Снег Энцелада - Эдуард Николаевич Веркин

И еще. Где-то на втором-третьем горизонте крутилась щучья мысль. Хазин предлагал деньги. Много, хватило бы на решение внезапных проблем и осталось бы на пяток неплохих блондинок. И я не сомневался, что Хазин, узнав о моем визите в Чагинск, предложит еще больше. Переговоры надо начинать исключительно с выигрышных стартовых позиций, это я уяснил давно.

Проснулся слишком рано, три двадцать, но светло вовсю. Одного соседа не было, второй брился, сидя в постели, станком, насухую, кивнул и спросил:

— Сам-то докуда?

— До Чагинска.

Мужик зевнул и посоветовал:

— Тогда лучше с севера заезжай. Там дорога более-менее, а от отворота сикараки сплошные. А тебе чего в Чагинске-то? Курьер?

— Тайный покупатель, — ответил я.

— Чего там покупать-то? — усмехнулся сосед. — Там дыра страшная…

— Вот и надо проверить, — сказал я. — Работа такая.

— Ну, смотри сам…

Мужик дунул на лезвие.

— Народ оттуда бежит, — сказал он. — Половина давно сбежала, другая на низком старте.

— Чего так?

— Радон потек, — ответил сосед. — Там атомную электростанцию хотели строить, стали фундамент готовить, ну и чего-то в земле пережало. Слишком глубокую яму вырыли, короче, вот и дорылись…

Мужик продул лезвие и стал громко скоблить им правую щеку.

— Радон? — уточнил я.

— Ага. Радиация во всех колодцах, а от нее рак. Врачи все сами разбежались, лечить некому. У меня братан троюродный там жил — уехал тоже. Он корову держал до последнего — так она у него от рака сдохла, в боку дыра с кулак проросла. Ну, он прикинул — и сдернул. Правильно, не для людей там место.

— И что, ничего нельзя сделать? — спросил я. — С радоном?

— Так они не признают, что у них радон. Типа все само по себе разваливается, все сами по себе загнивают. А эта ихняя мэрша крысит, как не в себя…

Сосед снова продул бритву, посмотрел на просвет.

— Администрации дали денег на водокачку, а водокачки-то и нет…

Вечное сияние угара муниципий.

— Если по чесноку, с городишком нелады, — сосед поковырялся в ухе мизинцем. — Тухловато там, ну, сам почувствуешь.

Мужик убрал бритву в футляр.

— Так по старой дороге никак, значит? — уточнил я.

— От отворота? Можно, в принципе, если машину не жалко. «Восьмерка» красная твоя?

— Ага.

— Финка? Англичанка?

— Финка.

— Ну, тогда проскочишь, если без дождя.

Мужик отправился в ванную и сразу выглянул.

— Вчера дожди обещали.

Я тоже решил побриться, достал машинку, стал возить по щекам, ножи дергали волоски, и это способствовало просыпанию.

Проверил телефон.

Новых вызовов не было. А вчера и позавчера вечером звонил Вайатт Эрп, напоминал и угрожал. И Луценко еще, вчера. Интересовался, где я и как. И незнакомый номер, я перезванивать не стал. Это мог быть Хазин или еще кто, но я надеялся, что это блондинка Катя, хотелось думать.

Из ванной опять показался сосед.

— Съезжаешь? — спросил он.

— Ну да.

Я убрал телефон.

— Если надумаешь «восьмеру» свою продавать, позвони, а?

— Куда?

Сосед выступил из ванной, достал из пиджака визитку, вручил мне.

— За хорошие деньги возьму.

— Подумаю.

— И это… лучше в Овражье заправься, — посоветовал сосед. — В Чагинске бензин помойный, лучше «финку» таким не гробить.

Я пообещал не гробить и покинул номер. Сдал ключ на ресепшене, в ответ девушка подарила пятидесятиграммовую баночку молодого меда и сказала, что мед можно заказать с доставкой по всей Центральной России.

Солнце вот-вот собиралось подняться над лесом, я грел двигатель и смотрел на дорогу. Глаза толком не разлиплись, в правом присутствовал песок, все-таки слишком рано, можно было поспать еще часок… решился ехать. Отосплюсь на месте.

От «У пасеки» до Овражья не встретил никого. Малочисленные фуры еще толком не ожили, стояли вдоль дороги с задернутыми шторками, по асфальту вовсю прыгали крупные лягушки, за ними охотились ежи и длинноногие птицы вроде карликовых цапель. Я не ожидал такого изобилия живности и ехал не очень быстро, чтобы не задавить ежа и не поймать в лобовое стекло клювастую мини-цаплю.

В само Овражье заезжать не пришлось — заправку перенесли ближе к трассе. Обычная заправка, здесь наливали бензин, подкачивали шины, продавали дворники и лимонад, разогревали булки, варили кофе, предоставляли доступ к лапшичному автомату и, к моему изумлению, предлагали желающим продукцию фирмы «Дукати». Клиентов по раннему времени не было, старый заправщик дремал на барном стуле, кассирши в павильоне спали, причем настолько крепко, что мне пришлось свистнуть.

Пока заправщик заполнял канистру и бак «восьмерки», я поинтересовался у кассирши — как идут дела с «Дукати», она ответила, что ничего, но покупают в основном брелоки и термосы, за месяц всего два ножа, а ножи самые дорогие. Я спросил, как мотоциклы, продавщица удивилась — при чем тут мотоциклы, купите мультитул. Я давно хотел мультитул, и купил мультитул «Дукати», и перешел к лапшичному автомату.

Имелся выбор китайской, корейской и японской, я решил попробовать корейскую говяжью, внутри автомата зашипело и загудело, он затрясся и выдал стаканчик, наполненный кипятком, и крышку.

Заправочные тетки изучали меня с непонятным интересом, видимо, я был первым человеком, купившим и мультитул, и лапшу. Завтракать при тетках не хотелось, я вернулся в машину и отъехал от колонок, встал в стороне.

Корейская лапша оказалась приемлемых вкусовых качеств. Сама лапша плотная и эластичная, хорошей пропитки, сытная. Бульон горячий, насыщенный, естественно, говяжий и перечный, но без глутаматного пригара. Овощи натуральные, крупной нарезки, с собственным вкусом, но заметно вяленые. Специи ароматные, сочетание удачное, соли умеренно. Масло качественное, растительное, с нотками кунжута. Неплохо для торгового автомата уровня недорогого кафе азиатской кухни. Пожалуй, даже вкусно.

Я ел лапшу и осматривался.

Овражье разрослось. Раньше тут было несколько домов и химбаза, теперь к прежним домам добавились новые, а к индустрии — станция техобслуживания грузовиков и три сотовые вышки; напротив заправки через дорогу сиял свеженький билборд. Полноразмерный, с подсветкой, в антивандальном всепогодном исполнении.

Не совсем молодой, но заметно энергичный дядька в синем рабочем комбинезоне и белой пластиковой каске на фоне типового здания новенькой школы. «Будущее — сегодня!» энергичным шрифтом сообщал билборд от лица строителя. Я отметил, что ничего выдающегося, двадцать лет назад мы работали лучше — и шрифт, и фон, и дядьки были гораздо убедительнее.

Я доел лапшу до дна и отметил, что идея лапшичных автоматов не лишена перспектив.