Песня Вуалей - Дарья Кузнецова

До часа «Ч» я промаялась в тревоге и бездействии, но зато позавтракала, выпила кофе и определилась с одеждой. Памятуя о воздействии императора на иллюзии, решила сразу надеть самое приличное, что у меня было, и не прибегать к магии вовсе. Жалко, косметикой я пользуюсь очень редко и потому не ношу с собой: она могла эффективно заменить маску магии.

Вернувшийся Дагор застал меня вполне готовой к предстоящим потрясениям и тревогам.

– Ты замечательно выглядишь, – поприветствовал меня мужчина легкой улыбкой. – Хотя я в очередной раз убеждаюсь, что Иллюзионисты – это что-то ужасное.

– В каком смысле? – растерялась я.

– Сейчас в твоей внешности нет никакой магии, а все равно ощущение, что я смотрю на совсем другого человека.

– Хочешь сказать, в остальное время я выгляжу плохо? – возмутилась я.

– Кхм, нет, я совсем не то… – озадачился и даже немного смутился Разрушитель.

– Да я поняла, – не удержалась я от смеха: уж очень неожиданное и потешное выражение лица у него было в этот момент.

– А-а, так это ты надо мной шутишь, – улыбнулся он в ответ, притягивая меня к себе для короткого поощрительного поцелуя. – Поймала, ничего не скажешь.

– А если серьезно, с этими масками все просто. Выражение лица, мимика – и ты уже другой человек, – вымученно улыбнулась я, слегка отстраняясь. – Мне кажется, тебе это должно быть понятно и близко. Ты ведь точно так же сознательно переключался с одного стиля поведения на другой.

– Пожалуй. С такого ракурса я на этот вопрос смотреть не пробовал, – задумчиво кивнул он. – Ладно, пойдем. Нехорошо опаздывать на встречу с императором.

И мы, взявшись за руки, пошли к выходу. Я настраивалась на грядущий разговор, а Дагор, должно быть, думал о своей работе. Или о масках. В общем, о чем-то важном и серьезном, потому что он хмурился и сосредоточенно глядел перед собой.

– Лейла, можно попросить тебя об одном довольно неожиданном одолжении? – Уже усаживаясь вместе со мной в экипаж, строго посмотрел на меня Разрушитель.

– Да, конечно, – озадаченно кивнула я.

– Если Пир будет тебя о чем-то спрашивать – про дело, про меня, про каких-нибудь людей, – не говори ему ничего. И не говори о своих обретенных воспоминаниях про мать и про Амар-ай-Шруса. Ты ведь ему об этом еще не рассказывала?

– Нет, – я качнула головой, растерянно хмурясь. – Ты подозреваешь, что он в чем-то замешан?

– Скажем так, я подозреваю, что он как минимум не говорит всего, что знает. И мне почему-то не хочется ему доверять. Вот такое странное желание. Может, я просто сделался параноиком на старости лет? – Он мрачно усмехнулся.

– Хорошо, не буду. В конце концов, все это – не мое дело, и ничего ты мне рассказывать не должен, и откуда мне знать, что ты там навыяснял и о чем думаешь, – обиженно проворчала я.

– Вот-вот. Так ему и говори, – не попался второй раз на ту же удочку Разрушитель. – Приехали, – констатировал Дагор, когда экипаж остановился. – Я за тобой приеду, смотри, не вляпайся куда-нибудь до тех пор, – хмыкнул он.

– Обязательно, – хихикнула я, торопливо поцеловала его и выскочила наружу. А то был шанс потерять решимость и вцепиться в следователя обеими руками, и пришлось бы ему выталкивать меня из служебного экипажа силой.

За парадным входом, к которому меня привез Разрушитель, обнаружилось просторное великолепное фойе в сине-серебряных тонах. К счастью, бродить в одиночестве по огромному мрачно-торжественному Полуночному не пришлось: при входе меня перехватил какой-то высокий мужчина строгой наружности, одетый во все белое. До сих пор он стоял в нескольких метрах от входа под ближайшей карликовой пальмой, которыми было декорировано помещение.

– Госпожа магистр Лейла Шаль-ай-Грас? – осведомился он хорошо поставленным голосом профессионального певца.

– Да, с кем имею…

– Это не имеет значения, – мягко перебил он, вышел из-под своей пальмы и подошел ко мне ближе. Его место тут же занял еще один молодой человек в такой же одежде; мне кажется, они даже на лицо были похожи, но я не приглядывалась. – Я просто обслуживающий персонал. Следуйте, пожалуйста, за мной, я провожу вас куда следует.

– Пойдемте, – медленно кивнула я, втягиваясь в избранный образ, и проследовала за «обслуживающим персоналом».

Полуночный от Полуденного отличался кардинально. Здесь не все было выполнено в темных тонах, но абсолютно все – в холодной гамме. Синий, белый, серебряный, черный и серый. Минимум украшений, все очень строго, симметрично, официально и торжественно.

Молчаливый мужчина, такой же холодный и торжественный, как и весь дворец, и оттого кажущийся чуть ли не иллюзией, привязанной к дворцу (почему бы, к слову, и нет?), проводил меня в какую-то круглую залу с круглым же столом посередине. Зала была бело-серебряная и настолько безжалостно-ледяная, что, казалось, здесь внезапно ударили суровые морозы. Я едва удержалась от того, чтобы зябко поежиться и обхватить себя руками за плечи.

– Здравствуйте, господа, – в тон обстановке холодно поздоровалась я. На нескольких стульях с высокими спинками сидели люди, чьи лица были мне хорошо знакомы. Они тоже проявили вежливость, поднялись и вразнобой поздоровались.

Пир тоже был здесь, но я уже не могла твердо сказать, что рада его видеть. Хотя, задумавшись на мгновение, все-таки подошла и села рядом с ним. Во-первых, не мне рассуждать, кто там в чем виноват, а кто – прав: лично мне Пирлан ничего плохого не сделал. А во-вторых, если он преступник, не стоит вызывать лишние подозрения.

– Привет, – еле слышно шепнул он, улыбнувшись. Я украдкой улыбнулась в ответ и подмигнула. Потом решила, что ничего предосудительного или секретного я с кровником обсуждать не планирую, поэтому не обязательно поддерживать настороженную тишину залы, и обратилась к Пиру с вопросом.

– Слушай, а ты не в курсе, зачем нас сюда всех пригласили? Я так испугалась, когда увидела приглашение.

– Сам не знаю. Говорят, Его Величество чуть ли не сам решил проверить всех Владык на профпригодность.

– А мы-то тут при чем? Главным образом я, – хмыкнула я.

– Понятия не имею. Видимо, так надо. Куда уж нам обсуждать императорские помыслы? – усмехнулся он в ответ. – Может, это из-за магистра Амар-ай-Шруса? – помрачнев, предположил Пир.

– А что с ним? – озадаченно шепнула я. Сама восхитилась, насколько достоверно получилось изобразить удивление.

– Ты не в курсе? – вскинул брови кровник. – Он… покончил с собой.

– Ничего себе! А почему? – продолжила недоумевать я.

– Не знаю, да вообще все в растерянности, – грустно вздохнул Пир.

На этом месте нам пришлось прерваться. Шумно распахнулась дверь, впуская еще одну поверхностно знакомую личность, Владыку Иллюзий Маарифа Идар-ай-Аля.

У этого с вежливостью оказалось не очень. Разрозненные неуверенные приветствия коллег он просто проигнорировал, зато на меня уставился с огромным интересом. Пару секунд помаячив на пороге, решительным шагом подошел и плюхнулся в соседнее пустое кресло.