьные «Рэйнджи» были оснащены сложной противо-угонной системой, отключавшейся цифровым кодом. Положим, на расчистку «Двойка» как-нибудь выбралась бы и на личных автомобилях. Но «Рэйнджи» были жизненно необходимы для атаки на Техцентр. Батя участвовал в планировании штурма и отлично знал это.

— Это так, мелкая пакость, — продолжал Батя. — А есть вещи посерьезнее. Например, я вчера купил мобильный телефон. Можешь убедиться, он у меня с собой. И пятнадцать минут назад я звонил в город. Сказал Мэксу, что у тебя нервный срыв и ты передал мне командование. И вызвал «Трешку» сюда. Они приедут через полчаса.

— Умно, — признал Мастер.

— А я не глупый, — кивнул Батя. — Поэтому у меня завалялся еще один аргумент. — Он медленно вынул руку из кармана и продемонстрировал маленькую коробочку, наподобие брелока автомобильной сигнализации. Палец Бати лежал на кнопке.

— Я сегодня без собаки, — сказал он. — Вы этого и не заметили. Но на псарню я заходил. И случайно забыл там полкило взрывчатки. Детонатор ждет сигнала. Так что не дергайтесь, мужики, а то ваши песики взлетят на воздух… — Батя убрал руку в карман и заговорщически подмигнул Мастеру. Тот мило улыбнулся ему в ответ. Совсем как Саймону полтора часа назад. Сенсы, Хунта и Пушкин стояли как вкопанные, почти не дыша. Шерлок, наоборот, на глазах оживал и снова придвинулся к старшему.

— И чего же ты хочешь, охотник? — спросил Мастер.

— Того же, что я сказал Мэксу. Отдай мне Школу. Подтверди мои полномочия. И все. Эту ночь посидишь взаперти, а утром посмотрим. Возможно, я тебя просто отпущу. Иди куда хочешь. Утром ты мне уже будешь не опасен. Я знаю, что тебя сейчас беспокоит. Не волнуйся, все будет сделано по плану. Но операцию проведу я.

— Да у тебя мания величия! — рассмеялся Мастер. — Тебе что, неймется стать героем? Спасителем человечества?

— Ты, дурак, не понимаешь, какие возможности это открывает перед умным человеком, — сказал Батя снисходительно. — Ты-то у нас герой по жизни. Тебе ничего не надо. А я мужик простой. И я свое получу.

— Не получишь, — пообещал Хунта сквозь зубы.

— Ты вообще молчи, — посоветовал ему Батя. — Положим, сейчас тебя держит только кнопка у меня в кармане. Но, когда Мастер со мной согласится, ты запоешь по-другому. А когда приедет Мэкс, тебе придется засунуть язык глубоко в жопу. Навсегда. Тебе не выстоять против нас.

— Думаешь, что у тебя полное единодушие в группе? — спросил Хунта с недоброй ухмылкой. — Или что люди Мэкса чего-то стоят в бою?

— У меня в группе не единодушие, а дисциплина. Понял? А Мэкс — это двадцать стволов. А если ты такой же дурак, как и твой обожаемый Мастер, можешь уйти вместе с ним.

— Так! — сказал Крот, пряча в карман свой пистолет. — Я в этой бодяге не участвую. Срал я на вас на всех с очень высокой колокольни. Пошли отсюда, Бенни! Нам они ни хрена не сделают, а мы им и расчистку саботируем, и в Техцентр пусть сами лезут.

— Запросто, — кивнул Батя. — И на расчистке без вас обойдемся, и в Техцентре. Просто будет немного больше шума. И гораздо больше людей накроется. «Четверка», например, в Техцентре ляжет вся. Я ее тоже чуть погодя вызову.

— А мне это все… — отмахнулся Крот. Он явно был разочарован тем, что его угроза не возымела действия, но отступать не хотел. — Пошли, Бенсон! Пусть сами разбираются.

— Правильно. Только учтите, что Школа закрыта, и далеко вы сейчас не уйдете. Придется вам вместе с Мастером посидеть немного. Давайте, топайте, гуляйте пока. И перестань на меня пялиться, Бенни! Мне твоя сенсорика что мертвому припарки.

— С сумасшедшими трудно работать, — сказал Бенни, злобно глядя на Батю исподлобья. — Но я тебя все равно в могилу сведу.

Батя хотел было ответить, но тут в разговор вступил Мастер.

— Мне нужны гарантии, — сказал он. Голос его был очень низок — почти хрип. — Ты должен отпустить не только меня, но и всех, кто решит уйти.

— Их будет немного, — хищно оскалился Батя. — Со мной здесь наступит порядок. Настоящий порядок. Но если кто-то захочет… Что ж, я готов дать тебе слово. Как только ты завизируешь приказ о моем назначении и объявишь его по громкой связи, мы тебя запрем. Потом я выступлю перед людьми. Тех, кто окажется так глуп, что захочет в отставку, мы тоже изолируем. А утром вы уйдете. Ты, все сенсы, ассистенты Вавилова и все дураки. Особенно я буду рад избавиться от последних. Ненавижу сентиментальных дураков.

— Тебя будут судить, — сказал Мастер чуть слышно.

— Победителей не судят. Мне это обещал Генерал. Лично.

Мастер покачал головой. И опять улыбнулся. На этот раз очень грустно.

— На! — выдохнул он с невероятным презрением, бросая Бате его пульсатор. Батя машинально вынул руки из карманов, поймал лучемет, и тут лицо его исказила страшная гримаса. Он попытался было развернуть оружие к Мастеру, но опоздал. Выстрел и удар пули слились в один звук. Голова Бати раскрылась, как коробка из-под обуви. И в тот момент, когда первые брызги коснулись ступеней, дымящийся ствол пистолета уже смотрел в переносицу Шерлока.

— У тебя на раздумье десять секунд, — сказал Мастер.