Дорога из Освенцима - Хезер Моррис

– Что можно знать наверняка, милая, так это то, что, когда обрушивается часть шахты, пострадавших бывает больше одного.

– Значит, вы знаете, что случилось. Почему нельзя было просто сказать?

– Ну и ну! Что мы тут имеем, Павел? Медсестру с гонором. Послушай, принцесса, просто делай, что положено, когда приедем на место, а мы их перевезем.

Сидя в задней части машины «скорой помощи», Силка оглядывается по сторонам. Сбоку лежат двое носилок, по полу скользят два контейнера. Один останавливается у ноги Силки.

Силка приподнимает крышку контейнера, чтобы посмотреть, что внутри. Со звоном бьются друг о друга инструменты. Пачки бинтов, бутылки с лекарствами. Силка берет по очереди каждую, определяя, с чем ей придется работать. Подтащив к себе второй контейнер, она находит оборудование для капельницы и две бутылки солевого раствора.

Дорога вся в ухабах. Машина объезжает валуны, иногда ударяясь о глыбы снега, наваленные по обочинам и освещаемые фарами.

– Пора действовать, детка! Мы приехали.

«Скорая помощь» резко тормозит, и Силку швыряет на спинку переднего сиденья.

Она еще не успевает подняться, как задние двери распахиваются. Люди тянутся к носилкам. Ей протягивают руку и помогают спуститься. Силка замечает номера, нашитые на бушлаты мужчин.

Улучив момент, она быстро оглядывается по сторонам. Поначалу в темноте не видно ничего, кроме мокрого снега. Потом она начинает различать фигуры мужчин, бесцельно бродящих вокруг. Некоторые из них пронзительно выкрикивают команды. Силка, Павел и Кирилл пробираются к пролому в шахте, в сторону сооружения с лестницей и колесом наверху. К ним подходит охранник:

– Верхняя штольня продолжает обрушаться, и мы не знаем, насколько опасно спускаться вниз.

Колесо над ними со скрипом останавливается, когда заполненная черными от сажи людьми клеть подъемника доходит до верха. Люди высыпают оттуда.

– Внизу еще остаются раненые, – говорит один из них, держа шапку в руке.

– Нам надо пойти и забрать их! – выкрикивает Силка.

– Кто это? – спрашивает Павла надзиратель.

– Это медсестра, которую послали с нами, – отвечает Павел.

– Совсем девчонка, – оглядывая Силку с головы до ног, говорит надзиратель.

Силка закатывает глаза:

– Дайте мне пойти и посмотреть, чем можно помочь.

– Ты не слышала меня, девочка? Штольня продолжает обрушаться. Хочешь умереть?

– Нет.

Силка вздергивает подбородок и направляется к уже пустой клети подъемника, оглядываясь на мужчин.

– Если хочешь, спускайся, но я с тобой не пойду, – заявляет надзиратель.

– Я не могу спуститься одна. Ведь я не знаю, как управлять этой штукой и где сойти.

– Я пойду с тобой, – неуверенно произносит Павел.

– Я доставлю вас на нужный уровень, – говорит шахтер с шапкой в руке.

У него стучат зубы. От холода или от шока? – думает Силка.

Замотав шарфом рот и нос, Силка заходит в клеть. За ней следом идет Павел, захватив с собой контейнеры с лекарством и инструментами. Шахтер прочищает горло, затем толкает рычаг, и клеть, дернувшись, начинает медленно опускаться в пыльный сумрак. Силка держит лампу, которую принес ей Павел.

Они опускаются все ниже и ниже. Силка старается сдержать сильное сердцебиение.

Подъемник останавливается у входа в штольню. Силка откашливается, а потом открывает щеколду и отодвигает дверь клети.

– Надо немного пройти вперед, – говорит шахтер, давая понять, что останется на месте. – Придерживайтесь левой стороны.

Силка и Павел так и делают.

– Мы пришли к вам на помощь! – громко кричит она; в легкие попадает угольная пыль, и Силка кашляет. – Откликнитесь, чтобы мы поняли, где вы находитесь.

– Здесь, здесь, – в конце концов слышит она слабый испуганный голос, доносящийся откуда-то спереди.

– Сейчас приду, держитесь. Говорите.

– Я здесь. Идите сюда.

В свете лампы Силка видит машущую ей руку. Оглядевшись вокруг, она видит еще троих, лежащих неподвижно. Она спешит к человеку, который ее позвал.

– Я Силка Кляйн. – Опустившись на колени, она осторожно кладет руку ему на плечо. – Не можете встать?

– Мои ноги, я не могу ими пошевелить.

Силка осматривает мужчину. Нижние части его ног придавлены большим обломком. Она осторожно опускает его голову и проверяет пульс на шее. К ним подходит Павел и открывает контейнер.

– Как вас зовут? – спрашивает Силка у раненого мужчины.

– Михаил Александрович.

– Ваши ноги придавило валуном, но я думаю, мы можем его сдвинуть, поскольку он не такой уж большой. У вас на голове рана, я вам ее перевяжу. Михаил Александрович, я пойду взгляну на других людей. Вы знаете, сколько вас здесь было, когда началось обрушение?

– Четверо. Остальные ушли на перерыв. Мы загружали последнюю вагонетку.

– Я вижу троих, – говорит Силка, покачивая лампой.

– Я никуда не денусь, – произносит Михаил. – Осмотри других. Я звал их по имени, но ни один не откликнулся.

Силка осторожно ступает по обломкам, покрывающим дно штольни. Дойдя до первого мужчины, она щупает его пульс – пульс есть. Приподняв веко, она освещает лампой его глаз – реакция есть. Посветив на его тело, она видит, что он не придавлен, но находится без сознания.

– Павел Сергеевич, вернитесь наверх и уговорите того шахтера прийти и помочь нам. Сначала заберите этого раненого. Он без сознания, но его можно транспортировать.

– Скоро приду, – слышит она слова Павла, направляющегося к подъемнику.

Силка находит второго мужчину. Она сразу понимает, что он придавлен упавшими камнями. Пульс у него не прощупывается.

Силка подносит лампу к лицу третьего мужчины, и тот стонет.

– Меня зовут Силка Кляйн, я помогу вам. Скажите, где у вас болит? – (Человек снова стонет.) – Не волнуйтесь. Я попытаюсь найти ваши повреждения.

Она быстро обнаруживает сложный перелом руки, вывернутой неестественным образом. Его бок придавлен большим камнем. Силка осторожно надавливает на грудь мужчины, потом прощупывает живот. Он кричит от боли. С трудом она расстегивает его бушлат, чтобы посмотреть, потом вытаскивает рубашку и майку из штанов, и это вызывает у него жуткую боль. Силка видит у него под ребрами повреждение раздавливанием.

Слышится хруст шагов в штольне – это возвращаются Павел с шахтером, каждый несет носилки. Она пробирается к мужчине, лежащему без сознания.

– Кладите его на носилки и уносите отсюда, – говорит она. – И здесь еще один, которого надо вынести, но очень осторожно. Он тяжело ранен и мучается от боли. Выносите их обоих, а я займусь вторым в «скорой».