Дорога из Освенцима - Хезер Моррис

Возвращаются белые ночи.

Воскресными вечерами женщины снова наслаждаются прогулками по лагерю, стараясь хотя бы на пару часов вкусить немного свободы. Они знают, куда идти, где более безопасно и где можно избежать встречи с компаниями бродящих по лагерю мужчин, норовящих пристать.

Появление Йоси и Натии подчас делает эти вечера невероятно счастливыми, потому что Натия с радостью демонстрирует, что научилась ходить. Женщин развлекают попытки девочки говорить. Они играют с ее пышными волосами, спорят о том, кого она любит больше.

Теперь в самые теплые вечера женщины ведут Йосю с Натией в барак, а потом провожают обратно. Им хочется дольше побыть вместе вдали от докучливых глаз и дать Натии побегать. Они по очереди укладывают малышку в свои постели, обнимая ее как родную дочь. Они целуют девочку, играют с ее крошечными ручками и учат произносить свои имена.

Йося разрешает Натии общаться, кивая и улыбаясь ей, если девочка ждет одобрения. Йося сидит с Силкой на ее постели, и Силка обнимает Йосю, прижимается лицом к ее волосам, а Йося сжимает руку Силки. Они не говорят вслух о своих страхах, о том, что надвигается, как они знают.

* * *

В это лето свет меркнет быстро. Некоторые женщины перестают выходить на прогулку. Одним теплым вечером – возможно, это последний вздох лета – женщины приводят в барак Йосю с Натией, уютно устроившейся у нее на руках. Анастасия, привязавшаяся к малышке, протягивает к ней руки.

– Настя, побудешь с ней немного? – спрашивает Йося, ласково называя девушку уменьшительным именем. – Мне надо поговорить с Силкой.

Силка берет ватник и идет вслед за Йосей на улицу.

Они не уходят далеко, так как вокруг бродит порядочно народа, к тому же поднимается ветер. Зайдя за барак, они прижимаются к стене.

– Силка, что мне делать?

Наконец-то они заговорили об этом, думает Силка. Был еще один краткий разговор прошлым летом. Тогда Йося сообщила, что одна мать, у которой несколько детей, сказала ей, что детей после двух лет отправляют в приюты, и что та женщина была совершенно раздавлена. Застывшее лицо, не смотрит на ребенка.

Силка отводит взгляд. У нее нет ответа.

– Помоги мне, пожалуйста, Силка. Я не могу позволить, чтобы они забрали ее. Она мое дитя.

Силка обвивает руками Йосю, и та плачет у нее на плече.

– Я не могу ничего обещать, но попробую. Поговорю с Еленой Георгиевной. Сделаю все, что в моих силах, обещаю.

– Спасибо. Я знаю, ты можешь помочь, ты всегда помогаешь. – Йося высвобождается из объятий и глядит на Силку таким открытым, проникновенным взглядом, что той делается не по себе; Йося по-прежнему выглядит юной, совсем девочка. – Пожалуйста, не дай им забрать мою малышку.

Силка опять притягивает ее к себе, долго не выпускает из объятий. Пожалуйста, не дай им забрать тебя.

– Пойдем, – говорит она. – Тебе надо отнести Натию в детский барак. Ветер усилился, и ты же не хочешь, чтобы она заболела.

* * *

На следующий день Силка обращается за помощью к Елене. Та полна сочувствия, но считает, что не в ее власти воздействовать на начальство. Обе женщины знают, что едва ли смогут помочь Йосе и Натии остаться вместе, после того как девочке исполнится два и Йосе придется вернуться в барак без дочери.

Йося умрет, думает Силка. Она не переживет этого удара. Силке надо найти какой-то выход.

– «Скорая» выезжает.

– Иду.

Передав карточку больного Любе и схватив ватник, Силка выбегает из отделения.

Павел стоит у пассажирской двери, прикусив крупными передними зубами нижнюю губу. Увидев, что Силка бежит к ним, он залезает в кабину. Ничего не изменилось после их второго выезда, так что Павел должен сидеть посередине.

– Сегодня у нас что-то другое, Силка, – начинает Кирилл.

– Ух ты, Кирилл заговорил первым, – смеется Силка.

– Нет, правда, – говорит Павел, – этот случай серьезный.

– Разве все они не серьезные? С каких пор мы решаем, что один несчастный случай серьезнее другого, пока еще не приехали на место?

– Это не просто несчастный случай, – произносит Павел. – Мы едем домой к коменданту лагеря Алексею Демьяновичу. Один из его детей заболел, и мы должны отвезти его в больницу.

– Ребенок? Мальчик? Известно, сколько ему лет?

– Не знаю, мальчик ли это, но точно один из детей коменданта.

Впервые после приезда в Воркуту Силка едет по улице за пределами лагеря и шахты. По дороге, построенной заключенными. Она смотрит на дома, где живут семьи. По улице спешат женщины с маленькими детьми, увешанные сумками. Иногда попадаются автомобили. Она видела машину всего несколько раз, когда в лагерь приезжало высокое начальство.

Им машет охранник, делая знак остановиться.

Они выходят из машины. Силка бежит впереди с охранником, а Павел с Кириллом достают контейнеры из кузова. Открывается входная дверь, и охранник ведет Силку по дому в спальню, где на кровати мечется и кричит девочка. На краю кровати сидит ее мать, пытаясь положить на лоб девочки мокрое полотенце и разговаривая с ней тихим, успокаивающим голосом. Силка узнает женщину.

– Извините, можно я осмотрю ее? – Силка снимает ватник и бросает его на пол.

Жена коменданта Мария встает и поворачивается к Силке:

– Здравствуйте, вы?…