Замок Кон Ронг - Галина Гончарова

И решительно направилась к лестнице. Кларисса последовала за ней Аликс бросила взгляд на дам, решила, что лезть по лестнице в ее состоянии лишний раз не стоит, подошла к Лесли и положила руку ему на плечо. Молча.

Лесли вздохнул, сгреб Аликс в охапку и ткнулся ей лицом в живот. Женщина погладила его по светлым волосам, окончательно осознавая, что пропала. Не бросит она этого парня, никогда. Он ей очень-очень нужен, а она — ему.

Сэндер наблюдал злобными глазами, но недолго. Слуги принялись взваливать его на носилки, и тут-то до негодяя дошли и истина, и боль. И что было страшнее, еще неизвестно. Он взвыл, забился… никто не обратил на него внимания. И это было страшнее всего.

* * *

Кларисса кусала губы все то время, пока они поднимались по лестнице.

Джин, девочка, дочка, если хоть кто-то, хоть пальцем…

В землю живьем зарою!

Только бы жива была! Все прощу, лишь бы жива осталась…

Связностью и логичностью ее мысли не отличались, но и не надо. Главное, что дочь была жива и сидела под стеной, кутаясь в темный плащ.

— Мама? Леди Ирэна?

— Живая! — Кларисса вихрем промчалась по площадке, рухнула рядом с дочерью на колени, обняла ее и расплакалась. От души. Джинджер обняла ее.

— Мама, не плачь. Мне и так больно…

Слезы тут же прекратились.

— Где болит?

— Голова. Они меня ударили.

— Они? — леди Ирэна выцепила главное из рассказа. А Джинджер, подтверждая ее подозрения, рассказывала о злоумышленниках. Коротко и по возможности четко, но Клари и так видела, что с дочкой не все в порядке. Расширенные зрачки, не всегда связная речь, дерганые жесты…

Сотрясение мозга, тут и так все ясно.

Постельный режим и никаких волнений. Впрочем, подруга приютит их в замке на это время?

Кларисса даже озвучить свою просьбу не успела — леди Ирэна все сделала за нее.

— Клари, я сейчас распоряжусь перенести девочку в ее покои, потом пригласим лекаря. Но думаю, это еще недели на две, со всеми последствиями. Надеюсь, вы здесь задержитесь до выздоровления Джин? А то и погостите?

— Спасибо, Ирэна, — поблагодарила Кларисса. От всей души.

И получила в ответ понимающую улыбку, мол, что ты, подруга, девочка и мне родная…

Слуги, повинуясь хозяйке, погрузили Джинджер на носилки и принялись осторожно спускаться. Пара минут — и дамы остались одни на площадке.

— Как ты думаешь, что это было за чудовище? — не удержалась Клари. Про Эдварда Джин и слова не выговорила, просто сказала — плащ на руках растянула, вот и померещилось негодяям.

— Не знаю, — леди Ирэна догадывалась о правде, но к чему такое знание чужим людям? Тут сплеча рубить не надо, с сыном стоит сначала посоветоваться…

Интересно, почему молчит Джин? Или она каждый день такое видит?

Ветер мира, ну пусть она не обидит моего мальчика, пожалуйста! Он ведь заслуживает счастья!

* * *

Леди Дженет никто ничего не докладывал, и леди послушно сидела в своих покоях, ждала Лесли.

А сын не пришел.

Леди нервничала, металась, кидалась вещами, но все было бесполезно. Про нее просто забыли. Принесли поесть, и все. Ни известий, ничего… О случившемся ночью она узнала лишь к обеду. Ирэна с ней разговаривать не собиралась, поэтому миссию доверили Кейт. Лесли и сам переживает, его бы кто утешил, а той, на волне состоявшегося счастливого брака (если он консумирован, то расторгнуть его становится гораздо сложнее, а там и дети пойдут), все безразлично.

Сестра?

А была ли сестра?

Тиана всю жизнь считала Кейт убогой подражалой, стоит ли удивляться, что сестра не проявила особого горя? Да и не умела Кейт лицемерить, все время прокалывалась то на словах, то на интонации…

Кейт постучала в двери, когда леди Дженет уж вовсе изнервничалась.

— Ты?

— Да, мам. Можно войти?

— Входи, — разрешила леди Дженет, проплыла по комнате и уселась в кресло. Королева в изгнании, что тут скажешь? Картину портили разнесенная комната и растрепанность самой леди. Нелегко ей далась эта ночь.

Кейт смотрела на мать, но как тут скажешь? Как начнешь? И она рубанула сплеча.

— Мам… Тиана умерла.

— Что?! Как?!

Леди Дженет даже не поверила сначала.

— Она упала с башни. Они с Сэндером хотели убить Джин…

Кейт пересказывала матери, что произошло ночью. Леди Дженет слушала, но внутренне… нет, это наверняка происходило не так! Наверняка бедную Тиану убила гадюка Ирэна, когда Тиа шла к матери, чтобы помочь ей с побегом. А разве нет?

Разве дети не должны заботиться о своих родителях?

Дженет Фрумс как-то легко забыла, что, выйдя замуж, свалила с плеч все заботы о семье и даже не появлялась в своем старом доме. Вот еще!

Главное, что ее дети обязаны о ней заботиться.

А потому Кейт пригвоздили тяжелым взглядом.

— Я хочу видеть свою дочь.

— У стражи приказ, тебя туда проводят.

— Как я вижу, ты особенно не горюешь?

Раньше Кейт застеснялась бы, замямлила, но сейчас…

— Ты тоже, мамочка. Ты — тоже.

И была полностью права. В другой ситуации леди Дженет страдала бы долго, со вкусом, но сейчас? Когда на кону ее собственная жизнь?

Не дождетесь!

Леди Дженет смерила Кейт ледяным взглядом.

— Выйди вон, предательница.

Кейт пожала плечами и вышла, даже не подумав вспыхнуть или начать оправдываться. Ночь, проведенная в качестве леди Лоусон, сотворила с ней чудо — впервые в жизни Кейт ощутила себя свободной. И возвращаться в ярмо не собиралась.

Леди Дженет некоторое время подумала, а потом вышла к страже.

Черное платье, волосы тщательно — насколько это можно сделать без служанки — уложены в прическу, молитвенник в руках, дорогой, фамильный — его Ирэна потребовать не догадалась, впрочем, ей никогда не было дела до молитв. Даже когда Дженни стала леди Кон’Ронг, Ирэна спокойно отдала ей фамильную реликвию, и Дженни с гордостью носила молитвенник в храм, напоказ, чтобы все видели и завидовали.

Осознать своим умишком, что леди Ирэна просто не считала молитвенник реликвией — книжка, и только, Дженет не могла. В семье Фрумс самым ценным считались как раз предметы, имеющие отношение к религии.

Не к вере, нет, верующими их назвать было нельзя. А вот религиозными фанатиками и ханжами — спокойно, только кому надо было объяснять Фрумсам их заблуждения? Отродясь в селах таких юродивыми считали и подальше держались, чтобы породу не портить.