Шмуц - Фелиция Берлинер

Рейзл сдерживает слово: она согласна на свидание, согласна попробовать еще раз, только не дома.

Она с наслаждением рассматривает свое отражение в наряде для шидух-свидания. Ключицы и запястья закрыты, на виду только лицо и ладони. Что это было бы за порно – видео с полностью одетой женщиной, в блузке с длинным рукавом под хлопковым свитером, не обтягивающим, в юбке до пят, в сапогах без каблуков? Самое скромное порно. Она ходит, юбка колышется, плечи понимают, где кончается тело и начинается пространство вокруг него. Все порно в ее лице.

* * *

Дувид достаточно симпатичный.

Сваха и мами постарались на славу. Он высокий, но не слишком. Борода причесана. Брови над очками сначала кажутся чересчур пушистыми, но он так мило улыбается, здороваясь с ней, что брови совершенно ее не беспокоят.

Шидух-свидание проходит в публичном месте, не на улице: они гуляют по элегантным лобби и залам «Уолдорфа-Астории»[48]. Глаза Дувида не просто карие, но она не хочет показаться грубой, поэтому не всматривается в их цвет. Они более зеленые? Более серые? Дувид напоминает Рейзл Мойше, любителя подшутить над друзьями. В конце длинного коридора с мраморным полом они заглядывают в витрину сувенирного магазина, который уже закрылся, и Дувид указывает на маленькую золотистую копию отеля.

– Посмотри, – с улыбкой говорит Дувид, стоя, пожалуй, слишком близко к ней. – Много багажа не занесешь, – шутит он, Рейзл смеется, он опускает руку, и его рукав слегка касается ее руки.

Это происходит так внезапно. Она дергается, он тут же от нее отходит.

– Ой, прости, извини меня, – говорит он. – Я случайно…

Благодаря порно она выучила, что мужчина не трогает, если не хочет. Она тоже отступает от него на шаг, но, уже не стесняясь, смотрит ему в лицо, пытаясь понять, чего именно он хочет.

– Прости, – повторяет Дувид. Улыбка сходит с его лица, он опускает голову, будто кланяясь ей. – Ты хочешь уйти?

– Уйти? – переспрашивает она. – Почему?

Он не поднимает головы.

– Зачем уходить? Мы ведь только пришли.

Они садятся за столик у барной стойки, Дувид заказывает две газировки. Он рассказывает Рейзл о своей семье, состоящей из семи сестер. Пять старших продолжили обучение после школы и стали учительницами. Он говорит, его сестры очень умные.

– Йа, – говорит Рейзл. Она говорит спокойно и внимательно за ним наблюдает. Зачем он ей это говорит?

– Я слышал, что ты другая, – наконец говорит он.

Рейзл слишком торопливо глотает газировку, и пузырьки бьют в нос. Пока она кашляет и сплевывает в салфетку, в ней стучит безумный страх: вдруг он знает про порно?

– Мне говорили, – продолжает он с вопросительной интонацией. – Что ты не такая, как другие девушки?

– Правда? А какие другие девушки?

Он пожимает плечами.

– У меня было не много свиданий.

– Это сколько? – спрашивает Рейзл. Такое запрещено спрашивать на шидухе, но они и так не следуют правилам, правда же?

– Всего на три-четыре. Может, на пять.

– Так какие другие девушки?

Он снова пожимает плечами.

– Нервные, наверное. Слишком много смеются, потому что боятся.

Рейзл засмеялась, когда он пошутил. Не притворно, потому что ей велели улыбаться и быть дружелюбной. Смех был настоящий.

– Они боятся тебя?

– Хас вшулем! – восклицает он, поднимая брови. Упаси Б-г! – Нет, конечно, они меня не боятся!

– Что ж, – говорит она, помешивая газировку трубочкой, будто там кофе, а не вода. – Может, стоило бы.

Его обижают ее слова. Рейзл тут же о них жалеет, хочет взять их назад.

– Я не боюсь, – говорит она.

Дувид расплывается в улыбке.

– Это хорошо, – говорит он. – Мне сказали, ты учишься в колледже. Не всем парням такое нравится, но мне кажется, это хорошо, – он выпрямляется, явно гордясь своими современными взглядами, – когда жена не боится работы и может помогать с парнусой.

Они допивают газировку, Дувид расплачивается, они проходят через лобби к выходу. Но Рейзл не готова идти домой.

– Давай еще походим, – говорит она.

– После тебя, – отвечает он.

Они идут к бальному залу с толпой гостей, пришедших на какое-то важное мероприятие. Длинные шифоновые юбки и стильные прически, мужчины в костюмах – от всего этого у Рейзл сбивается дыхание, будто этот банкет – для них с Дувидом.

У входа в зал, где приглашенные гости смотрят таблицу, чтобы найти свои места, Рейзл и Дувид разворачиваются и идут обратно к магазину сувениров. В холле почти никого не осталось. Рейзл и Дувиду тоже скоро надо будет уйти, чтобы не остаться одним в зале. Им нельзя оставаться наедине. Но Рейзл останавливается у витрины сувенирного магазина, изучая открытки с красочными изображениями бального зала, мимо которого они только что прошли.

Рейзл хочет дотронуться до него в ответ.

Но как? Как дотронуться, не глядя на него, так, чтобы никто этого не увидел? Как дотронуться, не дотрагиваясь? Она резко разворачивается, так, чтобы кончики ее волос задели его пальто, а юбка – штаны. Ее ветер, ее энергия, прикосновение без плоти. Она прислоняется спиной к стеклу и сводит лопатки. Будь она в порновидео, голая, ее грудь была бы прямо у лица Дувида.

Несмотря на то что она одета, для него это уже слишком. Дувид отходит в сторону, задрав плечи чуть ли не до ушей. Сваха звонит на следующий день и сообщает, что второй встречи не будет.

Шванц-фрессер

Рейзл зевает, опускаясь в привычное кресло.

– Ты устала, – отмечает очевидное доктор Под. – Бессонная ночь?

Рейзл кивает, подтверждая ее предположение. После провального свидания у нее было свидание с ноутбуком, продлившееся всю ночь – она не боролась со своими склонностями. С тех пор она не спит как минимум две-три ночи в неделю и смотрит порно вместо сна. Она заставляет себя выйти из дома, доезжает до кампуса и спит в библиотеке. Голова на закрытом ноутбуке, в тихой комнате для занятий, где легко следовать правилам «не говорить» и «не пользоваться телефоном», потому что она засыпает, как только открывает книгу.

– Я ходила на свидание с Дувидом.

– И? – интересуется доктор Подгорец.

– Не будет второго свидания с Дувидом.

– Ну и ладно, – говорит доктор Под и делает вид, что отмахивается от него. – На нем свет клином не сошелся.

Рейзл это игнорирует. При чем тут какой-то клин?

– Я не спала всю ночь. После Дувида.

– Смотрела порно?

– Я не знала, сколько времени прошло, пока не услышала тати в коридоре, он собирался на миньян[49]. Это молитва на рассвете. На улице