Звери Гора - Джон Норман

— Ладно, поговорим о важных вещах. Умеешь ли ты шить и готовить?

— Конечно, господин!

— Сможешь ли хорошо пожарить мясо слина?

— Смогу! И еще, хотя ты, конечнр, выше этого, но под шкурами я творю настоящие чудеса! Ты даже не представляешь, чему я научилась, будучи рабыней…

— Учиться — это хорошо, — растерянно пробормотал краснокожий.

— Возьми меня, господин! — умоляющим голосом произнесла Неромикток.

— Я буду звать тебя Ауйарк.

— Меня зовут Ауйарк! — радостно воскликнула девушка.

— Надеюсь, ты принесешь лето в мой дом.

Ауйарк на языке народа означает «лето».

— Хорошо, — произнес Карджук. — Я возьму тебя, но запомни, что я беру тебя как рабыню и только как рабыню.

— Да, господин, — пролепетала она.

— Если что не так, — нахмурился Карджук, — выгоню на лед.

— Да, господин!

— Пошли, надо переложить сани!

— Позволь это сделать мне, господин! — с готовностью вызвалась девушка.

— А кто еще, по-твоему, должен этим заниматься?

Они покинули зал — Карджук первым, рабыня следом за ним.

— Имнак, — сказал я. — Ты все подстроил.

— Все может быть, — пожал плечами краснокожий. — Давай, однако, поторопимся, остались еще девочки.

* * *

Я посмотрел на Арлин. Она стояла на коленях в первом ряду. Всего было четыре ряда, в каждом девушек по пятьдесят. Большинство из них были рабынями в комплексе.

— Мы — твоя добыча, — сказала Арлин.

Девушки стояли на коленях в позе рабыни для наслаждения.

— Женщины всегда были трофеями мужчин, — добавила она. — Их наградой, добычей, вознаграждением.

— Тебе нравится быть трофеем?

— Это так возбуждает! — воскликнула рабыня.

— Сядь ровнее! — приказал я.

— Слушаюсь, господин.

— Почему в качестве трофеев выставлены Тимбл и Тистл? — спросил я Имнака.

— У меня есть Поалу, — пожал плечами краснокожий.

Белинда, девушка, которой я овладел на стальных плитах, стояла на коленях во втором ряду. Увидев меня, она вытянулась, но пересесть не решилась.

В четвертом ряду сидела очаровательная блондинка Констанс.

Принесли связку цепей с ошейниками и кандалами.

Я перебросил через плечо шесть цепей.

— Начнем, — сказал Имнак.

Я швырнул на пол две цепи.

Арлин и Одри тут же вскочили на ноги и бросились поднимать цепи.

— Я — рабыня, — произнесла Арлин. — Прошу твою цепь.

— Можешь взять, — разрешил я.

— Я — рабыня, — сказала Одри. — Прошу твою цепь.

— Можешь взять, — кивнул я.

Одри подняла цепь. В глазах ее блестели слезы. Низко склонив голову, девушка поцеловала металл. Я улыбнулся. Как я и думал, бывшая богачка первая поцелует свои цепи.

Арлин, это не понравилось. Она поднесла цепь к губам, облизнула ее, после чего нежно прикусила зубами и подержала во рту.

— Я целую цепь намного лучше, господин, — сказала Арлин.

Я застегнул на рабынях ошейники и заклепал кандалы. Надевая цепь на Арлин, я вдохнул ее запах. Она смотрела на меня безумными глазами.

— Позже, — произнес я. — Иди к саням, рабыня.

— Да, господин, — простонала она.

Вокруг происходило то же самое. Мужчины выбирали девушек по своему вкусу. Рэм, как я успел заметить, не выбрал никого. Он был рад, что ему досталась его Тина, госпожа Тина из Людиуса. Друсус заковал в цепи двух красавиц и отправил их к своим саням.

Я бросил на пол еще одну цепь.

Перед ней тут же опустилась на колени блондинка Барбара.

— Я — рабыня. Прошу твою цепь.

— Можешь взять, — сказал я.

Невольница прижала цепь к губам.

— В сани! — скомандовал я и швырнул на пол новую цепь.

Горианская красавица Констанс упала на колени и изящно склонила голову.

— Я — рабыня, я прошу твою цепь.

— Можешь взять, — кивнул я.

— Спасибо, господин, — поцеловала цепь Констанс.

— В сани!

Я бросил на пол пятую из шести цепей. Белинда, которой я овладел в коридоре, подлетела ко мне и грациозно опустилась на колени.

— Я — рабыня. Прошу твою цепь.

— Можешь взять.

Она схватила цепь, поцеловала ее, облизала и улыбнулась.

Я надел на нее ошейник и кандалы.

— Чья ты?

— Только твоя, господин! — радостно откликнулась девушка.

— Иди к саням.

— Бегу, господин!

— Надо поторопиться, — сказал Имнак. — Через два анна от этого места не останется и следа.

Я вышел из зала, в котором проходило награждение победителей, и взял заряженный арбалет.

— Ты куда? — встревожился Имнак.

— В бункер Зарендаргара, — ответил я.

— Зачем?

— Представь, что здесь будет после взрыва. Не хочу, чтобы он мучился.

Держа оружие наготове, я подошел к дверям бункера. Имнак держался сзади.

Дверь оставалась незапертой. Я толкнул ногой тяжелую створку, намереваясь с порога выстрелить в лежащую на залитом кровлю помосте фигуру.

В первую секунду я опешил. Потом стремительно ворвался в комнату. На помосте никого не было. Зарендаргар исчез.

— Я проверю комнаты и зал! — крикнул Имнак и помчался по коридору.

Я медленно приблизился к покрытому жесткими от засохшей крови шкурами помосту. Выходя из бункера, я оставил на нем бокал с пагой. Осколки бокала я увидел возле стальной стены. А на помосте стоял другой бокал, тоже наполненный пагой.

Я громко рассмеялся, поднял бокал, обвел им пустую комнату и залпом выпил.

Потом я швырнул бокал в стену. Осколки со звоном упали на пол, перемешавшись с теми, которые лежали там раньше.

Повернувшись, я вышел из бункера. Имнак пытался организовать поиск кюра.

— У нас нет времени, — сказал я.

— А как же зверь?

— У нас нет времени, — повторил я. — Надо уходить.

— Хорошо, — сказал охотник.

В сани уже запрягли снежных слинов.

Я последний раз посмотрел на бункер Зарендаргара, Безухого, генерала кюров. В открытые двери виднелся залитый кровью помост и стена, возле которой блестели осколки двух бокалов.