Ловец видений - Сергей Лукьяненко

– Я говорил – не надо сюда ходить! – с надрывом сказал Август-Роберт. – Я же просил! Мне не нравится Замок, я боюсь краба!

– Но Говард создал вас вместе, – сказал Григ. – Верно? Когда понял, что не готов достроить свои кошмары.

Август-Роберт едва заметно кивнул.

– Он не очень-то любил людей, – Григ посмотрел на Марию. – Он видел их изнутри, из Снов. И не без оснований полагал, что ради власти и бессмертия люди способны на любую гадость. Призывать монстров, приносить в жертву невинных, предавать друзей. Говард не мог создать другую Спираль Снов. Когда понял, к чему ведут его фантазии – ушел. Может быть, в Просторы? Или в те Сны, что лежат еще глубже? Но возможность подчинить Страну Сновидений он оставил. Спираль Снов, Черный Замок, краб, Август-Роберт Кларк. Собери все воедино, используй правильно, приведи жертву – и Спираль покорится.

– А если ты не прав? – спросила Мария. – Что, если мы попробуем принести в жертву маленького негодника?

Она посмотрела на Августа-Роберта.

– Ну попробуй, – зло сказал симулякр. – Мне, конечно, будет больно, но и только.

Мария задумчиво кивнула. Посмотрела на Грига.

– Слушай, ситуация складывается очень неприятная.

– Верно, – сказал Григ.

– Боюсь, мое предложение о союзе снимается с повестки дня.

Григ вздохнул.

– То есть все настолько серьезно? Ты так жаждешь власти над Снами? Ты готова пытать Сноходца?

– Это же Сны, – сказала Мария. – Кто уверен в своей силе и правоте – тот и побеждает. К тому же ты славишься умением убегать, значит, у тебя есть шанс.

– В этом я мастак, – признал Григ.

– И я ведь не сама стану тебя пытать, – продолжила Мария, будто убеждая себя в чем-то. – Как я понимаю, эти твари, – она кивнула на краба и Августа-Роберта, – работают вместе. Кто более мотивирован, тому и подчинятся.

– Понимаешь, в чем проблема, – вздохнул Григ. – В твоей упертости я не сомневаюсь. И, раз уж ты победила Клифа, который с Повелителем Войны на равных сражался, то я на себя в бою не поставлю. Но ничего не выйдет.

– Надеешься на свою таксу с ее чудовищным самомнением? – нахмурилась Мария. – Я никогда не боялась собак.

– Нет-нет, – Григ покачал головой.

– Тогда что? Думаешь, мальчик будет на твоей стороне? Он симулякр, Григ! У него есть ограничения, так уж он создан.

Григ посмотрел на виновато потупившегося Августа-Роберта и кивнул.

– Все верно. Он и так старался, бедолага. Отговаривал ходить к замку. Честно пытался помочь разрушить Спираль…

– Хочешь сказать, что не боишься боли? – заинтересовалась Мария. – Не думаю, что жертва обязательно должна страдать.

– Нет, дело в другом. Вы, конечно, можете меня привязать к этому мрачному жертвеннику и уныло разрезать на кусочки. Или весело, с песнями и плясками… Уж не знаю, что я должен буду символизировать и что со мной сотворит краб… я бы только попросил оставить на месте интимные части тела и придать лицу выражение снисходительной иронии.

– Что ты несешь? – нахмурилась Мария.

– Но это не сделает тебя хозяйкой Снов.

– Почему?

– Во-первых, потому что ты не учла еще одного игрока, – сказал Григ. – Того, кто все это время вел свою игру.

Он поднял вверх палец, призывая вслушаться. С некоторым сомнением, потому что Сны могли как поддержать этот драматический момент, так и обратить его в фарс.

Но Сны поддержали.

В коридоре забухали тяжелые шаги.

Креч наклонил голову, входя в слишком низкую для него дверь. С любопытством осмотрелся.

– Но важнее второе, – сказал Григ, с любопытством глядя на тролля. Все тело того было изъедено рытвинами и пятнами, будто по нему долго и упорно стреляли, колотили тяжелыми предметами – тупыми и острыми, местами жгли огнем и поливали кислотой. – Вторая причина в том, что я вообще не гожусь на эту роль.

Мария переводила взгляд с Креча на Грига и обратно. Она еще не понимала.

– Полагаю, Григ хочет сказать, что он – тварь, – пророкотал Креч.

Краб щелкнул единственной уцелевшей клешней и отступил к стене.

– Какая же я дура… – произнесла Мария и покачала головой.

– Насчет «дуры» ты сама решай, но себя я бы предпочел звать «симулякр», – сказал Григ. – Креч… это ты меня создал?

Тролль медленно покачал головой.

– Нет. Я такого не умею. Гидрант – моя вершина. Я никогда бы не заподозрил тебя. Ты даже умеешь полноценно снить предметы. Ты ведешь себя как живой.

– Это потому, что я и сам считал себя живым, – признался Григ. – Мне даже казалось, что я помню реальный мир… Но ты ведь в какой-то момент понял?

Креч кивнул:

– Ты слишком всерьез воспринимаешь симулякров. Начиная от Августа-Роберта и кончая своими псами. Ни один нормальный Сноходец так себя не ведет. Мы все понимаем разницу.

Григ развел руками.

– Да… но я просто считал себя очень добрым человеком.

Креч вздохнул. Неуклюже сел на пол. Сказал:

– Знаете, в чем беда? Тяжело мне на это решиться.

– Я не отдам тебе власть над Спиралью! – сказала Мария.

– Да я тебя даже не спрошу, – вздохнул Креч. – Поверь, из всех здесь собравшихся самый уверенный в себе именно я.

Такса протестующе тявкнула.

– Извини, я забыл уточнить: из числа людей, – поправился Креч. Снова вздохнул: – Я ведь даже не был уверен, что хочу подчинить себе Артефакт. Жил себе на Окраине, планировал стать уважаемым Снотворцем… Но я предполагал, что рано или поздно кто-то из нашего мира обратит внимание на Страну Снов. Ведь мы, люди, такие существа – если что-то можно покорить, то это надо покорить. Антарктиду, Луну… Так что тебя надо остановить. Я, так уж получилось, слышал ваш разговор, Мария, это ведь Страна Сновидений. Я понимаю твои чувства и цели. Но у людей и без того хватает хозяев, пусть хоть Сны останутся свободными. Даже если для этого мне придется принять на себя тяжкий груз…

– Я не позволю, – сказала Мария, и в ее голосе прорезалась легкая, почти незаметная неуверенность.

– Да что ты «не позволишь» … – отмахнулся Креч. – Но придется доставить тебе боль, а это противно. С другой стороны, ты вот мальчишку хотела запытать и моего приятеля… – Он глянул на Грига и добавил: – С тобой я не ссорюсь, Григ. Ты хороший мужик, пусть и симулякр. У меня к симулякрам комплексов нет, я к вам почти как к людям отношусь. Без обид…

Он продолжал говорить, все так же неторопливо, размеренно, и Григ будто чувствовал, как каждое слово тролля пробивает крошечную брешь в самомнении Марии.

Григ обогнул краба (тот стоял, покачивая уцелевшим глазом, впрочем, из хитина уже пробивался стебелек со вторым), подошел к Августу-Роберту, взял его за руку. Спросил тихонько: