Королева острова - Ванесса Райли

Так-так-так… Все эти фразы звучали как комплименты, и, вероятно, так и было задумано, однако белых людей (или притворявшихся белыми) подобным образом не описывали. Для меня это прозвучало сигналом: именно так рассказывают о цветном человеке и удивляются его успехам. Джозефа Томаса, который обладал всеми теми же качествами, никогда в свидетельствах таковым не изображали. Характеристика Келлса в «Королеве острова» – это исключительно авторский взгляд, основанный на личных ощущениях. Таким образом, Келлс стал инструментом, подчеркивающим двойственную природу белых в креольском сообществе, а также портретом мужчины, который преуспевает за счет цвета кожи.

Власть белых

В колониальной Вест-Индии женщины часто искали белого любовника. Белые, в отличие от цветных, в большинстве своем обладали экономической властью и независимостью, так же как англиканская религия имела большую власть, чем католическая и иудейская вера. Эти экономические факторы означали, что способность оплатить вольную часто находилась в руках белых.

Обе стороны, и черная и белая, это понимали. Когда правительство Монтсеррата попыталось поднять цену выкупа – цену, которую нужно было заплатить за освобождение раба, – белые плантаторы острова устроили протест, заявив, что плата должна оставаться низкой, чтобы вознаградить женщин-рабынь за их любовь, верность и службу. В Вест-Индии было освобождено больше женщин, чем где-либо еще. Мужчины использовали надежду на выкуп для того, чтобы заиметь послушную любовницу. Женщины, которые жаждали свободы или защиты от жестоких надсмотрщиков и прочих мужчин на плантациях, вынужденно подчинялись. Обратите внимание, что из-за расстановки сил и невозможности отказаться отношения по обоюдному согласию между рабом и хозяином были немыслимы.

В «Королеве острова» я хотела развеять предположение о том, что Дороти Кирван Томас подталкивала своих дочерей к отношениям с белыми мужчинами, чтобы обрести власть, или сама вступала в подобные отношения, чтобы разбогатеть. Это неправда. Дороти привлекала белых и черных союзников, чтобы получать доходы, защищать их и преумножать. И все же свою сеть она создала и поддерживала благодаря собственной решительности, стойкости и силе.

Как и все матери восемнадцатого и девятнадцатого столетий, она хотела, чтобы ее дочери удачно вышли замуж. Проблема, с которой столкнулась миссис Беннет в романе «Гордость и предубеждение», была универсальна для всех женщин того времени. Дороти хотела, чтобы зятья имели средства для защиты ее девочек и развития семейной торговой сети.

Первый муж Шарлотты, Жан-Жозеф Федон, муж Энн, Джон Глостер Гаррауэй, муж Катарины, Ди-Пи Саймонс, – не белые англикане и католики. Фрэнсис так и не вышла замуж, и Дороти ее не принуждала. Элиза и Лиззи вышли за белых мужчин, которых любили, и оставались с ними до самой смерти.

Второй муж Шарлотты, Джон Фуллартон, бросил ее и уехал в Европу, а затем снова женился. Первым мужем Крисси стал Роберт Гаррауэй, мужчина смешанной расы. Вторым – богатый чернокожий владелец плантации из Тринидада (Дороти попыталась сосватать дочь). Третьим ее избранником стал майор Гордон. Однако все эти романы закончились неудачно.

Крисси обратилась в суд, чтобы доказать законность своего брака с майором Гордоном, и проиграла. Опеку над ее сыном Хантли у нее забрали и отдали мальчика Гордону. Она вернулась в Демерару, где вышла замуж за торговца. Зятья Дороти часто брали у нее деньги и зависели от ее средств больше, чем их жены.

Дороти никогда не оставалась без мужчины. У нас на Юге сказали бы, что она проводит время с дружком. У нее было десять детей от нескольких отцов, и я сделала вывод, что Дороти нравилась мужская компания. Поскольку дневников миссис Томас не существует, я проследила связи Дороти через детей. Она всегда прилежно вносила записи об их рождении в тех приходах, где жила. Поэтому я могу только задокументировать эти отношения. Однако похоже на то, что мужчин Дороти выбирала, руководствуясь тем, облечен ли он властью, а не по цвету его кожи.

Понятия о красоте и силе чернокожих

В наследство от реакционной и ревизионистской Викторианской эпохи осталось представление, что светлокожие женщины красивее, а африканки непривлекательны. Однако в восемнадцатом и начале девятнадцатого столетий восприятие красоты было более гибким, а на цвет кожи и волосы обращали больше внимания.

Некоторые люди считают, что термины «мулат» и «смешанная раса» относятся скорее к людям со светлой кожей, потому к ним относятся более благосклонно. Дороти была красивой темнокожей женщиной. Личных портретов не обнаружено, поэтому мне пришлось использовать сведения из вторых рук. Насколько темной была ее кожа, неизвестно, но привлекательность Дороти неоспорима. Она стала магнитом для многих мужчин, даже когда не имела средств. В первую очередь их привлекали ее лицо и характер.

Я считаю, что Дороти была бесспорно красива по всем стандартам. Ее красоту венчали остроумие и обаяние, которые открыли ей доступ в привилегированный мир. Дороти выучила его правила – его языки, танцы, манеру одеваться, способы ведения бизнеса – и примкнула. Она заработала свои деньги и выкупила собственную свободу, а также создала наследие – свою сеть услуг по ведению домашнего хозяйства.

Однажды ей довелось дать прием для губернатора Барбадоса от имени вице-губернатора Демерары. Она не удостоилась бы такой чести, если бы не была влиятельным человеком.

Дороти Кирван Томас в роли предпринимателя

Дороти начала продавать товары на Монтсеррате и занималась торговлей и ведением домашнего хозяйства на Доминике, Гренаде и в Демераре. Вместе с дочерьми она владела недвижимостью и магазином на острове Гренада. В Демераре она построила несколько отелей. В книге «Королева острова» упоминаются гостиница в Верк-ан-Русте и ее самый большой отель в Кумингсбурге.

Дороти Кирван Томас в роли владелицы рабов

Решение Дороти иметь рабов – одна из самых трудных частей истории. Она ненавидела рабство. Дороти неустанно пыталась освободить всех своих родственников. Когда до нее доходили новости о том, что ее родич находится в неволе, она немедленно бросалась выкупать несчастного, даже если для этого приходилось вступать в долгие и тяжелые переговоры.

Поэтому я уверена в ее отношении к рабству в целом и так же уверена, что она боялась разориться. У нее на глазах белые плантаторы постоянно наказывали иноверцев и цветных плантаторов, которые вели себя вразрез с их образом жизни. С самого начала восстаний на Монтсеррате Дороти видела, как убивали их главарей. Она наблюдала, как правительство ужесточало правила для католиков на Монтсеррате и Гренаде. Совет Гренады также терроризировал свободных цветных, которые, по их мнению, были не согласны с местной политикой.

Ее жизнью руководил страх разориться или оказаться в уязвимом положении. Я полагаю, что