Начало - Алексей Калугин

Камохин до упора вдавил педаль тормоза в пол.

– Бамалама!

Качнувшись, Брейгель ударился плечом о перегородку и едва успел поймать чуть не слетевший со столика горшок с ухой.

– Эй! Что случилось?

– Пока ничего, – тихо и очень спокойно ответил Камохин. – Пока – ничего, – голос его звучал почти неестественно. – Но сейчас…

Громыхнул выстрел. Пуля щелканула по бронированному стеклу кабины водителя.

– Я так и знал, – удовлетворенно кивнул Камохин и нажал на педаль газа.

Брейгель поставил горшочек с ухой на столике и перебрался на переднее сиденье.

– Что ты знал?

Орсон и Осипов последовали за фламандцем и устроились на задних сиденьях.

– Это был Павел, – кивнул назад Камохин.

Вдогонку грянул еще один выстрел. Но пуля в машину уже не попала.

– Слышал? – быстро взглянул на Брейгеля Камохин. – Его ружье! У него характерный присвист на излете!

– Точно, – кивнул Брейгель. – Так чего же он нам врал? Плел что-то о чужих, бродящих по лесу?

– Никого в этом лесу нет, – усмехнулся Камохин. – И быть не может! Здесь только местные.

Впереди на обочине дороги появился синий указатель: «Косогорье».

– Постойте! – возмущенно воскликнул Орсон. – Но это уже было!

– Было, – кивнул Камохин. – Помните, что сказал «серый»?

– Двенадцать ходов назад…

– Вот именно! Нас вернули назад. К тому моменту, когда мы только приехали сюда.

– Но зачем?

– Не знаю, – дернул плечом Камохин. – Наверное, мы что-то сделали не так.

– И теперь должны исправлять ошибки?

– Мы должны пройти весь кон заново. Переиграть его.

– Но теперь у нас преимущество – мы знаем, что должно произойти.

– А ты уверен, что все повторится, как в прошлый раз?

– Ну, Павел уже обстрелял нашу машину. Теперь он должен заявиться с ружьем в библиотеку.

– А что, если на этот раз мы остановимся не в библиотеке, а, скажем, в гостевом дом?

– Зачем? Пусть все идет, как шло.

– Да и анализы нам теперь делать не надо, – добавил Орсон. – Я помню все основные результаты. Местные жители страдают тяжелой формой синдрома хронической усталости.

– И по ночам им мерещатся зомби, бродящие возле их домов.

– А как же вытоптанные грядки на огороде у гражданки Милюковой?

– «Серые». Они приходили за пакалем, что стоит у нее рядом с иконой.

– А почему не забрали?

– Спроси об этом у них.

– Это все часть игры.

– Может быть.

Дворники бегали по лобовым стеклам, стирая падающие на них капли дождя.

– Вчера, когда мы приехали, тоже шел дождь?

– Это было не вчера, а сегодня.

– Да. Только то сегодня было для нас вчера.

– Так дождь был или нет?

– Был… Но, кажется, не такой сильный.

– Значит день повторяется не в точности?

– Конечно, нет. Игорь остановил машину перед выстрелом. А вчера… В смысле, в первый раз, мы ехали без остановки.

– То есть мы создаем новую реальность?

– Это имеет какое-то значение?

Машина притормозила возле библиотеки, съехала по дощатому настилу и остановилась возле крыльца.

– Вылезайте, приехали. Да, и оружие с бронежилетами сразу прихватите.

– Ты собираешься объявить местным войну?

– Я собираюсь навести в этой деревне хоть какой-то порядок. Иначе, боюсь, «серый» снова отправит нас назад.

– Постойте, а как же местные жители? Они что, тоже вернулись на день назад?

– Полагаю, что нет. Мы вернулись на день назад, а они остались там же, где были.

– А если…

– Если сомневаешься, спроси у Павла, знакомо ли ему твое лицо. Уверен, он ответит, что впервые тебя видит.

Камохин натянул на голову синюю бейсболку, кинул на плечо бронежилет, взял в руку автомат и вышел из машины.

– Ключ! – Брейгель протянул ему магнитный ключ от дверного замка.

– Точно, я и забыл, – смущенно улыбнулся Камохин. – Вернее, был уверен, что он у меня уже есть.

– Вообще-то, в соответствии с законами современной физики путешествие назад во времени считается невозможным, – заметил Осипов.

– А вперед? – поинтересовался Брейгель.

– Мы все время движемся вперед во времени.

– А если побыстрее?

– Теоретически – возможно.

– А в чем разница?

– В том, что в прошлом ты можешь встретить себя самого. Это называется хроноклазм.

– В будущем я не могу себя встретить?

– Будущее – это будущее. Его еще нет. А прошлое нельзя менять.

– А мы сейчас что делаем?

Осипов задумался, прикусил губу и честно признался:

– Не знаю.

Брейгель вышел из машины. Поправил козырек кепки. В дождь бейсболка была самым удобным головным убором – вода глаза не заливала.

– Старик Твоя Воля на месте, – сообщил Камохин. – И все те же свежие следы на крыльце магазина, в котором ничего нет.

– Значит, старик ходил в магазин.

– Верно. А зачем?

– Пойдем и посмотрим.

– Сначала Павла дождемся. Не хочу, чтобы он выстрелил нам в спину.

– А мне вообще не охота сегодня стрельбу устраивать.

– Ну, вот и отлично. Давай все сделаем по-тихому, без шума. Сначала – Павел, потом – пакаль в доме тетки Александры, а уж затем – дед Твоя Воля и магазин.

– Решил старика напоследок оставить?

– А куда он денется?

Квестеры вошли в разгромленную братьями-конспирологами библиотеку.

– Про бронежилеты не забудьте, товарищи ученые, – напомнил Камохин.

Брейгель занял место у окна, выходящего на дорогу.

– Меня смущает один вопрос, – застегнув бронежилет, задумчиво произнес Орсон. – Какой во всем этом смысл?

– В чем именно? – уточнил Осипов.

– В том, что «серые» называют Игрой.

– А какой вообще смысл в игре? В любой игре?

– Все зависит от самой игры. Как правило, при помощи игры человек развивает те или иные навыки. В спортивных играх – это мышцы, в логических – разум.