Имя для ведьмы - Надежда Первухина

– Вика...

Уф, костюм отчищен и выглажен. Ботинки высохли сами собой, едва и метнула на них свой раскаленный взгляд. Ну что, на этом сервисное обслуживание можно считать законченным?

Я иду на кухню готовить свой любимый салат из бананов. Это сакральное действо, ритуал, которого да не узрит око непосвященного. Но непосвященный тут же и появляется: в обмотанном вокруг бедер полотенце, выбритый, трезвый и почтительный. И, к стыду для моей женской гордости, весьма эротичный.

– На стене в ванной висит халат, мог бы и им воспользоваться, – ничего не означающим тоном говорю я. – Кстати, твой костюм в полном порядке. Можешь надевать и отправляться на все четыре стороны.

– Я от тебя никуда не уйду, – тихо, но решительно заявляет Авдей. – Как ни гони.

– Интересно! – Вместо двух ложек йогурта я отправляю в салат пол-литра ряженки. Такое блюдо насмарку! – И на каком основании ты тут намереваешься остаться? Спать на коврике в качестве моего сторожевого пса?

– Можно, конечно, и так. Но я предпочел бы спать в твоей постели в качестве законного мужа.

Бац! Ложка с корицей падает в салат, окончательно испортив мой завтрак. Я смотрю на него специальным пронзительным взглядом. В смысле, не на салат, а на Авдея. Ишь чего захотел! В мужья! До сих пор пьяный, что ли?

Нет, вроде трезвый. И взгляд мой бесстрашно встречает своими благородно-нефритовыми глазами. И... ждет.

– А ты уже забыл, что я ведьма?! Так я напомню! Я ведь ничуточки не изменилась: все так же могу колдовать, насылать чары, превращаться в разных омерзительных тварей. Вот возьму и превращусь сейчас в гиену! Или дракона! Хочешь быть супругом огромной змеи, изрыгающей пламя вместо поцелуев?!

– Хочу, – просто говорит Авдей. – Валяй, превращайся. Может, ты и осталась прежней, да только я изменился. И я знаю одно: я люблю тебя, и ты мне нужна. Любая. Даже изрыгающая пламя. Ну не могу я без тебя, пойми!

Как ему удалось обнять меня, не понимаю; я же оказывала всяческое сопротивление! И вообще, я же очень зла! Просто до слез...

– У меня отвратительный характер, – уткнувшись носом в его грудь, принимаюсь перечислять я. – Я злопамятна и мстительна.

– Я знаю, – тепло шепчет мне на ухо Авдей.

– Я капризна, взбалмошна и ненавижу небритых мужчин!

– Я обещаю бриться два раза в день.

– Я каждое полнолуние буду натираться колдовской мазью и нагишом отправляться на шабаш верхом на помеле! Чтобы предаваться там всякому греху и распутству!

– Да? – озабоченно хмурит брови Авдей. – Ну, если ты без этого не можешь, то я не возражаю. Разве что во время полета тебе лучше теплей одеваться. Женский организм так восприимчив ко всяким простудным заболеваниям...

– Ты не понимаешь! Я – ведьма! Была, есть и останусь ею!

– Понимаю, дорогая. Ты – ведьма. И я тебя люблю...

И что мне еще оставалось после этого делать, как не целоваться?

Салат на кухне явно испортился, дождь за окнами не переставал выводить свою монотонную мелодию, а мы лежали на кровати, и я рассказывала Авдею обо всех приключениях, которые мне и моим близким довелось пережить за все это время.

– Даже не верится, – говорил он. – Чтоб в наше время возникло такое оккультное движение. Последователи Хозяйки Медной горы! Да об этом можно роман накатать в стиле боевой фэнтези!

– Вот и накатай! Материалов у тебя для этого предостаточно, – и я для пущего эффекта полевитировала по спальне. Пусть не забывает, с кем связался...

Авдей подхватил меня за щиколотки и потянул вниз. Я с хохотом рухнула на кровать и тут же горько об этом пожалела. Боль внизу живота скрутила меня так же, как обычную женщину. Беременность не делает скидок, для нее все равны: что королевы, что ведьмы, что просто бабы деревенские...

– Любимая, что с тобой?! – встревоженно склонился надо мной Авдей. – Тебе плохо? Что случилось?

– Да, в принципе, ничего особенного, – с трудом выдавила из себя я. – Просто у меня будет ребенок. Твой ребенок. Не хочешь – не верь.

– Я... верю, – у Авдея были такие глаза. Такие... Словно ему только что вручили Нобелевскую премию в области литературы. И в качестве премии выступала я. – А почему ты мне об этом сразу не сказала?

– А это что-то меняет?

– Еще бы... Если б ты знала, как я всегда хотел ребенка! Детей. Штук пять!

– И ты думаешь, мы прокормим их на твои гонорары?

Авдей как-то лукаво посмотрел на меня.

– Если гонораров не хватит, ты ведь наколдуешь чего-нибудь. Правда, ведьмочка моя?

– В случае чего родственники помогут! – раздался в нашей спальне голос из ниоткуда. Я взвизгнула от неожиданности и, прикрывшись простыней, прижалась к Авдею. Он ошарашенно оглядывал потолок.

– Авдей Игоревич, мое почтение! Да не нервничайте вы так, канал связи только акустический, визуальный мы еще не отладили! Доченька, ну скажи ты ему, кто с ним говорит!

– Это Баронет. Авдей, думаю, ты его помнишь, – смеясь, пояснила я. – Он недавно сочетался законным браком с моей мамой и посему теперь является моим папочкой. Эй, мэтр, как проходит медовый месяц?!

– О-о! За ближайшие двести лет ничего подобного со мной просто не случалось! Танюша просто сокровище!...

– Дочка, не слушай этого болтуна! Мы здесь занимаемся исключительно этнографическими поисками! А какая тут природа...

– И комары... – это Баронет. – Мой вам совет, ребята: в свадебное путешествие отправляйтесь лучше в Париж или на Мальдивы. Я все оплачу. Но только не сюда, комаров кормить! Кстати, вы уже решили, когда играете свадьбу?

Мы с Авдеем, сидя на постели, растерянно переглянулись.

– Не вздумайте праздновать без нас! – авторитарно заявила мама. – Дочка, мы выберем тебе платье в лучшем салоне!

– О, только не это! – беззвучно простонала я, утыкаясь лицом в подушку при одном воспоминании о кружевных абажурах и фонтанообразной фате. Авдей глянул на меня и спас положение.

– Мы обязательно вам сообщим дату церемонии! – крикнул он. – Вам звонить, писать или прямо по этому магическому каналу?

– Прямо, – ответствовал Баронет. – Ну все, ребята, у нас дела. Счастливо оставаться!

Все стихло. Я встала и принялась одеваться, вспомнив о том, что так и не насладилась вкусом бананового салатика. Глянула на Авдея.

– Мы что, всерьез собираемся пожениться? – на всякий случай спросила я его.

– А как же иначе? – пожал плечами он. Блин. Вот этого я никак не ожидала. Кольца. Свадьба. Ну, платье, это еще куда ни шло...

– Кстати, а где твое помело? – неожиданно спросил Авдей. – Я всю жизнь, с детства, мечтал разобраться в принципах действия этого летательного аппарата.