Школа жён - Магдалена Виткевич

– Под фонарем всегда темнее. Она никогда ничего не замечала, так с какой же стати на этот раз заметит? Помнишь ту, что сверху? Вот это действительно был хардкор. Соседка. Я не виноват, что таким влюбчивым уродился.

Ну а если к влюбчивости добавить хорошее зрение, то ничего удивительного, что Роман первым разглядел нечто и широко открыл глаза от изумления:

– О господи, а это что за чудо?

У берега плескалась Михалина. Конечно, как и было у нее заведено, голышом. Рядом, на берегу, стояла Юлия, обернутая полотенцем.

– Один ноль в твою пользу. Ты прав, старичок: дрова в лес не возят, – вздохнул Роман.

«Чудо» заметило рыбаков и помахало им.

Роман тоже помахал в ответ и улыбнулся своим мыслям.

«Такой старый и такой глупый», – сказала бы Ядвига.

Что ж, в сущности, так оно и было.

* * *

Юлия и Михалина решили, что на шпильках они и так ходят отлично и что им больше подойдет сауна и омовение в чистых водах Мазурского озера.

– Надеюсь, сегодня все будет спокойно, – сказала Михалина. – Вчера, когда я была там, какая-то парочка сексом занималась.

– В сауне, что ли? – недоверчиво спросила Юлька.

– Ну, в сауне.

– А ты что?

– Я? Ничего. Подождала, когда они закончат, а потом вежливо поздоровалась, – ответила Михалина, пожав плечами.

Юлия рассмеялась.

– Знаешь, тетка потом сбежала, а с мужиком мы поговорили. Нормальный такой. За пятьдесят, наверное, но выглядел круто. Одну обработал и уже было приступил ко второй.

– Ко второй?

– Ну то есть ко мне.

– И что?

– Ну, как только я заметила, что его «дружок» как-то игриво зашевелился, а он все ближе и ближе ко мне пододвигается, я смылась.

Юлия рассмеялась. Вот уж действительно непосредственная девушка Михалина.

Когда собрались в очередной раз окунуться в холодные воды, они увидели двух рыбаков в лодке на середине озера.

Юлия снова прикрылась полотенцем, а Михалина, наоборот, встала, покрутила бедрами, встряхнула грудью и помахала мужчинам.

Те помахали ей в ответ.

Михалина рассмеялась и радостно принялась плескаться.

* * *

Разодетая Ядвига как раз собиралась к обеду. Михалина, конечно, позаботилась о ее прическе и макияже.

– Шпильки не забудь! – приказала Юлия. – У всех мужиков пунктик на тему шпилек.

– Но как же я по лесу на шпильках пойду? – озадачилась Ядвига.

– Неважно, – сказала Михалина. – У них пунктик не только насчет шпилек, но и когда ты босиком, а уж когда ты идешь босиком и держишь в руках шпильки – всё, держите его семеро… Только задницей тогда покрути, – добавила она. – Вот так.

Она взяла из рук Ядвиги шпильки и прошлась по комнате, где все собирали Ядвигу точно на первое свидание.

Гордая, словно пава, Ядвига увидела себя в зеркале и просияла. Выпрямилась, втянула живот, улыбнулась девушкам. Помахала им на прощание и выбежала, цокая каблучками.

Юлия с Михалиной стояли в дверях, провожая взглядом порхающую Ядвигу. Это того стоило. Лишь бы свидание с мужем прошло гладко. Она заслужила это.

Только вышли из комнаты и сразу наткнулись на Конрада.

– Чего это ты опять здесь?

– А что? Может, я слежу за тобой? – хитро улыбнулся Конрад.

– А может, за кем-то другим? – съязвила Юлия, пытаясь намекнуть на Эвелину.

– Как знать, как знать, – поддразнил ее Конрад. – Гуляем? С удовольствием присоединюсь к вам.

– Лично я больше не гуляю, – первой оторвалась от коллектива Михалина. – Да и дела у меня, Мишке нужно позвонить.

– Мне хоть и некому звонить, но я тоже пойду к себе, – улыбнулась Юлия.

– То есть я получил от ворот поворот. – Конрад покачал головой. – Я к такому не привык. – Он сделал грустное лицо. – Чтобы так, да со мной – это редкость.

– Да, от скромности ты не умрешь, – резюмировала Юлия.

– Вечером приглашаю на озеро, на лодке покатаемся, – сказал он явно в сторону Юлии. – Ну так что, приде… те? – спросил он, глядя девушке в глаза.

– Придем, – тихо ответила Юлия.

– Говори за себя, – проворчала сердитая Михалина. – Ты же видишь, что он меня в упор не видит. Нет, я не то чтобы… Да и есть у меня мой Мишка… Но факт остается фактом: я чуть не наизнанку вывернулась, а он ноль внимания. Он на тебя запал, моя дорогая. Однозначно!

* * *

Вот и Юлия тоже однозначно почувствовала, как в животе у нее запорхали бабочки. И это стало для нее сюрпризом, потому что в последний раз бабочки в животе у нее летали тыщу лет назад. И, к своему удивлению, она обнаружила, что эти бабочки такие приятные, такие приятные, что даже становится не по себе.

Нет, ну посудите сами: он приходит сюда кого-то навещать. Кого? Ясно, что Эвелину. И зачем Юлии лезть в их отношения? Эвелина действительно постарше, и это вроде как минус, но вовсе и не минус, если учесть, что она преподает в школе жён и наверняка более опытная… Вот, видать, этим своим опытом и завоевала Конрада… потому что он постоянно ошивается в этой Школе. В любой момент можно на него наткнуться. Типа что-то измеряет, а что тут вообще измерять? Какая-то неумелая конспирация. Единственный инструмент в его руках – это мерная рулетка. Не такой он парень. Ну ничего. Вот если она вытащит Михалину на вечернюю прогулку к озеру, то сможет как бы невзначай помахать Конраду с берега. Да чего там помахать – можно даже голой искупаться, подразнить его.

Кстати, на последнем уроке Эвелина что-то говорила о приемах искушения… Так что грех не проверить их на практике и не убедиться, что женщина может всё!

* * *

А в том, что женщина может всё и даже немножечко больше, Роман убедился на рыбалке. Сначала откуда-то сзади слева накатила благоуханная волна ласкающих воображение неземных ароматов. Он втянул в себя воздух, и у него так закружилась голова, что он закрыл глаза и улыбнулся. С ним никогда такого не случалось, и можно было бы поверить в нереальность ситуации, если бы не впившиеся в его спину острые коготочки, которые то усиливали хватку, то ослабляли, нежно царапая плечи, отчего по телу шел ток. Значит, это не сон. Что за феноменальное создание позволяет себе такие игры с ним? Его спутницу Юрек уже вывез в Варшаву. Тогда кто мог так восхитительно флиртовать с ним?

Несмотря на все свои недостатки, человеком он был неглупым и знал, что безвозвратно прошли те годы, когда девочки (сегодня он сказал бы «тёлки») визжали под ним, а лифчики расстегивались сами.