Гончая в Империи демонов - Любовь Белых

- Это что такое?- не поняла я. Настолько размытые формулировки я никогда прежде не встречала.

Проситель, высший демон — это ещё понятно, хоть и повторялись эти слова через каждые три. Но жизнеобеспечение — не исцеление. А переходит во власть верховного демона по истечении двух лет — не продажа души... Или как там...

- Стандартный договор...- уныло отозвалась та.

- Что не нравится?

- Мне не нравится все! Тут нет ни имён, ни конкретики... Как это подписывать?

- Кровью, конечно.- улыбнулась та. - Не бойся, одной капли будет достаточно.

- Я не боюсь! Что вы...ты мне подсовываешь? Это какой-то розыгрыш?!

- Чего ты хочешь?

- Я хочу чтобы Макс был здоров и не умер через пять, десять, двадцать лет! Я хочу знать, как ты у меня эту самую душу собираешься забрать! А тут,- я затрясла листком в руках,- Ерунда какая-то написана.

- Он будет здоров, Оксана. И больно тебе не будет, если ты об этом. У тебя будет два года, чтобы достойно отгулять последние дни в этом мире.

- В этом мире?

- Ты будешь подписывать?

- Нет! Я два года буду, как скот с отметкой ходить, не зная, что меня ждёт, а ты... Ты даже не внушаешь мне доверия! Вот!

- Доверия? Доверие — это хорошо.- протянула она, выгнувшись на стуле, как дикая кошка.- Первый шаг сделаю я, хорошо.

Она вышла! Она вышла из пентаграммы!!!

Лениво подошла ко мне и уставилась на мою щеку, туда, где они обычно ставят метки всем.

- Здесь!- она ткнула своим пальцем мне в грудь.- Я сделаю исключение для тебя, как знак доверия. И метка будет здесь, не на виду.

- А Макс?- шепотом отозвалась я. Её близость рядом со мной пугала и настораживала. Я могла смотреть только на её изогнутые рога, на кожицу головы, сморщенную у их основания.

- А договор подпишешь завтра, когда убедишься, что Макс жив и здоров, и не нуждается в лечении.

Я ухватилась за это предложение, как утопающий за соломинку. С трудом отвела взгляд от её рогов. Решив для себя, что, по крайней мере, я же ничего не подписала ещё формально. Значит и сделки как бы нет... Кивнула.

Что странно, больно не было. Нас окутала синяя рябь, похожая на северное сияние, и тут же исчезла. А я с удивлением поняла, что ничего не изменилось. Вообще. В себе никаких изменений я не почувствовала.

А вот моя кухня изменилась. В ней не было ни демона, ни договора, ничего, что свидетельствовало бы о пребывании тут Клео. Я даже, испугавшись, бросилась к видеокамере, проверив отснятое. Успокоилась. Все было на месте. Все кадры, каждая секундочка, записанная на видео доказывала, что мне это не приснилось.

Поборов дикое желание позвонить сразу же Максу, я принялась оттирать пол от губной помады. Но... Она не вытиралась. Вообще. Многочисленные тряпки и губки даже не окрашивались в цвет моей помады, оставаясь чистыми! Проклятая пентаграмма не хотела даже тускнеть!

Кабздец, кабздец...

Уже стоя под душем, я рассматривала не затейливую вязь рисунка на левой груди. Очень даже похоже на обычное тату, только словно выцветшее... На щеках людей это смотрелось уродливее... Возможно, это потому что я ещё ничего не подписала, а после она изменится...

О чем я думала? О Максе! О силе демонов! Об их магии и неограниченных возможностях... Ещё я думала, что срублю кучу денег... И чуть-чуть о том, что если существует пентаграмма призыва и некая символика позволяющая демонам приходить к нам, как по вызову, то должна быть и символика...не позволяющая им входить, или уничтожающая их... Или...

Мой бы энтузиазм да в мирное русло.

Я усмехнулась, укутавшись в большое полотенце. Демоны сумеют меня достать, вздумай я отлынивать от уговора. А я вздумаю. Я же ничего не подписывала. Обидно будет, если демон выполнит свою часть договора, поймет, что я хочу её кинуть и вернет болезнь Макса... Или просто убьет...

Два года ведь не так уж мало? Да и в договоре этом не было пункта, что я умру... Там, собственно, и про душу ничего не было сказано. Но Макс будет жить... Полноценной и нормальной жизнью. Абсолютно здоровым...

Больше вопросов, чем ответов.

Потеснив кота, я легла поперёк кровати, собираясь вздремнуть пару часиков, а после ехать к Максу, и тут же отключилась.