Когда нам будет 40 лет - Елена Игоревна Ротман

Февральский ветер играл с легкими зеленными занавесками, ограждавшими эту спальню от остального мира. Уже горела люстра и по старой – доброй традиции потрескивал камин, хоть в его тепле никто совершенно не нуждался. На бумаге, лежавшей на столе из темного дуба с резными ножками, рождались новые строчки, словно видения оживали в голове автора и послушно открывались миру.

Лживые рассказы о чистой и искренней любви были соседями с точными описаниями расчленения трупа в очередном повествовании о тяжелой судьбе маньяка. И описывать последнее ей нравилось куда больше, ибо ее психопаты были оригинальными и неповторимыми, совершающие такие поступки о которых она даже боялась подумать в реальной жизни. Они были искренними, живыми и с душой, с романтическими персонажами ей так не везло.

Позже почти все свои рукописные творения она переносила в компьютер, что бы после, когда созреет и еще раз все исправит, отправит в какое-нибудь издательство под очередным псевдонимом, получит отказ. Но это была ее отдушина.

Нет, Анна не умирала от грусти: у нее было творчество, были уроки управления княжеством, проходившие все с тем же первородным трепетом и страхом ответственности; новые и старые знакомые, семья и очередная подходящая к концу влюбленность, которая не знала что была объектом ее. Ну, как еще, если ты актер, живущих на другом конце мира, и ни разу не встречавшийся с ней вживую? Но не было Куроки и его магнетизма, и от этого, в моменты, когда княжна оставалась одна, словно льдинки всплывали воспоминания с глубин океана. Но кто бы, что не говорил потом: она жила полной жизнью, правда без той странной, почти сказочной страсти к принцу Куроки. Хороший был бы сюжет для ее книги, если бы она осмелилась об этом написать.

– Жаль Память все хранила в своем ларце, – произнесла вслух княжна последние строки своего нового романа о раскаивающемся так яростно и подкупно серийном убийце. А ведь вначале она хотела сделать его невинной жертвой жестокого и корыстного правосудия. Но часы за столом складывались в дни и всего за два месяца она сумела из обычного человека, живущего среди нас, создать жестокого и изощренного убийцу, чья история по ее мнению, сумела бы завлечь читателя в свой мир. Ах, если бы ей чуть больше везло с ответами из издательств.

В комнату без стука заглянул Саша и, увидев, что его сестра ничего не пишет, вошел, прикрыв за собой дверь. Он прошелся по длинношерстному ковру, лежавшему на отполированном паркете и уселся в кресло, стоявшее у окна.

– Что-то случилось? – девушка так и не отводила взгляда с только что законченной рукописи. Она гадала, за сколько она сможет перепечатать и насколько видоизменит текст. Сколько времени на это убьет.

– Ничего, – пожал плечами Александр и стряхнул с лацкана пиджака несуществующую пылинку. – Пруст обеспокоен.

– Тем, что Альберт снова показывался врачу? – Анна посмотрела на брата, чуть склонив голову вбок. Конечно, самочувствие отчима ее беспокоило, но она, как и Альберт, были упрямо уверены, что все это пустяки и они вечны. – Главное, что мама заставила его обратиться к хорошему специалисту, а не просто сгоняла прислугу в аптеку за «димедролом». Ты же знаешь, какой он упрямый.

– Ты такая же. Но слишком часто все это, – Саше скоро должно было исполниться семнадцать и через год он уже планировал расправить крылья, вдохнув свободу. Но эта нервная неизвестность с Альбертом его пугала больше чем неизведанная Злата – столица Роскраны. Он полюбил этого мужчину всем сердцем лишь из – за того, что тот сделал счастливым его мать. Дал им проснуться в сказке и ничего не требовал взамен. За такой короткий срок – Альберт заменил ему отца, каким-то образом даже стерев воспоминания о том далеком человеке, из Гилева.

– Не волнуйся, – Анна постаралась улыбнуться как можно увереннее. – Все будет хорошо. По крайней мере, мы живем уже не в Средневековье.

Они, молча посмотрели друг на друга, в какой-то миг, подумав, что безбожно отдалились. У них не было больше общих тем для разговоров и в обычные дни они мало пересекались. Наверное, всему виной большая площадь дома – в Гилеве в их трехкомнатной квартире потеряться было сложно. Конечно, был возраст и пол, и то, что они оба постоянно заняты, но что-то неправильно во всем этом было.

– Как я поняла вы подружились с Сакурой? – девушка решила прервать затянувшуюся тишину.

– Есть немного, – непривычно по – роскрански ответил Саша. – Она забавная и открытая, не то, что мы. И как ее выдерживают император с женой? Ведь она настолько радикально мыслит и все это говорит вслух, кошмар.

– Наверное, поэтому ее и сослали в Англию, – усмехнулась княжна и, подойдя к брату, взъерошила светлые волосы у него на макушке. – Можем и тебя туда отправить. Деньги есть.

– Нет, – протянул тот, резко вставая с места. – Эти деньги мы бережем на подкуп твоему суженому.

– Ах, ты гаденыш! – воскликнула на весь свой кабинет Анна и кинула в брата маленькой подушечкой, до этого лежавшей мирно на подоконнике.

– Прошу прощения, ваше Святейшество, – они и не заметили, как в кабинет вошла Хезер с неодобрительным взглядом, ей никогда не нравилось это безрассудное поведение младшего отпрыска князя. И куда только смотрит его гувернер. – Месье Руже наносит визит.

– Спасибо, – кивнула княжна, отпуская ее, затем поправив прическу, повернулась к Саше. – Месье Руже… Визит…

Она довольно неплохо спародировала немного помпезный тон своей помощницы. Юноша прыснул в кулак, а затем начал приводить себя в порядок – за три с половиной года в высшем обществе, они привыкли всегда и везде хорошо выглядеть и стараться соблюдать правила этикета.

– Мне кажется, в глубине души ты ему нравишься, – прошептал ей на ухо Саша, когда они уже подошли к двери гостиной, где их должен был дожидаться Виктор, наверняка уже в компании своего любимого друга Альберта.

– Может – может, – усмехнулась княжна. – А ведь на данный момент он единственный мужчина в моем окружении.

– Стоп! А как же я? – возмутился Александр и легко толкнул сестру в плечо.

– Инцест? – скривилась та. – Уж прости, но я пас. Лучше за Виктора замуж.

– Мне приятно об этом узнать, – двое наследников князя Альберта услышали насмешливый голос Руже, что открыл им дверь, впуская.

– Черт, – простонала Анна, начиная краснеть.

– И вот одной тайной меньше, – по – роскрански произнес Саша, пожимая гостю руку.

1.03.2003

Судя по всему, Сакура произвела неизгладимое впечатление на ваших родителей, появившись со мной, а еще в одинаковой одежде, на Неделе Моды, в то время как