Когда нам будет 40 лет - Елена Игоревна Ротман

– А жаль, – усмехнулся в трубку юноша. Как же он гордился и восхищался своей сестрой. Но эта ее дружба с младшими в семействе Полиньяк его заставляла… Завидовать? Да. Ревновать? Отчасти. Сакура могла себе позволить, то что не мог он. Но все же в ее дружбе был огромный плюс – мостик из историй и происшествий, рассказанный его сестрой, незримо все больше сплачивал его прошлое и их будущее. Волновала ли его ориентация сестры? На данный момент – нет, ибо она была молода и находилась за территорией государства. Может быть в будущем, когда они оба станут старше…

13.04.2003

Надеюсь, Император и императрица простили Сакуру. Ведь собственно она не в чем и не виновата. Да и в последнее время газеты лишь о ее добродетели и пишут.

В моей жизни ничего сильно не изменилось. Грепиль до сих пор чуть больше 2 тысячи км2 , нас семь миллионов и что-то недобро посматривает на нас Франция из – за закрытых наших границ для не европейцев. Конечно, попахивает расизмом, но увы и ах, после проведенного референдума мы с министрами узнали, что около 80% (тут даже Альберт удивился) наших подданных не особо жалуют выходцев из арабских стран. Хотя среди них, конечно же, встречаются и великолепно – одаренные личности. Но либо эта страна слишком католична. (Какая новость, подумаешь ты) Либо в связи с последними терактами мы стали все более мнительными. Ох, знали бы наши соседи, о наших планах относительно трудовых эмигрантов.

Но знаешь… Больше всего меня волнует Альберт. Он сдал за последнее время. Они с мамой в постоянных разъездах по врачам, а Патрик злобно хмыкает и причитает, что стоило меньше курить.

Как же вы мужчины меня бесите…

А еще я хочу… Я не знаю, Куроки!

Мне, наверное, нужно простое человеческое внимание, именно ко мне, а не к короне, деньгами и связям.

Мне нужно срочно влюбиться.

Да.

Прости.

Но ведь мы же договорились говорить все начистоту.

A.P.

Помни, что ты все еще занимаешь отдельное место в моем сердце.

Куроки действительно понимал, что Анна не должна быть одна. Но он не мог представить ее с тем самым мужчиной, что сделает ее по – настоящему счастливой. Это может только он. Только он. Иначе. Иначе просто быть не может.

1.05.2003

Вчера по новостям рассказывали, что Альберта срочно госпитализировали. У него правда осложнение после воспаления легких? Я не хочу думать, что это завеса для чего – либо более серьезного.

Все будет хорошо. Поверь мне. Все будет хорошо.

Альберт выздоровеет, а ты влюбишься. Но помни, что влюбленность и любовь это совершенно разные вещи. Можно любить человека, искренне. Всепоглощающе, но мимолетно увлекаться другим, зацепившим тебя какой-то искрой. Но искры тухнут. Пройдет время и второго память забудет, словно строчку из дешевого романа, а любимый человек навсегда останется в сердце, в каждой секунде разума.

У меня есть ты и Сора, и вы сильнее глупой привязанности или увлеченности. Вы существуете неразрывно от моего сердца.

Нужно дорожить человеком, способным любить тебя, чувствовать, что без него, в твоей жизни невозможно спокойно существовать.

И пусть это покажется высокопарно, но переступив через себя, я хочу, чтобы ты огляделась по сторонам и нашла достойного человека, способного занять место рядом с тобой. Ты не должна быть одинока, иначе это будет моя вина.

К.

Он уверял себя, что правильно поступает, что именно это – проявление настоящей любви. Нужно желать друг другу добра и мира и тогда в их будущем будет смысл. Но все же вся эта «правильность» бесила его своей безысходностью и абсурдностью ситуации.

Эту неделю всей семьей они проводили в загородной резиденции, наслаждаясь тишиной, отсутствием контроля общественности приятным общением с друзьями и близкими, ради которых не нужно было наряжаться и строить из себя не пойми что.

Анна изнывала от скуки и отсчитывала дни до окончания отпуска Хезер, в который она и сама отправила, узнав, что дочь хочет посетить Египет. Ей действительно не хватало наставницы, которую уже можно было с уверенностью назвать личным психологом со стажем. Княжна действительно в последнее время отсчитывала даже часы до приезда Хезер, что должна была прибыть в резиденцию поздно вечером. Поэтому Анна не ложилась спать, решив дождаться ее, расположившись в гостиной.

Дверь негромко скрипнула, отвлекая от книги. Анна подняла голову и увидела в дверях Хезер, как всегда одетую с иголочки.

– Добрый вечер, княжна, – женщина вошла в комнату и села на диван, рядом со своей подопечной, зная, что та весь день ожидала ее появления.

– Добрый, – радостно произнесла Анна, разглядывая почти шоколадный загар собеседницы. Ей же такой по статусу был не положен. – Как прошел отпуск?

– Довольно жарко, – вздохнула Хезер, откинувшись на спинку дивана. – Ужасно жарко. Не знаю, как от такой погоды можно быть в восторге? Но пирамиды восхитительны, с трудом верится, что их построили предки этих неучей – бедуинов. Такое совершенство и могущество.

– Ты тоже придерживаешься, теории о помощи инопланетян? – усмехнулась девушка, откусывая яблоко. – Или есть еще какие-нибудь идеи?

– На самом деле есть. Но не по пирамидам, – Хезер повернула голову к подопечной. – Не уверена, что она вам понравится. Да и она довольно логичная.

– Ты меня заинтриговала, – сощурилась Анна и поудобнее устроилась на диван. Она не помнила ни одной идеи Хезер, которая бы не понравилась ей. Ну, кроме той про «неделю в месяце быть вегетарианкой».

– Мы часто разговариваем с вами о замужестве, о романтических отношениях, – не свойственно начала издалека Хезер.

– И к чему ты ведешь? – с подозрением спросила девушка.

Дом уже спал, оставив их наедине друг с другом. За окном лишь работали садовники и дворники, что подобно работникам Диснейленда, за ночь меняли цветы в клумбах, корректировали кусты. Вот это работа на имидж.

– Мне кажется, что у меня есть хорошая, логичная идея, но я боюсь, что вам она покажется совершенно больной и нереальной, – Хезер задержала дыхание, в последний раз решая поделиться или нет с княжной своей мыслью, что так давно глумилась в ее мозгу. – Я предлагаю вам выйти замуж за Виктора Руже.

Анна поперхнулась и выплюнув пережеванное яблоко в руку, посмотрела на женщину. Она что заметила ее внезапный интерес к нему? Или она сама слишком часто упоминала его имя, шутила. Вот и досмеялась.

– Виктор? – переспросила княжна, собирая выпавшие кусочки яблока в салфетку. – Наш Виктор. Друг Альберта, что старше меня на десять лет?

– Возраст это меньшая из бед, – наставница внимательно