Мертвый принц - Грегори Киз

– Хватит, – со вздохом сказал он. – Я становлюсь слишком стар для подобных развлечений.

– Еще немного! – взмолился Казио. – А если удар придет снизу, но…

– Нет-нет, все завтра. – З'Акатто тяжело опустился на камень и принялся вытирать со лба пот.

– А когда ты сражался с рыцарями, з'Акатто? – спросил Казио.

З'Акатто что-то пробормотал и уставился в огонь.

– Осперо назвал тебя эмратуром. Что он имел в виду?

– Это было очень давно, – проворчал старик. – Я не хочу без надобности вспоминать те времена.

– Ты никогда не рассказывал мне, что был командиром.

З'Акатто покачал головой.

– Я сказал, что не хочу об этом говорить, или нет?

– Сказал.

– Ну вот.

З'Акатто встал, улегся на свое одеяло, а через несколько минут закрыл глаза. Казио долго сидел и смотрел на него. Девушки уже давно уснули. Получалось, что ему придется стоять на страже.

Следующий день выдался холодным и ясным. Они продолжали идти по полям и примерно через час увидели вдалеке замок на холме. Казио даже разглядел белые стены и желтые крыши маленького городка, расположенного на склонах.

Наконец они подошли к развилке. Одна дорога вела в сторону замка, другая шла прямо.

– Мы пойдем прямо, – сказал Казио.

– Что-то ты сегодня чересчур веселый, – заметила Остра. Они шли впереди остальных и вели в поводу ослика. Энни немного отстала и, казалось, о чем-то задумалась. З'Акатто хромал вслед за ней.

– Наверное, – ответил Казио. – А почему бы и нет? Я путешествую в обществе красивой каснары, светит солнце, и нам удалось избежать опасности, по крайней мере на время. А самое главное, мы не на корабле.

– Да уж, – подхватила Остра.

– И все это, – добавил Казио, широким жестом указывая вокруг, – все-таки разнообразие. Совсем не как в Вителлио. А Кротения похожа на здешние места?

Остра покачала головой.

– Эти места мало отличаются от Вителлио. В Кротении гораздо более влажно. Там больше деревьев, а поля зеленее даже в это время года. А еще там холоднее.

– Что ж, я жду не дождусь, когда попаду туда. Ты, наверное, тоже. Соскучилась по дому?

Остра пожала плечами.

– Я не знаю, каким стал мой дом, – ответила она. – Все изменилось. Не уверена, что там найдется для меня место.

– В каком смысле?

– В том смысле, что я не знаю, захочет ли Энни, чтобы я снова была ее служанкой.

– Служанкой?

– Разве ты не знал? – удивленно спросила Остра.

– Не знал. Я думал, вы сестры или подруги.

– Ну, мы были подругами…

Казио оглянулся на Энни и заговорил тише:

– Я заметил, что у вас испортились отношения.

– Мы поссорились на корабле, – призналась Остра. – Я сказала то, чего говорить не следовало.

– Ты знаешь ее дольше, чем я, – сказал Казио. – Но я уже понял, что ладить с ней совсем не просто.

– Раньше мне было просто, – проговорила Остра.

– Но что-то изменилось.

– Да. Она изменилась. С ней что-то случилось, и она не говорит что.

Казио потянул за собой осла, который заинтересовался чем-то на обочине дороги.

– Ну, ты мне говорила, что ее отец и сестры убиты и кто-то охотится за ней. Наверное, дело в этом.

– Конечно. Но не только.

– Я уверен, вы скоро помиритесь, – попытался успокоить ее Казио. – По крайней мере, я на это надеюсь. Терпеть не могу грустные лица.

Некоторое время они продолжали идти молча.

– Я рад, что ты с нами, Казио, – сказала Остра. – У меня никогда не было друзей, кроме Энни.

– Надеюсь, ты и меня считаешь своим другом, – ответил он.

– Мне кажется, что ты мне друг, – проговорила Остра. – Но не как Энни.

– Нет? А какой же я тогда друг?

– О таком я даже мечтать не осмеливалась, – сказала она.

Почему-то испытывая неожиданное чувство вины, Казио взял ее за руку.

Малконио был прав. Его всегда интересовала Энни, но он и сам не смог бы сказать почему, и это безумно его раздражало. Она продолжала считать, что любит какого-то типа по имени Родерик. Казио думал, что, начав ухаживать за Острой, привлечет к себе внимание Энни – многие женщины попадаются на эту удочку. Порой ему казалось, что он добился успеха, а иногда – что зря теряет время.

Но его отношения с Острой развивались слишком успешно, она, без сомнения, уже в него влюбилась.

Неожиданно Казио понял, что начинает относиться к ней все лучше и лучше. Она была добра и умна и по-своему не менее красива, чем Энни. И, что странно, всякий раз, когда он на нее смотрел, она казалась ему еще привлекательнее. Таких, как Остра, хочется прижать к груди, успокоить и сказать, что все будет хорошо.

Но он по-прежнему желал Энни.

После полудня они выбрались на Великий вителлианский путь – настоящую дорогу, достаточно широкую для повозок и экипажей. Один промчался мимо, и Энни с тоской проводила его взглядом. Они с Острой приехали в Вителлио в подобном, с удобствами, к которым она привыкла с детства.

А теперь она возвращается домой с ослом в поводу.

В одном оба путешествия были схожи: тогда Остра тоже почти не разговаривала с ней. Сердилась за то, что она попыталась убежать. Они помирились, когда Энни дала подруге обещание не повторять своих попыток. Теперь им вряд ли удастся так легко решить свой спор.

В любом случае, у Остры есть Казио. Они держатся за руки целый день.

Ночь они провели в сарае на окраине Пакре. Хозяин сарая немного говорил на королевском языке и сообщил им, что они скоро войдут в Хорнлад. Сердце в груди Энни забилось быстрее, она спросила, где находится Данмрог. Хозяин ответил, что на востоке, но точной дороги не знал.

Всю ночь Энни не спала, мучаясь виной из-за того, что почти перестала думать о Родерике. Она знала, что любит его, но за последнее время слишком много чего произошло.

Впрочем, в глубине души она понимала, что дело не только в этом. Казио удалось заронить в ее душу зерна сомнения насчет Родерика, и, хотя Энни была уверена, что он ошибается, она не могла выбросить из головы неприятные мысли. Ей было необходимо снова его увидеть. Где он – в Эслене или вернулся домой в Данмрог?

Возможно, когда они доберутся до Палдха, ей удастся найти кого-нибудь, кто доставит Родерику сообщение о том, что она возвращается домой.