Две сказочные истории для детей - Петер Хакс

— Я — Телемах с Итаки, сказал Телемах. — Это мой учитель Ментор. А это существо белого цвета — Фретти.

— Фретти Школьник, — уточнил Фретти.

— Школьник? — удивилась Поликаста.

— Школьник, — подтвердил Фретти. — Ведь я работаю на учителя, и всё моё время провожу в школе.

Страшно подумать! содрогнулась царская дочь.

Просто ужас! подтвердил Фретти.

Смысл моего существования — сплошное учение и усердие.

Телемах щёлкнул зверька по носу.

— Не обращай внимания на его болтовню, — посоветовал он. — Я действительно прошу аудиенции.

— Тогда пошли со мной, — сказала Поликаста.

— Прямо сейчас? — удивился Телемах.

— А почему бы и нет? — сказала Поликаста.

— Может, твой отец занят, сказал Телемах. — Или спит.

— Царь Нестор не спит никогда, — снисходительно пояснила Поликаста. — Для этого он слишком стар.

Принцесса Поликаста взяла за руку принца Итаки, и они побежали в замок. И когда Телемах в сопровождении Ментора и Фретти, миновав чугунные ворота, вошёл в царские покои, он сразу увидел перед собой царственного полководца.

Седовласый герой Нестор, облачённый в меховой халат, возлежал на широком, похожем на трон диване. Он отличался внушительными размерами. Должно быть, когда-то он был настоящим великаном, но с годами немного усох. Его тело стало для него великовато и свисало складками.

Он с трудом поднял голову и уставился на Телемаха.

Телемах поклонился:

— Мудрейший из царей, старейший из людей, учёнейший из государей, — обратился он к старцу. — Не имеющий себе равных Нестор с Пилоса…

— Как ты думаешь, — прервал его Нестор, — может ли правитель с моим опытом поддаться на грубую лесть?

— Мне говорили, — извинился Телемах, — что те, у кого от старости поехала крыша, любят слушать такие вещи.

— Может, ты и прав, — сказал Нестор и заснул.

Через некоторое время он проснулся и сказал:

— Чего хочет этот малец?

— Я хотел справиться о вашем драгоценном здоровье, — сказал Телемах.

— Тебе-то какое дело до моего здоровья? — сказал Нестор.

— Никакого, — честно признался Телемах. — Но мне говорили, что вы любите говорить о нём больше, чем обо всём остальном.

— И кто же тебя этому научил? — сказал Нестор.

— Ментор, мой учитель, — ответил Телемах.

— Вот дурак, — сказал Нестор и заснул.

— Проснитесь немедленно, — потребовал Телемах.

— Ну, чего тебе ещё? — проворчал Нестор.

— Моё положение вынуждает меня обратиться к вам за советом, — сказал Телемах.

— А моё положение таково, что я вовсе не обязан давать тебе советы.

— Я отлично понимаю, — не растерялся Телемах, — что я здесь не главный герой.

— Ты здесь даже не второстепенное действующее лицо, ты здесь вообще — лицо не действующее. Сколько, ты говоришь, тебе лет?

— Одиннадцать, — ответил Телемах.

— Трудно поверить, что в природе есть такие малые числа, — изрёк Нестор. — По сравнению с моими годами ты, по сути, вообще ещё не родился.

— Да уберегут меня боги, — выпалил Телемах, — от сравнения с вашими годами. И, пожалуйста, больше не засыпайте.

В моём возрасте уже не нуждаешься во сне, — поучительно произнёс хозяин замка.

— Речь идет, — настойчиво продолжал Телемах, — о царе Одиссее.

— Одиссей! — обрадовался Нестор. — Я хорошо помню Одиссея.

— Вы были знакомы? — не унимался Телемах.

— Это мой старый друг, — заверил его Нестор. — Мы с ним были на одной свадьбе.

— На одной войне, — уточнил Телемах.

— Да, — сказал Нестор. — У него были красивые каштановые кудри.

