Красные камни белого - Вадим Панов

– Загипнотизируй его после разработки плана.

– Нельзя предусмотреть всего, что может случиться во время сражения.

– Наши люди…

– У наших людей нет боевого опыта! – Разговор начал надоедать Старшей Сестре, и в голосе женщины зазвенел металл. – Алокаридас, я понимаю твои сомнения. Я разделяю их. Но пойми и ты: другого выхода нет, нам придется рискнуть и не трогать Помпилио до конца сражения.

«Во имя Отца, друг, не торопи меня! Неужели ты не видишь, как мне больно?!»

– А потом?

«Кровь, кровь, кровь… Она туманит тебя, она туманит меня. Я ведь уже сделала шаг, зачем ты снова требуешь этих слов? Зачем?»

– Мы убьем Помпилио и его людей. Уничтожим цеппель, на котором они прилетели, и обломки, о которых они говорили. И забудем о них навсегда. – Старшая Сестра твердо посмотрела на жреца: – Я приняла решение убить шестерых невинных, Алокаридас, и я их убью. Во имя нашей тайны. Во имя Отца.

– Ты спятил, Грозный?

– Впредь называй меня «мессер» и на «вы». А теперь назовись. И я сделаю вид, что не услышал твоего оскорбительного вопля.

А поскольку взгляд адигена не обещал ничего хорошего, Рыжий, поколебавшись, принял правила игры:

– Мойза Пачик.

Он ждал комментария насчет своего галанитского происхождения, но услышал неожиданно расслабленное:

– Департамент секретных исследований, я полагаю?

Добившись от собеседника признания в том, что он все вспомнил, Помпилио вернулся к благодушному тону.

– Да, – кивнул Мойза. – Специальный агент.

– Убить меня приказал Нучик?

– Ты… Вы его знаете?

– Он присутствовал на моем обеде с Нестором.

А еще пытался завоевать для Компании Заграту. И сильно разозлился, когда высокородный адиген разрушил его планы. Точнее – два высокородных адигена.

– Нучик, – не стал скрывать Пачик. – Хотел натравить на Нестора вашего брата-дара.

– У него не получилось.

– Откуда вы знаете?

– Старшая Сестра рассказала.

– Прошло всего пять дней, возможно, Нучик еще не разогнал интригу.

– Прошло полтора года.

Мойза подскочил в кресле:

– Сколько?

– Ты задаешь много вопросов, – поморщился Помпилио. – Это раздражает.

«Много вопросов? Раздражает?» Да как так можно?! Полтора года? А этот лысый адиген ведет себя так, словно ничего не случилось.

– Я немного ошарашен, знаете ли, – язвительно произнес Мойза.

– Обдумаешь феномен на досуге.

– Хотите сказать, что оставите меня в живых?

– Хочу сказать, что беру тебя на службу, – небрежно бросил Помпилио. – Я планирую покинуть Ахадир, и ты мне поможешь. За это я отпущу тебя в первом же порту.

– У вас есть план!

– Какие же вы все одинаковые… – с легким разочарованием протянул адиген. – Можно было привыкнуть к тому, что у меня всегда есть план и я знаю, что делать. Но мне требуются помощники. Не скрою, Мойза, ты – не лучший кандидат, но у тебя имеются необходимые навыки.

– То есть вы не можете без меня обойтись?

Положительный ответ позволил бы галаниту выдвинуть пару условий, однако услышал Пачик равнодушное:

– Могу.

– Тогда почему не обходитесь?

– Лишний ствол не помешает.

Блефует или нет? Способен ли адиген разработать план, требующий минимума помощников? И вообще: есть ли у него план?

Почти полминуты Мойза буравил взглядом Помпилио, лихорадочно прикидывая шансы, после чего, улыбнувшись, заметил:

– Вы ведете весьма откровенные разговоры, мессер. Как думаете, что сделают спорки, если я поведаю им о вашем предложении?

– Убьют тебя, – безразлично ответил адиген.

«Неожиданно…»

Еще одна попытка:

– Уверены?

Помпилио вздохнул. Он чувствовал себя профессором алхимии, которого случайно занесло в первый класс начальной школы.

– Ради сохранения тайны Старшая Сестра собирается убить меня, брата лингийского дара, – медленно, как идиоту, объяснил адиген. – Кто ты рядом со мной, специальный агент Пачик? Никто. Рыжий галанит, которого давно считают мертвым. Ты ляжешь вместе со всеми, а потому перестань паясничать и готовься к хорошей драке. Это понятно?

Да уж, чтобы выбить Помпилио из седла, одной наглости недостаточно.

– Понятно, – буркнул Мойза.

– Вот и хорошо…

– Последний вопрос, мессер, – торопливо произнес Пачик. – Неужели вы меня отпустите? Неужели забудете, что я пытался вас убить?

В голове галанита это не укладывалось. Отомстить, убить, растоптать того, кто посмел покуситься на твою жизнь, – вот чему учили Пачика с младых ногтей. И он считал это правильным. Жалости нет, а великодушные умирают первыми…

– Вы мне доверитесь?

– Негодяй отличается от приличного человека тем, что не способен неприятно удивить, – поморщился Помпилио. – Меня пытались убить самые разные люди, Мойза, и далеко не все они расплачивались за это жизнью. Я не кровожадный.

– То есть моя жизнь – это ваше слово, – в последний раз уточнил Пачик. – Только слово?

– Никогда раньше, Мойза, ты не был в большей безопасности…

– Целый год?!

– Полтора, – поправила подругу Марина.

– Но это… это… Невозможно!

Белла вскочила на ноги и принялась расхаживать по их «тюремной» палатке, в которую вернулась только Марина.

– Невозможно!

– Это факт.

– Замечательный факт! – Синие глаза Беллы вспыхнули. – Получается, мы всех обманули? Марина, ты понимаешь? Нас давно перестали искать, и мы можем…

– Мы на Ахадире, Белла, у нас нет цеппеля, нет мыров…

Марина вспомнила, что раньше они с Беллой любили разговаривать именно так: перебивая друг друга, торопясь донести до любимой свои идеи. Или аргументы. Или… Или это было совсем «раньше»? Когда чувства вспыхнули, но «Универсальный ключ» еще не попал в руки синеволосой? А что произошло «потом»?

– Зато есть посланец Умного Зума, – коротко рассмеялась Белла. – Представляешь, в этом ипатом шторме спасся именно тот, кто нам нужен!

– Тыква? – брякнула Марина.

– Лео Мон.

Ну, конечно же, контрабандист! Кого еще мог послать на встречу Зум?

Марина потерла лоб:

– Какое удивительное совпадение.

– Не волнуйся, любимая, Лео нам не помешает.