Зачеловек - Юрий Никитин

Мрак прорычал:

— Не понимаю! Как могли допустить даже до такого? Ведьтам мощная группировка… а почему прощелкали хлебалом силы космическогобазирования?

— Все станет ясно потом, — сказал Олегумоляюще. — Где-то просчет, где-то дурость, а где-то и очень дальнийрасчет, стратегический ход с далеким прицелом на будущее. Пока что… ни во чтоне вмешивайся, хорошо? Не вмешивайся, Мрак! У тебя силы много, меня это пугает.Это значит, что ты можешь остановить прогресс, сам того не желая, а вместопоследней войны на планете вызовешь тысячи малых, которые будут длиться идлиться!

Самые известные горы — это Гималаи, Кавказский хребет,Уральские горы, Апеннины, Альпы, однако если собрать их все вместе, то неотыскать столько пещер, сколько находится в любом из горных регионов МалойАзии. Жителям России, Европы или Америки трудно себе представить, что впещерах, куда принято спускаться вооруженным до зубов специальным снаряжениемспелеолога, с особыми крюками, фонарями и сигналами экстренной помощи, можножить, просто жить целыми семьями, жить годами, не считая это подвигом.

Здесь горы давали приют именно пещерами, отсюда и пошли такназываемые пещерные люди, здесь они рождались, размножались и умирали, а каждоеследующее поколение немного расширяло, пробивало новые ходы, соединяло спещерами соседей — когда настоящими ходами, по которым можно проползти илипробраться на четвереньках, а когда и просто длинными дырами, благодаря которымлегко переговариваться, а вход в такую пещеру соседей может оказаться за многокилометров. А то и вовсе с другой стороны горного хребта.

Эти пещеры уходили на километры вглубь по наклонной, иногдавыходили к подземным озерам с удивительно чистой водой, где плавают дивныебезглазые рыбы, белые, как тело стыдливой женщины, там же в пещерах размещалиоружие для готовящихся восстаний против древних царей, имена их забыты, потомздесь прятались первые христиане, здесь тайком переписывали откровенияапостолов новой веры…

В последние десятилетия здесь крепко обосновалисьтеррористические группы, и сколько против них ни пытались планировать операции,всякий раз те и другие несли потери, боевики отступали, но, так как пещербесчисленное множество, все горы источены ими, как голландский сыр дырами, чащевсего боевики заходили в спину, и правительственные войска с позором отступали,с трудом вывозя раненых.

После таких стычек боевики с гордостью рассказывали о своихпобедах, а им для победы достаточно уцелеть, в то время как дляправительственных войск нужно только полное истребление противника, любой инойрезультат — поражение, и ряды боевиков всякий раз быстро пополнялись за счетмолодых энтузиастов, готовых отдать жизни за победу дела Аллаха.

Сейчас над горами выгнулся темный шатер ночного неба, тучискрыли звезды и узкий серпик луны, в долине темно настолько, что не видно, гдекончается небо и начинаются горы, не видно земли, по которой ступают легкиеботинки с противоминными подошвами. Впрочем, для Джона Завойко и его солдатночь такая же ясная, как и день, каждый видит на сотни метров даже мельчайшихмуравьев, что вышли на ночную охоту, а при желании могут масштабировать любоеизображение, не теряя качества. Умная аппаратура в шлеме фильтрует все, на чтопадает взор, отмечает расстояние, силу ветра, а если вдруг в ночи вспыхнетослепляющий прожектор или луч лазера, мгновенно поляризует стекло, солдат дажене заметит, что его зрение было спасено.

Они передвигались абсолютно невидимые, словно легендарные ниндзя,воины-призраки, хотя трудно называть призраками крепких могучих мужчин,закованных в высокопрочную броню, которую не пробить и снарядом из танковогоорудия, а под этим чудо-доспехом еще и кевларовый костюм, тоже выдерживаеточередь в упор из крупнокалиберного пулемета. Гладкие, без щелей сочленениясуставов дают свободу действий, как если бы человек двигался всего лишь влегком тренировочном костюме для пробежки.

Слегка удлиненные шлемы придают неземной вид, тем более чтошлемы, как и костюмы, полностью герметичны, переговоры даже с соседями идутчерез спутниковую связь, лиц не видно из-за акрилового стекла с дисплеем изащитой от всех видов излучения. Тут же в шлеме, помимо слухового устройства, ивоздушные и биологические фильтры, так что в этом костюме можно выпасть за бортна дно океана и пешком добираться к берегу, можно бродить по пояс в озереметалла или серной кислоты, костюм выдержит, а фильтры исправно будут подаватьочищенный и охлажденный воздух.

Несмотря на безлунную ночь, все видели так же, как и днем,аппаратура автоматически подстраивается к освещению, а также гасит собственныетепловые излучения, чтобы часовые врага не смогли засечь их по красноватымсилуэтам.

К Завойко приблизился Фоулер, сержант, похожий намарсианина, какими их изображали в старых фильмах. В высокопрочных пластиковыхботинках, способных выдержать взрыв фугаса, что пробивает днище тяжелого танка,он выглядел выше и стройнее, а голос из динамика, подправленный вручную,прозвучал сурово и мужественно, как у знаменитого в их детстве героя боевиковШварценеггера:

— Господин полковник, за этим гребнем можно будетувидеть цель.

— Хорошо, — ответил Завойко отрывисто, —переговоры прекратить, соблюдать все меры предосторожности.

— Есть, господин полковник!

На стекле-дисплее его шлема все фигуры выделялись четко, итрудно представить, что противник их не увидит, пока не столкнется нос к носу.Впрочем, они врага увидят сразу же, как только тот окажется в прямой видимостиили же за укрытием, толщина которого не свыше пяти дюймов железобетона.

И — начнут действовать!

Истребитель полковника Перри несся на бреющем полете вночном небе, хотя какое небо, когда по брюху едва не чиркают верхушки барханов.Обе руки полковника лежат на коленях, пальцы подрагивают от жажды броситьпальцы на тумблеры либо ухватиться за рычаг управления тягой двигателя, но напереобучении его как раз и отваживали от этой дурацкой привычки, ведь компьютерпринимает решения в сто миллиардов раз быстрее, он лучше сумеет вестискоростной самолет.

Поговаривают, что на сходящих сейчас с конвейера машинах ужеи рукояток старых нет, даже привычного рычага управления двигателем, а толькоклавиатура управления, где красным помечены клавиши. Но даже их нельзякасаться, если находишься в такой вот опасной близости от земли.

Тем не менее он вынужденно признавал, что сам никогда несмог бы провести истребитель на такой скорости и на такой высоте. Самолет и сампрощупывает впереди путь радаром, и вовремя принимает со спутника информациюобо всем, что впереди, что движется навстречу или наперерез, что может толькопоявиться из-под земли или по курсу…

На цветных дисплеях впереди и по бокам проплывают яркиекартинки изумительного качества: одна показывает землю внизу, но не систребителя, на такой скорости ничего не увидишь, а со спутника, другие —двигающуюся армию саудитов. На верхнем — общий план, едва заметные точки нажелтом полотне пустыни, а чуть ниже — подробный, особенно выделяя передниетанки, по которым он и должен нанести удар.