Наследник для медведя - Анна Владимирова

* * *

Джастис слал мне умилительные фото Денвера, пока я направлялась в кабинет Саторро.

«Не рви мне сердце», — приказала коллеге.

«А от него еще что-то осталось?»

«Вот ты сволочь!»

«Я предлагаю склеить и начать все заново!»

«Шантажируешь меня ребенком? Неужели все варианты исчерпал?»

«Я не очаровывать тебя собрался, а устроить будущее Денвера».

Да ну как же! Слюни враз пересохли? Не поверю!

— Слушай, ты, — набрала Джастиса, не дойдя до кабинета каких-то пять шагов, и развернулась к выходу из приемной. — Ты думаешь, служба опеки совсем идиоты? Ты — оборотень, я — человек…

— Мы — коллеги! Нам отдадут Денвера! Я выяснял. И даже то, что я другого вида, не станет помехой. Иногда выгодно работать в правительственном отделе.

— А потом что? Таких, как мы, высылают!

— Никто тебя не вышлет, мы под крылом департамента! У меня допуски первого класса!

Только тут я вдруг поняла, что в шаге от меня замерли хорошо знакомые ботинки. Успела изучить их сегодня, когда Саторро подходил ко мне после совещания.

— Я перезвоню, — и отбила звонок и подняла глаза, встречаясь с хищным взглядом Саторро. — Мистер Дан?

— Пойдемте, — кивнул он сурово в сторону приемной, преграждая мне пути к отступлению.

Отклониться от шлейфа его сногсшибательного парфюма не вышло. Пришлось задержать дыхание, чтобы не связывать потрясающий дорогой запах свежего табака с этим мужчиной. Невольно вспомнился Рэм. От его запаха пришлось отмываться долго, и то казалось, я все еще чувствую призрачные ноты горького померанца на коже. Тоже тревожный сигнал — к запахам я становилась чувствительна, когда уставала сильнее допустимого.

— И откуда эти отметины? — огорошил меня вопросом Дан, направляясь к своему столу.

— Простите, мы тут что собрались обсуждать? — замерла я поближе к двери, складывая руки на груди.

— Ты думаешь, я тебя не прижму, — оперся он задом о стол, копируя мою позу.

— Я вообще о вас не думаю.

— А стоило бы. Это Келлер тебя так пометил?..

Я только презрительно моргнула.

— …Ты не с теми водишь отношения, Вика. Келлера скоро уберут из директорского состава, поэтому стоит подумать, кто будет прикрывать твою симпатичную задницу…

— Раньше вы были более тонки в намеках…

— Обстоятельства стали толще, — парировал он. — Я слишком однозначно обрисовал тебя в своих интересах.

— Боитесь проиграть на публику? — я потеряла интерес и принялась разглядывать маникюр.

— У тебя, я так понял, имеются виды на подопытного ребенка?

Я тяжело сглотнула. Зря поддалась эмоциям и позвонила Джастису прямо у этого под носом!

— Вы не так поняли…

— Ой, брось. Узнать, что ты проводишь дни и ночи в его палате, не так сложно. Правда думаешь усыновить? — Он оттолкнулся от стола и медленно направился ко мне. — Или это не Келлер, а какой-то оборотень? Выбираешь папочку? — Саторро вскинул руку, и я отшатнулась от него, как ошпаренная, едва ли не влетая в стеллаж у входа. — Совсем одичала, Вика…

— Что вам нужно? — напрочь забыла о самообладании. Слишком много желающих за последние двадцать четыре часа его потрепать!

— Чтобы пришла ко мне, — сложил он руки в карманы брюк. — Пойдем, поужинаем. Выпьем. Расслабимся.

— Я не хочу приходить к тебе, — процедила я.

— А я не принимаю твоего отказа, — сдвинул брови он. — Ты достала уже бегать от меня и воротить нос. Хочешь замуж за оборотня, правда? — он зло усмехнулся. — Не дам я вам никого усыновить, слышала? Пока будешь оформлять бумаги, ребенка уже оформят, обещаю…

Я с трудом проглотила ругательства — бесполезно. Лучше не тратить энергию.

— Пойду к Келлеру, обсудим твое предложение, — вздернула я бровь.

Что, черт возьми, происходит?! Саторро никогда не переступал границы, а сегодня наговорил себе минимум на привод в судейский аппарат. Только что его заставляло чувствовать себя таким самоуверенным и безнаказанным?

— Пойди. Ему не хватает пары гвоздей в крышку своего гроба.

— Что?

— Ваша интрижка с Келлером дошла до Совета.

Я замерла с прямой спиной.

— Нет у нас никакой интрижки, — сдвинула брови, — просто таким, как вы, видимо, не понять, что можно кого-то просто уважать…

— Ну да, мне не понять, — он даже не стал спорить.

— Мерзко, мистер Дан. Я не приползу к вам ни при каком раскладе…

— За Келлера будут голосовать послезавтра, — не слушал он. — Его отношения с молоденькой заведующей отделом никому не понравились…

— У нас уже отменили презумпцию невиновности?

— Проблема в том, что это не вина. Это просто досадный фактор, который вызывает дрожь в пальцах и соскальзывание, как результат, с той самой кнопки, на которой написано «Да». Мой голос считается одним из определяющих. — Он сделал еще один шаг в мою сторону. — Уважение, говоришь? Может, стоит отплатить старику тем же, чем он жертвует ради тебя?

— Не противно загонять женщину к себе в постель шантажом, а? — голос жалко дрожал.

— Тебя — нет, — медленно расплывался он в усмешке. — Тебя надо связывать договорами, шантажом, угрозами, чтобы не дернулась.

Его взгляд слишком ярко налился нездоровым безумием и одержимостью.

— Вам лечиться надо, — прошептала.

— Ты же у нас доктор, если я не ошибаюсь. Так пришли мне время приема. Даю тебе два дня.

Из его кабинета я вышла на ватных ногах, дошла до ближайшего туалета, заперлась в кабинке и сползла до пола, пряча лицо в ладонях.

Что такого сделал этой ночью Рэм, что все пошло в моей жизни к чертям? Почему именно сегодня я сгибаюсь под этими вполне привычными обстоятельствами? Как так совпало, что мой покровитель оказался под ударом? Теперь не могло быть и речи, чтобы обращаться к Келлеру за помощью.

К черту. Хотелось заняться хоть чем-то, что еще под контролем. Я выпрямилась, заглянула в зеркало… Мда, отметина на шее обосновалась со удобствами и переливалась всеми красками, на которые была способна. Чертов Рэм!