Эхо наших жизней - Фейт Гарднер

На собрании МЗБО пару дней назад она стала практически знаменитостью. Они сразу же выбрали ее представителем, и теперь у нее даже есть какой-то официальный статус – и все из-за того видео в интернете. Завтра у нее очередное интервью на крупном телеканале по вопросу безопасности оружия. Она сказала, что в МЗБО ей посоветовали называть это «безопасностью оружия», а не «контролем над оружием», потому что это выражение лучше вирусится.

– Преврати свою тревогу в действие, – продолжает она. – Думаю, тебе понравится на встречах. Там все такие целеустремленные и интересные. Есть симпатичные парни, студенты твоего возраста. И девушки тоже.

Мама всегда добавляет это, эту оговорку. Она старается быть понимающей и заботливой, и я это ценю. Но она вставляет это так неловко. Будто это что-то второстепенное. Как бы то ни было, я не собираюсь идти на собрание по безопасности оружия и сидеть там, разглагольствуя о том, как ужасен этот мир и как много у людей пушек. Это только еще больше усилит мою тревогу. Я ведь стараюсь меньше думать об ужасных проблемах этого мира, а не больше. К тому же даже в противном случае я бы не стала знакомиться с кем-то в подобном месте.

– Может, в следующий раз, – говорю я ей.

Жаль, что следующего раза не будет.

Никто не погиб во время той перестрелки, кроме Джошуа Ли. И все же я почему-то скорблю.

Глава 17

Когда я звоню Адриану, они спрашивают, как я поживаю, и меня прорывает. Что я в шоке, но в порядке. Что моя сестра забаррикадировалась в квартире, что мне странно от того, как мама завирусилась. Я уже собираюсь спросить, что шьет и носит Адриан и на что похож Сиэтл, но они резко переводят разговор на Джошуа Ли. Странное облегчение охватывает меня от того, что разговор уходит в эту сторону, – потому что я наконец могу обсудить убийцу, который не выходит у меня из головы с момента стрельбы.

– Поверить не могу, что мы учились с ним в школе, – говорят Адриан. – Я все время смотрю на его фотографию и не могу припомнить вживую.

Здесь стоит отвлечься и добавить, что я ничуть не удивлена. Адриан Рока провели четыре года старшей школы исключительно на курсах по выбору, в художественном классе, театральном зале и в оркестре. Сходить на танцы, заглянуть в столовку или во двор – никогда, спортивные мероприятия – ни за что, ведь они часть «токсичной культуры конкуренции». Адриана интересуют только определенные события и люди, остальноя просто белый шум. То, что я вообще попала в поле зрения Адриана, не говоря уже о каких-то романтических чувствах, я воспринимала чуть ли не как высший знак благоволения от старушки Вселенной.

Я напоминаю Адриану, что Джошуа Ли был старшеклассником, когда мы только поступили в старшую школу, а также о подожженном мусорном баке и слухах, что он домогался учительницы. Но Адриан совсем ничего не помнят.

– Похоже, он с самого начала излучал вайбы психопата, – говорят Адриан. – А ты знала, что около четырех процентов американцев – психопаты?

– Какой ужас.

– Ты помнишь о нем что-то еще? Джой его знала?

– Нет, не знала. Может, она с ним сталкивалась, но я не хочу допытываться. Он убил себя прямо у нее на глазах. Ей пришлось смывать с себя его кровь.

– Охренеть.

Наступает тишина, и в ней появляется звук – гул от восьмисот миль между нами.

– Я больше помню его брата, чем его самого, – говорю я.

– А кто его брат?

– Майкл Ли, тот же год, что и мы. Мы вместе ходили на биологию.

– Подожди-ка… Майкл Ли? Миленький мальчик с лохматыми волосами – этот Майкл Ли? В очках? Всегда в худи?

– Да, кажется, это он.

– Он играл с нами в оркестре. На барабанах. Ого. Кто бы мог подумать, что эти двое – братья.

Эти двое и правда казались разными – не только в выборе одежды и отношения к жизни, но и семейного сходства между ними особенно не наблюдалось, кроме темно-каштановых волос. Да и с такой фамилией, как Ли, их вообще непросто соединить. Как я вообще догадалась, что они братья? Мгновение я понятия не имею и думаю, что, может, и вовсе поспешила с выводами, но затем всплывает воспоминание: я сижу в классе на первом уроке по биологии, а мой учитель, мистер Янг, проводит перекличку. Дойдя до Майкла Ли, он окинул его взглядом и спросил:

– Вы не родственник Джошуа Ли?

– Это мой брат, – пробормотал Майкл, черкая в своей тетради.

– Будем надеяться, что вы будете более дисциплинированы, чем он.

Несколько человек засмеялись. Мистер Янг сказал:

– Из-за него мы теперь имеем законное право препарировать кальмаров. Это не шутка.

Засмеялось еще больше людей.

Раньше я об этом не вспоминала.

– Алло, ты еще тут? – спрашивают Адриан, возвращая меня в настоящее.

– Да, извини. Ладно, как там Сиэтл?

По словам Адриана, времени для шитья совершенно нет, как и места для швейной машинки в общежитии. Но зато удалось сходить на выставку квир-искусства в кампусе; там кто-то соорудил целую инсталляцию из туфель дрэг-квин.

– Звучит круто! – говорю я.

Я за практичность. Я люблю заостренные носы и необычные принты, но они должны быть на плоской подошве, потому что я всюду хожу пешком. Но мне нравятся шпильки и платформы, когда их носит кто-то другой.

– Я пришлю тебе несколько фотографий, – говорят Адриан. – Давно собираюсь. Просто столько дел было.

Я представляю, как Адриан исследуют новый город, посещают квир-выставки, общаются со своими соседями по комнате, сидят в классе и поднимают руку каждый раз, когда профессор задает вопрос. (Классические Адриан.) А я тут, сижу в своей спальне – в той же самой, в которой живу со времен учебы в средней школе.

– Я скучаю по вам, – говорю я Адриану.

– Я тоже скучаю по тебе, Бу, – отвечают они.

Закончив разговор, я сажусь за ноутбук. Я говорю себе, что просто собираюсь проверить социальные сети, но на самом деле точно знаю свою цель. Я не могу удержаться от мысли, что Джошуа Ли и правда мог был психопатом. Или человеком, нуждающимся в психиатрической помощи. Может быть, он сильно страдал. Как сказал мой отец на прошлой неделе – что он там сказал? Та буддийская мудрость о любви к себе? Ментально здоровый и любящий себя человек не сделал бы того, что сделал Джошуа Ли.

У нас с Джошуа Ли есть два общих друга со старшей школы. Не настоящие друзья, скорее знакомые.

Эта страница выглядит как все остальные: белый фон, синий шрифт Helvetica. Здесь не найти