Королева острова - Ванесса Райли

Мне этот запах всегда нравился.

Громко стуча сандалиями, чтобы дать о себе знать, я прошла вглубь дома. Помещение казалось пустым и скудно обставленным. Ни картин, ни книг, на столе ничего.

Время ужина давно минуло, Томас должен быть где-то поблизости. Он уже улегся в постель? Никак заболел?

Мое разочарование немного усилилось.

Потом послышался шепот, жаркий смех, тонкий голос.

Сладкая, жгучая ревность захлестнула меня изнутри. Мне пришлось напомнить себе, что и я не страдала в одиночестве, ожидая его. Нет причин злиться.

Но я пришла вытащить клещей и поговорить о нашем ребенке.

Парадная дверь отворилась. Вошли Томас и с ним хорошенькая девушка одних с Лиззи лет.

– О, мисс Долл! – сказал он. – Это мисс Лемонт, она из службы домоправительниц. Я думал, вы не берете клиентов. Мне нездоровится.

Довольно ли моего пристального взгляда, чтобы прожечь в нем дыру насквозь?

– Я и не хотела – недостает рабочих рук. Думала, сама об этом позабочусь, но…

Девушка начала пятиться.

– Мисс Долли, я не знала, что это ваш мужчина.

– Мой?.. М-м-м, нет. – Я бросила взгляд на Томаса, тот сиял. – Мисс Лемонт, кстати, об этих язвах, что сочатся гноем. Их нужно промыть, пока не началось заражение. – Я сунула ей свою корзину, не забыв выставить напоказ щипцы. – Вот, вытащите их прямо сейчас, да следите, чтобы руки были чистыми. Это ужасно.

Она толкнула корзину обратно.

– О нет, мисс Долли, я искала работу, да гляжу, место уже занято.

Девица оказалась очень ловкой. Обогнув Томаса, она скрылась за дверью. Тот затворил ее, качая головой.

– Зачем ты так, Долл? Сказала бы просто, мол, должность занята. Она занята? Хорошую прислугу найти нелегко. А я люблю, когда меня обслуживают должным образом.

– Снимай штаны, давай-ка взглянем на тебя.

– Люблю властных женщин!

Он шагнул ко мне, будто я пригласила его на танец. Окутал меня взглядом и взялся за пояс. Скинул один пыльный сапог, потом второй.

Завязки бриджей пролетели у меня над головой, и штаны Томаса упали на пол.

– Сюда. – Неуклюже переступая толстыми кривыми ногами, он отвел меня в спальню, где упал лицом вниз в подушки. – Стоило догадаться, что ты не позволишь мне страдать.

– Помолчи. Ты еще не добился своего.

Кровать покачнулась, когда я взобралась и уселась пониже его бледного, вздернутого вверх зада.

– Ты здесь. Значит, есть еще шанс все исправить.

– Тсс…

– Я нашел для тебя кое-что, вернее, кое-кого.

Я подтащила корзину поближе и принялась в ней рыться в поисках притираний.

– Хватит болтать. Мне нужно сосредоточиться.

– Но это важно. Я нашел твою бабушку. Я вернулся в Розо все тебе рассказать, но твоя мать передала, что ты уже уехала.

Мами знала, что нашлась ее мать, и ничего не сказала?

– Я нашел ее, Долл, чтобы доказать тебе: мои намерения в отношении нашей семьи весьма серьезны. Глупо было думать, что ты станешь меня дожидаться.

Я ударила его по ноге.

– Мне нужно быть внимательной. И не нужно, чтобы ты говорил подобные вещи, когда я собираюсь выковырять клеща у тебя из зада.

– Я осел, Долл. На прошлой неделе я говорил с ее хозяином. Он все еще согласен ее продать. Твоя бабушка, Салли, здесь, на Гренаде. Мы можем ее выкупить.

Комок в горле сделался еще больше.

– Пожалуйста, дай я тебя вылечу. Когда я уехала в Лондон, между нами все было кончено. Я не думала о «нас». Никаких «нас» не было.

– Долл, я вспоминал тебя каждый день, но каждый день терпел неудачи. Мне повезло спасти вложенные средства. Я вернулся на Гренаду похоронить отца. Единственный сын хоронит единственного сына. Нет больше Томасов.

– Мне жаль. Я правду говорю. А теперь тихо. У тебя тут по меньшей мере два клеща.

Это заняло больше времени, чем я хотела, но в его пухлые ягодицы и впрямь впились два клеща. С помощью иглы и щипцов я вытащила одного, затем второго. Томас не жаловался, пока я не влила ром в каждую рану. Потом смазала их маминым маслом кешью.

Оно жгло.

Томас поморщился.

– Больно, но ты потри посильнее. Уж подсоби, Долл.

– Следи за чистотой и держись подальше от леса, и все будет хорошо. Но у тебя небольшой жар.

Охнув, он перевернулся. Этот парень не из стеснительных. Я набросила на него простыню.

– Просто жар? А в твоей корзине ничего от этого нет? Боже, как жжет. Побудь здесь и расскажи об Элизе. Она сильно выросла? Я хочу ее увидеть.

– Приходи завтра к обеду, сможешь провести время с дочерью.

– Спасибо тебе. Я ее не обижу. Я люблю дочку. Сразу полюбил, как услыхал о ее рождении. – Он положил руки мне на бедра.

Плохо дело – я сидела на Томасе, а тот, забравшись под юбку, ощупывал голую кожу моих бедер. Быстро, как только смогла, я перекинула ноги и соскользнула с матраса.

– Я пришла подлечить тебя, только и всего.

Он поцеловал мое запястье.

– Я не бог весть какой моряк, неудачливый торговец, да и во всем важном провалился. Я самый заурядный коммерсант.

– Но безвозмездные услуги стряпчего превосходны.

– Я бы с радостью предложил тебе свои услуги и свое сердце, Долл.

Пожав плечами, я попыталась высвободиться, однако он не отпустил мою руку.

– Тебя не волнует, что я поехала с принцем посмотреть мир, что есть наброски, где мы с ним лежим в гамаке?

Томас придвинулся и поцеловал меня. И целовал, пока я не ответила ему.

– Мне все равно. Он где-то в море. Я здесь. И я хочу стать отцом Элизе и Фрэнсис. К тому же бедный Эдвард в твоем доме все еще в меньшинстве. Я должен быть твоим любовником и другом. Неважно, кто тебе нужен больше.

Нет. Это мы уже проходили. Я доверилась ему и потерпела крах.

– Но тебе тоже нужно море. Теперь я понимаю, как оно манит. Вот принц…

– Я люблю тебя, Долл. И никогда не переставал любить, ни на минуту. И не перестану.

А я перестала. Выбросила его из головы, когда из-за родильной хандры мне стало сложно любить даже себя. Вцепившись в руку Томаса, я пристально смотрела на его запылившиеся ноги, на пальцы.

– Уже поздно, мне пора.

Он проводил меня до гостиной, прижимая к себе спадающую простыню.

– Мне не нужно, чтобы за мной ухаживал кто-то другой, кроме тебя.

– Ну… я больше не питаю к тебе ненависти.

Он склонился и поцеловал меня в