Замок Кон Ронг - Галина Гончарова

— Нет.

— Нет?

— Забыть я не смогла. Никогда не смогла бы, но муж… оцени иронию, Джин. После случившегося с Эдвардом он ударился в религию.

Джинджер фыркнула.

— Нарочно не придумаешь.

— Это не мешало ему вести дела, но с годами стало прогрессировать. Впрочем, там уже и я вошла в курс всего, и Эдвард начал принимать бразды правления… я любила Аллена. Очень любила. Но постепенно любовь ушла, и на ее место пришло желание отомстить. Думаю, оно никуда и не уходило.

— Просто спало.

— Ты понимаешь… это хорошо. Джин… я хочу попросить тебя о… милости.

Слова давались с трудом, будто перехватило горло. Джин смотрела с удивлением.

— О чем?

— Мой сын… Эдвард полюбил тебя. Пожалуйста… я понимаю, что вы не сможете быть вместе, но хотя бы не обижай его. Прошу тебя…

И Джинджер с ужасом увидела слезы, бегущие по щекам пожилой женщины.

Несколько секунд она молчала, а потом…

— Леди Ирэна… а если я тоже его люблю?

Леди подняла голову.

— И? Что ты хочешь мне сказать?

— Если Эдвард захочет… я останусь с ним.

— И будешь смотреть ему в глаза? В кровать с ним ложиться? Детей ему рожать?

Джинджер смутилась. Так далеко она не заходила.

— А он…

— Вполне здоровый молодой мужчина, просто… чешуйчатый на ощупь. Но поверь, женщины у него были.

— И не кричали от ужаса? — Джин стало откровенно интересно.

Леди Ирэна вздохнула.

— Ладно. Раз уж пошел такой откровенный разговор… что есть продажные женщины, ты знаешь.

— Да.

— А после дозы курительной дури — все равно, кто с тобой. Так и так на следующий день ничего не помнишь.

Джинджер кивнула. И ответила откровенностью на откровенность.

— Я не знаю… честно, не знаю. Но уверена, что если просто уеду, даже не попробовав, то жалеть об этом буду всю оставшуюся жизнь.

Леди Ирэна поглядела в глаза девушке. Долго, серьезно…

Потом приняла какое-то решение, кивнула и поднялась со стула.

— Поговорите. А потом решишь, что тебе нужно.

* * *

Эдвард выглядел виноватым. Сел рядом на кровать, коснулся руки Джинджер.

Сегодня он был без перчаток, но его руки не казались Джинджер страшными. Тонкие пальцы, изящной лепки кисть, только и всего, что руки покрыты мелкой серой чешуей, вовсе не холодной и не скользкой, а очень даже живой, шершавой и тепленькой.

Джинджер перевернула его руку, рассматривая ладонь.

— А здесь чешуя мельче.

— Да.

— Это ты спас Аликс тогда, на башне?

— Я, конечно. Спустил ее вниз… она дико испугалась, но я был не страшнее ее супруга. И не ругайся на подругу, она мне слово дала.

— Аликс знала. Леди Ирэна знала… ты следовал за нами, наблюдал, выжидал — и молчал.

Эдвард опустил глаза. Виноват, что тут скажешь? Но тогда его занимала лишь месть, полюбил он потом, потом…

А теперь месть разрушит его жизнь окончательно. Разве Джинджер простит?

Никогда.

— Джин… я не должен был…

— Спасать меня? Вот спасибо, — обиделась Джинджер. — И вообще, может, капюшон снимешь?

Сомнение было видно даже через ткань. Но потом…

При свете дня Эдвард вовсе не был страшным. Непривычным, необычным, но не страшным, нет. Или это Джинджер так казалось?

— Я не хотел, чтобы ты это видела.

— Ага. Ты просто хотел, чтобы я в тебя влюбилась и уехала с разбитым сердцем, — припечатала Джин тоном жены с сорокалетним стажем.

— Влюбилась?

— Я тебе так скажу, ты не дракон, — Джин дула губы, старательно глядя в сторону окна.

— А… кто?

— Поросенок.

Эдвард оказался сообразительным и дожидаться дальнейших сравнений не стал. Неважно, как его обозвали, главное, что в голосе любимой девушки не было ни упрека, ни страха, ни обиды. А остальное… надо выяснить.

— Джин… а если бы я тебе предложил остаться?

— В роли свинопаса?

— В роли леди Кон’Ронг.

Джинджер сморщила нос.

— Леди Кон’Ронг? Ну… как-то это не то. Вот если бы просто твоей жены — дело другое…

Женщина не должна делать мужчине таких признаний и предложений?

Да, наверное. Но если иначе с ним каши не сварить?

Приходится нам, хрупким и слабым, брать дело в свои руки, дракона за хвост… и кто не улетел, тот попался.

Когда леди Нэйра заглянула в комнату, испугавшись тишины, молодые люди целовались. И не мешали им ни чешуя, ни сотрясение мозга…

Разве такие мелочи могут встать на пути истинной любви?

Никак не могут.

Леди вытерла слезинку и плотно закрыла дверь.

Ветры земные, неужели ее мальчик обретет свое счастье?

Пусть так и будет! Она жизнь бы за это отдала, лишь бы срослось…

Так что, когда леди Ирэне доложили, что леди Дженет сбежала, она и ухом не повела. Сбежала?

Пес с ней, поймаем. Лишь бы дети договорились…

* * *

Леди Дженет остановилась перед дверью дома. Постучала.

Потом сильнее.

Ломиться пришлось долго, но наконец хозяин вылез на свет божий и окинул ее ленивым взглядом.

— Что случилось, Дженька?

Родня…

Ах, это такое сложное понятие…

С одной стороны, леди Дженет стала леди, и ей совсем не по рангу ручкаться с простолюдинами. С другой же — на наследство она не претендовала, а деньжат иногда подкидывала. Опять же, и обижать Фрумсов лишний раз не обижали, понимали, что могут сестре нажаловаться…

Так что…

Так на так и выходило.

Сейчас Дженет смотрела в глаза своему старшему брату.

— Помощь нужна.

— Какая?

— Есть выгодное для тебя дельце…

Про выгодные дела Джон Фрумс готов был слушать с утра до вечера. Мелкий контрабандист средней удачливости, он постоянно пытался разбогатеть, но получалось плоховато. А тут…

— Тысяча золотом сразу, еще пять потом.

За такие деньги?

Да он бы и мать родную свиньям скормил, не то что пару человек убить! Это-то уж и вовсе мелочи!

— Надо народ собрать.