Жар сумрачной стали - Глен Кук

Папаша Вейдер перевернул письмецо, которое вручил ему Нагит, будто проверяя, не приписал ли Маренго что-нибудь на обороте. Он увидел там то же, что и я, – печать Норт-Энглиша.

– Мы согласимся, Манвил. – Он снова перевернул листок. Письмо Маренго сделало свое дело, однако оно изрядно озадачило старину Макса. Но в своем друге Маренго он не сомневался. – Вели прибрать в зале. Друзья этого юного офицера тебе помогут. – Вежливое указание Нагиту и Гилби, что они могут идти.

– Гаррет, план сработает?

– Не знаю. По-всякому повернуться может.

– Да уж, обнадежил. С другой стороны, мы бы избежали многих бед, когда бы вовремя тебя послушали. Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Но кто мог представить, что такое произойдет? – Последний вопрос Макс задал самому себе.

– Норт-Энглиш пришлет людей, которым он доверяет. Ты, я знаю, ему веришь. Но я бы пригласил своих друзей – на всяких случай.

– Гаррет, этот человек – мой друг, но ты волен думать о нем что угодно.

– Спасибо. Мы договорились, да? Еще я приглашу ребят из Стражи, по рекомендации Блока. Каждый будет следить за каждым. Вечеринка выйдет на славу.

Макс улыбнулся, не разжимая губ.

– Ты не был на похоронах.

– А что, уже похоронили? – Ну конечно. На дворе лето, как-никак.

– Да, сегодня рано утром.

– Извини. Меня никто не известил. Я бы пришел.

– Не переживай. Ты был занят делом. Богоугодным делом.

Макс не то чтобы религиозен, но принадлежит к числу приверженцев одного из старинных культов. Слыхали небось – адское пламя, котлы с серой, око за око, зуб за зуб? Из-за болезни Ханны он постепенно утратил интерес к пивоварению, несмотря на то, что выпускал лучшее пиво в мире. Нет, последнее слово по-прежнему оставалось за ним, но управление пивоварней он передоверил Таю и прочим. Боюсь, как бы смерть Ханны не вынудила его окончательно отрешиться от всего мирского; чего доброго, решит за ней последовать…

– Я хочу отомстить.

– К завтрашнему дню успеете подготовиться?

– Да. – Правда, устану, как собака, свалюсь бревном в углу, и никто меня не поднимет.

– Хорошо. Тогда вперед.

Вот и меня отпустили.

Когда я открывал дверь, Макс прибавил:

– Сними мундир, Гаррет. В нем ты нарываешься, тем более, если один бегать будешь.

Макс оказался прав.

Толпу вестовых с нарукавными повязками не заметить было невозможно. Новость распространилась со скоростью слухов. Окрестные улицы замерли в напряженном ожидании. Кое у кого нервишки начинали шалить.

Мне предстояло все делать самому. Я не мог поручить своих дел ни ребятам Нагита, ни парням с пивоварни.

Пришлось снова взобраться на скакуна и скакать, скакать.

Для начала я заглянул в «Пальмы». Морли не стал отнекиваться; он также сказал, что Сардж, Пудель и еще несколько человек наверняка не будут против сходить на вечеринку. Я оставил записку для Белинды; Дотс клятвенно пообещал передать. Потом я заскочил к Плеймету. Тот был дома и согласился помочь, вдобавок он сообщил мне, где именно я найду Плоскомордого. В «Райских вратах» я перекинулся словечком с Трейлом и Стори, с мисс Трим и, как ни прискорбно, с Медфордом Шейлом. Поскольку при мне не было ни пива, ни сладостей, старикан встретил меня более чем холодно.

А потом еще удивляется, почему его никто не навещает!

Предсказатель погоды из Гаррета вполне пристойный. К Тарпу я поехал после обеда, и к тому времени над городом шел дождь, местами переходивший в проливной.

Попка-Дурак ни разу не проронил ни звука. Похоже, он пытался меня переупрямить. Ну-ну. Он что, думает, я скучаю по прежнему охальнику и горлодеру? Нисколечко.

– Плеймет с нами. Морли с нами, – сказал я Тарпу, который жаждал услышать имена. – Даже Покойник с нами, осталось только его найти. Ты мне нужен, понимаешь? Без тебя ничего не получится. – Ну, преувеличил, ничего страшного, зато польстил и человеку приятное сделал.

Когда Плоскомордый наконец кивнул, я доходчиво объяснил, что от него потребуется.

Он покачал головой.

– Лихо загнул, Гаррет. Ишь, навалил…

– У тебя другие планы? – В прошлом он никогда не отказывался от моих предложений.

– Да нет. Просто Торнада собиралась…

– Держись от нее подальше, приятель. Она тебя до добра не доведет, попомни мое слово.

– Сам знаю. Ну… Ладно, по рукам! И не пудри мне мозги, Гаррет. Терпеть не могу, когда мне долги мои поминают.

Я хихикнул, постаравшись, чтобы мой смешок напоминал зловещий смех капитана Блока.

Кстати, Блок – следующий в моем списке. Закончив уламывать Плоскомордого… извините, наставлять мистера Тарпа, я выскочил на улицу. На меня обрушились потоки ледяной воды. Раз я обзавелся конем, надо бы и плащ с капюшоном поиметь.

– Это что, лошадь? – изумился Плоскомордый, который вышел меня проводить. – Ты ездишь на лошади? – Ему хватило такта не назвать животину клячей. – Я все понял, Гаррет. Дело и вправду, видать, важное. – С этими словами он нахлобучил на голову шляпу.

Сколько раз я ему твердил, что им с Торнадой не достанет ума даже от дождя спрятаться? И не сосчитать. Что ж, выходит, не впустую воздух сотрясал, коли Тарп шляпу надевает, выбегая под ливень.

Пулар Синдж перехватила меня у ворот Аль-Хара, когда я покидал тюрьму, заручившись согласием Блока и обещанием Релвея. Капитан был в приподнятом настроении. Попытка освободить Джерриса Дженорда завершилась полным провалом, причем никто из стражников не пострадал. Один из нападавших погиб, двое составили Дженорду компанию в камере. Еще двоим удалось улизнуть; их, кстати, интересовал не старый приятель Дженорд, а некто Садлер и Краск.

Какая неожиданность!

Синдж выглядела как… мокрая крыса. Я мысленно пнул себя за это сравнение, но уж очень было похоже. Мокрая крыса в насквозь промокшей рубашке.

– Я надеялся, что твои сородичи меня заметят. Где ты взяла рубашку? – Прежде эта рубашка была моей. А до того, как попасть ко мне, принадлежала Тэду Вейдеру.

– Ты ее сам выкинул. А вещь хорошая. Негоже бросаться.

Рубашка ей не шла. Крысюки все-таки не совсем люди, фигуры у них другие.

– А если б оборотни на тебя напали?

Синдж попыталась улыбнуться. Очередная попытка воспроизвести человеческие манеры.

– У них сплошные разочарования.

Насколько я понимаю, крысюки распределили мои вещи между собой. И плевать они хотели на всякие заклинания.

– Рад слышать. А как насчет экипировки?

– Эки… Что? – Эх, Гаррет, как не стыдно изводить бедную девчушку умными словами! Быть может, она и гений, но только среди своего народа.