Отпусти меня, мама! - Алсу Идрисова

упаси, конечно нет, – удивилась завуч, вскидывая брови. – Нет, терять хорошего и ответственного работника я не хочу. Но мое положение обязывает реагировать на эту ситуацию, ведь я знаю, что за этим последует. И потом… Когда-то, Рита, я выбрала между карьерой и семьей первое… И очень жалею об этом сейчас… Не всегда, конечно, но… Бывает, накатывает вечерами… – Елена Дмитриевна смахнула с ресниц набегающие слезы. – В общем, я думаю, так для тебя будет лучше, потому что… – она оборвала свою речь, и повисшее молчание было красноречивее любых слов.

– Но вы же сами сказали – девочка, она переживает… – Рита не верила собственным ушам. – Она же не простит меня, не примет, не поймет…

– Она сейчас не примет никого, кроме матери, – махнула рукой завуч. – Для всего нужно время, Рита, для всего. Перестань думать о других, хватит. Пусть я сейчас и крамольное скажу, но все же… Подумай о себе. Ты теперь такая счастливая ходишь – для наших озлобленных старушек ты как бельмо на глазу. – Она тихо рассмеялась и тут же прервала себя: – Но это, надеюсь, останется между нами, поняла?!

Рита шла по школьному коридору, не обращая внимания на попытки учителей остановить ее и как следует расспросить. Одни обиженно поджимали губы, другие крутили пальцем у виска. Третьи…

Завуч оглушительно высморкалась в носовой платочек и оглядела в карманном зеркале свои опухшие от слез глаза.

– Да что же это с тобой сегодня творится, Лена? – сказала она сама себе, делая строгое лицо. – Никак на пенсию пора, чувствительная вы наша? И вообще, кого я обманываю? Работа, конечно, не согреет холодной ночью. Но и к другой женщине не уйдет. Так что давай, поднимайся, дела не ждут… – И она торопливо вышла из кабинета.

А на столе одиноко белел лист бумаги, на котором размашистым Ритиным почерком было выведено: «Заявление»…

Глава 12

– Рита! Рита, что происходит? Сейчас Розку встретила, она техничкой в вашей школе работает, и… – Эльвира Борисовна, войдя в комнату дочери, застыла на пороге от изумления.

Рита стояла у распахнутого настежь шкафа и аккуратно укладывала вещи в маленький чемоданчик.

– Это что такое? – Эльвира Борисовна нащупала рукой стул и медленно села. – Что случилось? Роза сказала, что тебя уволили с работы и…

– Не уволили. – Рита уложила в чемодан очередной свитер и, глядя прямо в глаза матери, твердо заявила: – Я ушла сама.

– Так я и знала, так и знала, что Розке доверять нельзя, – начала было Эльвира Борисовна, но, услышав последнюю фразу, осеклась. – Ушла? Сама?! Но зачем?! И… куда?!

Рита тяжело вздохнула и промолчала, явно собираясь с мыслями.

Эльвира Борисовна подскочила к ней и принялась заглядывать в лицо, пытаясь по глазам понять происходящее.

– Рита, что происходит?! Расскажи мне все без утайки, я же твоя мама! Я сумею дать тебе дельный совет. Тебе нечего от меня скрывать, я всегда на твоей стороне, ты же знаешь это!

– Мама, я не могу больше работать в этой школе! – отрешенно сказала Рита, отворачиваясь от пытавшейся обнять ее матери. – Дело в том, что в этой школе учится дочь… моего… избранника. Я подыщу себе другое место, ты не волнуйся.

– Дочь избранника?! Что ты этим хочешь сказать? – подозрительно спросила Эльвира Борисовна. – Ты же не связалась с женатым мужчиной, Рита, нет?!

– Он не женат. Успокойся, мама. И, пожалуйста, не удерживай меня. Кажется, я впервые в жизни что-то решила сама и очень прошу тебя поддержать меня в моем решении, как бы трудно тебе это ни далось. Я… Ладно, расскажу тебе все с самого начала.

С каждым словом Риты Эльвира Борисовна багровела и пыталась перебивать, но Рита, несмелая и тихая Рита, вдруг обрела голос и не давала матери вставить ни слова, жестом останавливая все попытки перебить ее.

– Ну и что? И куда ты пойдешь? – закричала она, когда Рита наконец закончила говорить и устало замолчала. – Может, он хочет жениться на тебе, а? В каком статусе ты будешь жить на этой съемной квартире, об этом ты подумала?! Срам-то какой, господи!!! Бросить работу, чтобы уйти к какому-то никчемышу с ребенком на руках!!!

– Он не никчемыш!

– А кто же он, если даже жену свою удержать не смог? Никчемыш и есть! А ты слепая идиотка и неблагодарная дрянь! – Эльвира Борисовна кипела злобой и кусала от бессилия губы.

– Хорошо, как скажешь. – Рита с достоинством пожала плечами. – Спасибо тебе за все, мама. Нам с тобой давно надо было разъехаться – мне кажется, ты до сих пор не понимаешь, что я уже выросла и могу принимать самостоятельные решения! Позвоню, как ты успокоишься, – подхватив чемодан, Рита пошла к выходу.

– Иди, иди! – услышала она в спину. – Иди к своему никчемышу. Только потом, как останешься с носом одна, плакаться ко мне не приходи, взрослая ты моя.

– Хорошо, не приду. Не волнуйся за меня. – Рита надела куртку и ботинки и вышла за дверь, аккуратно притворив ее за собой.

– Как под гипнозом, прости господи, – пробормотала потрясенно Эльвира Борисовна. – Ну давай, давай. Поиграй во взрослую жизнь-то. Посмотрим, как скоро запоешь.

Она выдвинула ящик комода и вытащила оттуда огромный полевой бинокль, оставшийся от мужа. Из кухонного окна открывался великолепный вид на подъездную дорогу. Там скучал в ожидании черный автомобиль…

* * *

Рита столкнулась с Аркадием в дверях.

– Ты куда? – удивилась она. – Я уже собралась.

– Поговорю с твоей мамой, – сказал он. – Нехорошо это – вот так уезжать, оставив ее в неведении.

– Сейчас не время. – Рита отвела глаза, вспоминая все обидные слова, услышанные от матери. – Пусть она свыкнется с этой мыслью. Я позвоню ей вечером, обещаю.

Аркадий забрал из ее рук чемодан и, обняв одной рукой за талию, поцеловал долгим поцелуем.

И меньше всего сейчас их волновало прошлое и будущее. Прошлого словно не было, будущее казалось слишком далеким. Настоящее же, словно вышедшее из-за туч солнце, освещало и грело. Может быть, это и было безумием?

– Я сошла с ума, – прошептала Рита, стягивая с головы Аркадия шапку и запуская пальцы в его густые волосы. – Мне кажется, я сплю и вижу сон…

– Тогда давай не будем просыпаться, – предложил Аркадий.

– Давай…

Глава 13

– Какие люди в Голливуде! А где же твоя охрана, папа Сережа?

Я критическим взглядом оглядела своего пока еще мужа. Гладко выбрит, прекрасно одет и, кажется, даже не похудел. В общем, цветет и пахнет мужик.

Чего не скажешь обо мне.

Интересно, что это он делает у школы в два часа дня?