Волкoff - Анастасия Мамонкина

Госпожа Волкова явно обладала каким-то дьявольским талантом. Так играючи, с нарочитой небрежностью наступить на больную мозоль... Его ведь и вправду не приняли ни в одном клане. Даже Антон Северский – глава выборгских волков, углядевший в десятилетнем мальчишке, приехавшем на экскурсию в Питер, оборотня, – не взял к себе в стаю. Сказал, обучая нехитрым премудростям перевёртышей, что не бывать такому, чтобы в клане было два альфы, а давать временный приют, чтобы затем выкинуть из семьи... это ещё хуже, чем от этой самой семьи отказать.

Десятилетний Мирослав принял отказ стойко, хотя в клане Северского ему понравилось. Бескрайний лес, свобода, ветер свистит в ушах, а рядом – только руку протяни – трусят среди вековых сосен самые настоящие волки. И сам он – волк. Точнее, тогда ещё волчонок, мелкий, неумелый, сущая карикатура на фоне матёрых поджарых хищников, но всё меняется. И Мирослав вырос. Каким-то немыслимым образом прибился к местному маг-сообществу, хотя принимать туда парня без стаи долго не хотели, а потом перебрался из Красногорска в Москву. Сперва по работе, а потом и по жизни.

Удивительно, но отсутствие стаи особо не мешало, даже в личной жизни всё, казалось, шло просто прекрасно. Ему повезло встретить Марину – обычного человека, для которой все эти магические условности не значили ровным счётом ничего. А теперь везение закончилось. По законам маг-сообщества Мирослав и вправду ничем не мог подкрепить собственные слова, а Марина, как человек, и вовсе голоса не имела. Любой суд встанет на сторону Волкова – чистокровного волка, главы клана. А его, полукровку без роду и племени, даже не станут слушать.

– Я так просто не сдамся, – уверенно заявил Мирослав, взглянув поочерёдно на молодого вожака стаи и его мать. – Марина – моя пара.

– Что, и твоя тоже? – поражённо выдохнул Сергей.

– Тоже? – нахмурился Мирослав. Пусть он и не знал многого об оборотнях, но о феномене пары любой ребёнок в курсе, как и о том, что не может одна женщина принадлежать сразу двум мужчинам. Кто-то, возможно, фантазирует о подобном, и даже фильмы снимают определённого содержания, но с реальностью оборотней эти эротические мечты не имеют ничего общего.

Пока мужчины мерились взглядами, Валентина Юрьевна стояла в стороне и кусала губы. Эта Марина – ошибка. Её ошибка. Чёртова ведьма что-то напутала, и она пригласила на смотрины чужую пару. Да, девчонка без метки. Да, её избранник – полукровка без стаи. Но и Серёжа не сделает эту девушку своей женой, просто не сможет – инстинкт защиты не позволит навредить, а Марина не отступится от своих чувств. Замкнутый круг.

Любовь оборотня сильна. А любовь к оборотню ещё сильнее, уж это она прекрасно знала по себе. В то время как муж грезил о своей паре, оставшейся в сотнях километров, она любила за двоих, и любви этой хватало с головой. Но у Серёжи другой случай, здесь магия не поможет. Да и запрещено людей заколдовывать, министр за такое по головке не погладит, а мужик он суровый, к тому же выбрал себе в спутницы жизни человека.

Нужно сказать им обоим правду. Чем скорее, тем лучше. Отпустить девчонку на все четыре стороны и забыть эту встречу, как страшный сон. Пусть мальчишка проваливает в свою Москву, а они останутся здесь, дома. Будут жить, как прежде, а новую невесту она обязательно найдёт. Настоящую пару для Серёжи, а не какой-то там отголосок чужой связи.

Но язык не поворачивался сказать, что её первенец, её единственный сын – второй. Второй по силе, второй по рождению. Не наследник. Не вожак.

– Это невозможно, – низким, тяжелым голосом произнёс Мирослав, сжимая кулаки. – Марина – моя. И только моя.

– С каких это пор? – недоверчиво протянул Сергей, хотя мысли в голове скреблись совсем иного толка. От него не укрылось побледневшее лицо матери и шальной взгляд, метавшийся с одного оборотня на другого.

– С самой первой встречи, уже четыре года как.

Волков-младший вскинул брови. Четыре года? И Марина до сих пор девушка, а не жена? Кажется, с этим полукровкой и в самом деле что-то не так. Сам-то он и месяца не собирался ждать, прежде чем узаконить отношения с парой. И то виной всему лишь бюрократические препоны с подачей заявления в ЗАГС.

– Ты не шутишь?

– О таком не шутят, – весомо отбрил Мирослав. – Да и сам ты разве не почувствовал, что Марина уже занята? Что на ней мой запах? Не может его не быть – мы столько лет вместе.

Сергей смутился. Это действительно странно. Оборотни и безо всяких меток прекрасно чувствуют, если женщина занята кем-то из сородичей, а он даже не заметил чужого запаха. А такое может быть только в одном-единственном случае...

– Кто твой отец, Мирослав?

Полукровка упрямо сжал губы, нахмурился – отвечать ему явно не хотелось. А Волкову и не так-то был нужен ответ, хватило короткого взгляда на реакцию матери на его вопрос.

Валентина Юрьевна побледнела почти до синевы, дышала через раз и явно находилась на грани обморока. Для сильной, уверенной в себе волчицы просто нонсенс какой-то.

– Это важно? – разомкнул-таки губы Мирослав после затянувшегося молчания.

– Мне кажется, это многое бы объяснило, Мирослав Сергеевич, – хмыкнул оборотень, упиваясь своей догадливостью.

Госпожа Волкова от слов сына вскрикнула, истошно замахала руками:

– Нет-нет-нет, Серёжа, даже не думай!

– Скажешь, что я ошибся, и Мирослав мне вовсе не брат? – Сергей резко обернулся к матери, глянул испытующе. Валентина Юрьевна пару пару раз беззвучно разинула рот, как выброшенная на берег рыба, но солгать сыну в глаза не смогла, промолчала.

– Сводный, – педантично поправил полукровка.

– И старший, – вздохнул Сергей с потаённой грустью.

– Старшинство ещё ничего не значит, – попробовал успокоить его свежеобретённый родственник, но Волков-младший только отмахнулся. Само по себе да, не значит, но почему-то магия всегда значительно щедрее отмечает первенцев. Даже, как оказалось, ребёнка от союза оборотня и человека, который Совет маг-сообщества ещё пару лет назад за глаза называл извращением, а затем неожиданно изменил своё мнение, ратуя за вливание свежей крови. Не зря передумали, не зря...