— Он был рыжим, — уточнил Телемах.

— Точно, — сказал Нестор. — M шрам на плече.

— И шрам на плече, — уточнил Телемах. — Его поранил вепрь.

— Именно, — сказал Нестор. — И эта его очаровательная женщина, Калипсо.

— Его жену зовут Пенелопа, — уточнил Телемах.

— А Калипсо была его подружкой, — поддел Телемаха Нестор, тряся головой. — Ты всё на свете путаешь. Досаднее всего, что никто не знает, где сейчас находится эта Калипсо.

— Только опять не засните… — окликнул его Телемах.

Царь Нестор не спит никогда, сказал царь Нестор и заснул. Из его беззубого рта вырвался громкий храп.

Телемах развернулся и в негодовании покинул замок.

— Мы с треском провалились, — подытожил он, когда они вышли из ворот.

— Я нахожу, что всё прошло отлично, — сказал Ментор.

— Всё, чему вы меня учили, не сработало, — пожаловался Телемах.

— Так или иначе, мы получили необходимые сведения, — решительно заявил Ментор, чем немало удивил Телемаха. — Он сказал, что подругу вашего отца зовут Калипсо.

— Всё прочее, что он говорил, — презрительно заметил Телемах. — было чепухой.

— Конечно, — признал Ментор. — Но до сих пор у нас вообще ничего не было, а теперь есть хотя бы имя.

— Имя женщины, — сказал Телемах, — о которой неизвестно, кто она такая и где живёт.

Поликаста потянула Телемаха за рукав.

— Если ты пойдёшь со мной на танцы, — сказала она, — я отведу тебя к Калипсо.

— Ты знаешь, где она живёт? — удивился Телемах.

— Все, кроме отца, это знают, — сказала Поликаста.

— Некогда мне с тобой танцевать, — отрезал Телемах. — Мне нужно немедленно отправляться на поиски этой самой Калипсо.

— Но к Калипсо, — сказал Поликаста, — ходят на танцы.

Глава двенадцатая. Тётя Марина

Все женихи выстроились в ряд на берегу острова Итака. Они молча ожидали приближения двух могучих фигур. Боги тяжелой поступью выходили из морской пучины.

Антиной отдал честь, приложив руку к своей двурогой шляпе. Марина Солёная ответила на приветствие, приложив руку к своим жёлтым, как масло, волосам.

Нептун вёл себя отвратительно.

— Моя раковина! — вопил он. — Мой новый экипаж! — Он схватил малого царя Антиноя за пуговицу пиджака. — Они помяли мою новую колесницу!

— В бою это случается, — сказал Антиной.

— Это вы меня всё подзуживали! — хныкал Нептун. — Какое мне дело до вашего Одиссея и его возвращения?

Антиной отозвал хнычущего бога в сторонку и зашептал ему на ухо:

— Дядя, ты забыл, что он обозвал тебя старой тухлятиной?

— Ну и что? — громко сказал Нептун. — Да поглядите же на меня. Я и есть старая тухлятина.

— Он совсем рехнулся, — сказала Марина Солёная. — Когда у мужчины появляется вмятина на новой машине, он может повредиться в уме.

— Поймите же, милостивая государыня, — сказал советник Штофф. — Мы вынуждены настаивать на соблюдении нашего договора. Если царь Одиссей вернётся на Итаку, наш союз потеряет всякий смысл. Не на ком будет жениться.

— А может статься, — добавил казначей Боденшатц, — что царь выставит нам счёт за съеденных свиней, коз и овец или найдёт другой способ отомстить.

— Скажи что-нибудь, тётя Марина! — сказал Антиной.

— Он не вернётся, — успокоила Марина Солёная перепуганных господ. — Оттуда не возвращаются.

— Можно спросить, откуда? — встрепенулись Штофф и Боденшатц.

— Его удерживает Рыба-Кит, — сказала Марина Солёная. — Вот уже два с половиной года.

— Там его не найти, — сказал Антиной. — Только бы этот сын не