Разбирая огонь - Александр Уланов

— башни, башни, башни, углы, оливки, зову сюда твои ступни, грею глаза. Венеция тоже девушка рыба передаёт привет

— скопить запах не рассчитав силы коснуться рядом

— запах ящерица, ловить вдвоём, перехожу с воздуха на железо, почти касаясь завтра?

— приехала Кристина, между болезнью, Левинасом и Бланшо

— знаю, что без залезания в прорубь ты не ты, но хоть чуть осторожнее. Тени в твою сторону

— не беспокойся, сейчас лучше

— лекарства, бруснику?

— только фрукты

— большая сила — да. Но не только Бланшо. Рильке. Поэт как выдерживающий напор. Как бросающий мяч в ответ чему-то, что ему этот мяч бросило. Как человек может хоть что-то сделать? только соприкасаясь с тем, что больше него. Слушая, получая силу через борьбу (и герой «При смерти» теряет Н., когда в усталости не способен эту большую силу выдерживать)

— можно ли в равной степени чувствовать свою силу и свою слабость?

— конечно, сила без слабости тупая, слабость без силы бессильная. Одновременно уверенность и неуверенность, одна без другой не могут

— помыслить самое зыбкое и немыслимое

— точнее, часть его. Счастье — тоже зыбкое и немыслимое. Попробовать увидеть полноту?

— притаившись ожиданием, что не здесь, загораясь ёлкой, которой здесь нет

— дошли колени, а потом ещё иероглифы пришли

— у ресниц ёлки касаясь. Снег просыпается? Гладит(ь) языком по утрам? Тенью весны

— медленно появляя углы ключиц навстречу блестящему посвистывающему

— перечисляя по снежинкам собирая по буквам по чечевицам пути

— что о французах?

— перепутали даты, сказали: oh Mon dieu!

— тогда на толстом спуске

— вписывая голос в пусть ночи

— весь день утро

— у меня во сне? Бабочка медленная — только ко сну долетит

— если только слегка, наощупь. Буду ждать

— прошёл ли сон? На меня смотрит камень

— сон испарился вместе с дождём и французами. На почту не успею

— держусь твоим обвиванием — камень плющом. Когда за временем?

— притаившееся на дне осенних лето, после 21.30

— скорее сразу весна. Дом, город?

— кажется, что в «открытом ожидании неизвестности» второе слово неверно — ожидание чего-то относительно определённого, неизвестности можно быть открытым

— ожидание одновременно открыто (ожидаемому) и закрыто (неожидаемому). Открытость ожидания неожидаемому?

— холод вынимает из шкафов — но осенний не сухой, это ты дома сидишь

— всё ты знаешь. К зимним сухогрузам

— зимние сухогрузы возят сухой снег, рано ещё

— они сначала привозят сухой воздух, снег из него

— с тобой по ту сторону жизни — именно по ту, где жизнь

— ты снишься, очень хорошо. За окном в ветках

— в проекторе перегорела лампочка, вспыхнула так, что выбило пробки. Теперь у тебя проигрыватель без иглы, у меня проектор без лампочки

— один из вариантов — потому что в другой момент или с другой стороны всё будет выглядеть иначе

— не совсем. Для Бланшо именно с этого утверждения (его невозможности) начинается головокружение, «другой момент» и «другая сторона» сами, как воронки, втягивают (возможно, вибрацией искомой «точки») и разгоняют движение/изменение по изгибам воронки так, что они остаются по другую сторону (внутри) для «взгляда совсем иначе» (должно быть ещё другое движение, противоположное). Кажется ещё, что через них связь письма с желанием. Гораздо более сознание и дистанция/направление между сознанием и миром/другим, чем сам мир. Столкновение сознания с дистанцией

— другая точка — снова и снова другая, и внутри себя, и переменяясь на иную точку. Воронка, которая выходит в другие воронки. Перед «но совершенно иначе» у Драгомощенко стоит «всё было так»

— тебе гостей без стука, а у меня свой Кржижановский, работаю и жду воскресенья. Кометы тихие

— мешать день и ночь в радостной близорукости тумана спишь?

— день и ночь сплетаются (не смешиваются, не мешают) с тобой, сейчас у меня день, потому что работаю. Коснись сна, будет ночь

— брожу касаясь

— тогда я в ночь к

— убираешь в холодильник вино, а неблагородную кашу забываешь

— да, причем вино могло бы и так, а каша на молоке, надо было убрать

— тебе на подоконник кто-то положил перец, потом свёклу с карандашом — а потом пропал горшок с цветком — а потом появились ключи — так вот начнёшь, а продолжаться будет неизвестно как

— есть высокая концентрация, высокая связность языка, но она не нуждается в поэтической резервации для осуществления

— обыденный язык старается точнее информировать, поэтический неопределённостью живет

— что будет экспериментальной/эмпирической проверкой художественного текста?

— этическое действие на его основе?

— миг обнаруженности и случайности. Случайное я для случайного мне. Никогда заранее, всегда иначе. У всего, на что смотрю, есть взгляд, вниз, вверх или в сторону, иногда — ответный. Точка приложения взгляда

— может быть, возможность того, что будет. Сложность без дна. Втягивающее развёртывание пространства — вглубь, вширь. Улыбка человека или предмета. Ветер. Не отдых — вопрос — и до тревоги, до «Ein jeder Engel ist schrecklich». Случайность скорее щепка, чем клочок. Тебе ещё ракушки, пусть ветер ввинчивается в них и не уносит сна

— и правда собирают ветер на подходе, вырастают в углах листьев, освещённых близостью

— река стеклянная и всё же немного сыра. Ветер расталкивает углы

— река из множества кусочков полупрозрачно-синего полиэтилена, что-то хочет перегореть

— прячусь за своим двуоконием. Трубы в часы раннего вечера радовали звуками, но вновь погасли. К тебе — в зависимости от холода и угла нависания слоёв неуверенности — пока работать

— обменяемся книгами сегодня?

— где когда? День мокрой солью

— день сухостью легких

— хвостатые на завтра, расстояние на кончиках пальцев

— завтра сегодня после девяти вечера с хвостами?

— хвостатые тени машин с утра, уже завтра, раствори треугольности

— есть только круглое, его по холоду не докатить. Дом(а) жду

— снег не поперёк? Тени уже вдоль — вдаль? Здесь?

— скоростью ответа поперёк сна

— воздух цвета тумана изгибов чайных листьев дроби чабреца. Позвать тебя в него

— цвет тумана у воздуха снятых змеиных кож и засыпающих камней. Регулярно пропадают мелкие предметы (ручки, прищепки, ложки) — нахожу их заложенными в книги

— завести пожароустойчивый ящик для кожи змей и прочих предметов? полдевятого скатился и разбудил апельсин

— переносимые в ушных пазухах как в стебле улитки палаточные створки, когда впускает осень, цвета спины Поджибонси. Сложно понять, впереди ты или позади, вернее и там, и там; можно подождать спереди и догнать сзади

— дневной несинхронностью пламени (ближние язычки — совсем) — видишь ли своих людей?

— выделение человека способом речи (более никто так не скажет), поступком (именно так только он, что-то возможно только с ним), выбором себя, ответственностью за, выделение никогда не полное и никогда не окончательное

— у Драгомощенко — калейдоскопическое сознание/присутствие, постоянно